Супервыстрел
Шрифт:
Она вышла из компьютера, растянулась на диване, завела часы, чтобы проснуться через два часа, и сразу же уснула.
•
Обёртки от McDonald's шуршали на лёгком ветерке по площади перед Кёльнским собором. Она с благоговением смотрела на два готических шпиля, которые, казалось, тянулись к небесам. Темнота начала сгущаться, и уходящее солнце освещало весь фасад, придавая ему золотистый вид на фоне тёмно-синего неба. Снаружи собралось немного людей. Семейство туристов гнало к машине непослушного ребёнка. Двое скинхедов сидели на скамейке и целовались, третий нервно наблюдал, словно ожидая своей очереди. Она подошла к среднему порталу и вошла. Внутри её шаги эхом разносились вверх на пятьдесят метров до вершины нефа и обратно к ней. Пожилая женщина зажигала свечу и молилась. Она подошла к витражу «Три волхва» в проходе с северной стороны и стала ждать у стены.
Прошло пятнадцать минут. Ничего. Её контакт не появлялся. Она снова вышла на улицу. Темнота была полной. Медленно спускаясь по лестнице на парковку под собором, она услышала позади себя шаги. Она остановилась и обернулась. Двое скинхедов спускались к ней по лестнице, третий стоял наверху и начал смеяться. Оказавшись всего в метре от них, она быстро выхватила пистолет и направила его в голову первого. Слова были не нужны. Щелчок курка заставил их обернуться и побежать вверх по лестнице. Она продолжила спускаться, через дверь внизу, на почти пустую парковку. Она нашла свою машину, открыла дверь, и её контакт выпал на холодный асфальт у её ног. Она отскочила назад и…
Что-то ударило её в правый висок. Раздался приглушённый немецкий звук.
Три выстрела. Дрожь. Холодный, холодный цемент у лица. Мысли кружились, словно пытаясь высвободить душу в собор и небеса над ним. Она проснулась и, пошатываясь, попыталась сесть. В глаза ей светил фонарик. Мужчина сказал: «Брось!». В руках у неё пистолет. Её контакт лежал в метре от неё. Пуля между глаз и две в грудь. Все из её пистолета.
•
Она проснулась и быстро села на диване. Тот же повторяющийся кошмар, подумала она. Никогда больше она не совершит подобной ошибки. Взглянув на часы, она поняла, что проспала всего час. Глядя на компьютер на столе, она вспомнила о досье на двух мужчин из Нью-Йорка. Она снова вызвала их по одному. А как насчёт известных сообщников? Она выписала данные Энтони Бусконе и сверила с данными Джона Роти. Несколько совпали, но рядом с ними в скобках было указано, что они умерли. Все, кроме одного. Это был Джозеф Марчелли.
Снова подключив компьютер к телефону, она вошла в базу данных ФБР и ввела имя Джозефа Марчелли. Через мгновение появилась фотография и обширная история этого человека. Было ясно, что именно этот человек и дергает за ниточки. Она сохранила его данные и вышла из сети.
OceanofPDF.com
29
Чад остановился у ворот дома фон Герца, бросил на него последний взгляд в зеркало заднего вида, а затем выехал на улицу.
Он собирался свернуть на оживлённую улицу, которая должна была привести его обратно в Швабинг и его отель, когда заметил сзади мигающий синий фонарь. Он съехал направо и остановился. Превысил ли он скорость в состоянии опьянения? Пропустил знак «стоп»? Он так не думал.
Слева в зеркале появился человек в штатском. Чад опустил стекло и поднял взгляд. Это был инспектор Густав Фоглер.
Густав сказал: «Мистер Хантер, у меня к вам несколько вопросов. Пожалуйста, выйдите. Я попрошу своего помощника отвезти вас на машине».
Чад поменялся местами с молодым офицером и сел на переднее сиденье полицейской машины. Это был серый BMW без опознавательных знаков. Синий переносной фонарик стоял на приборной панели и теперь не работал. Он чуть не задохнулся от запаха сигарет. Пахло как в баре Jazz. Застёгивая плечевой ремень, он наткнулся рукой на пистолет в кармане. Он совсем забыл о нём. У него было предчувствие, что инспектор не поймёт, как он его раздобыл.
Густав закурил и поехал. Через мгновение он спросил: «Я думал, ты сегодня утром должен был подписать контракт с герром фон Герцем?»
«Я был. Но, похоже, у фон Герца были другие планы. Его коллега сказал мне, что у него есть кое-какие дела в последнюю минуту. У нас всё ещё есть договорённость. Это займёт всего несколько дней».
«Лютер Дедрик?»
"Да."
Они свернули направо на мощёную булыжником жилую улицу, где машины занимали большую часть однополосной дороги. Между дорогами тянулся травяной бульвар, усеянный фонарными столбами начала века, что придавало ему вид…
Прямой человеческий позвоночник. Что было вполне уместно, учитывая, что большинство семей, владевших особняками вдоль этой улицы, скрепляли остальную часть города во время двух мировых войн, восстанавливали Мюнхен после бомбардировок союзников и продолжали быть его нервным центром, привнося жизненную силу в это спокойное и безмятежное тело.
Густав улыбнулся и поднял руку, глядя на проплывающие мимо большие дома. «Должно быть, приятно иметь деньги. Моя бывшая жена получает большую часть моих. Она живёт в хорошей квартире в Гамбурге. Трахается с молодым человеком вдвое моложе себя. Видится с моими тремя детьми, как будто ничего не изменилось. Они уже выросли. Мой старший сын – архитектор. Моя дочь замужем за бизнесменом, у неё есть свой сын. Я видел его дважды. Ему четыре года. Мой младший сын всё ещё учится там в университете. Он хочет стать учителем. У тебя есть дети?»
Чад покачал головой. «Нет».
«Но вы же были женаты».
«Да. Несколько лет. Она погибла в автокатастрофе как раз перед тем, как я переехал в Германию и начал работать на фон Герца».
«Должно быть, это было тяжело». Густав прикурил еще одну сигарету от первой.
К чему это ведёт? «Чего именно вы хотите, герр Фоглер?»
Он глубоко затянулся и, выдохнув дым, произнёс: «Как я уже сказал, информация». Он подъехал к обочине у небольшого парка и заглушил двигатель. Студент проехал на велосипеде по дорожке, а молодая пара сидела на скамейке в парке и читала. «В Мюнхене сотня парков. Больших. Маленьких.
В последнее время в Английском саду гибнут люди. Моя задача — остановить убийства.
«Какое отношение это имеет ко мне?»
Старый инспектор улыбнулся, сигарета торчала из уголка его рта. «Может, ничего».
Чад на мгновение замолчал. «Я был немного удивлён, когда, приехав, услышал в новостях об убийствах в Мюнхене», — сказал Чад.
«Когда я жил здесь, я всегда чувствовал себя в безопасности. Теперь... не знаю».
«Всё ещё неплохо. Сумасшедшие всегда найдутся. Но помните, Дахау всего в нескольких километрах к северу. Мюнхен знавал времена и похуже».