Сущник
Шрифт:
«Нет, не правильно!» – поправляет его лешик.
«Потерял, пошёл, нашёл!» – сказал Кузя, и тут сразу нашёлся сундучок. Вот так и ты, Марчик, должен будешь такие заветные слова-якоря знать, чтобы в представлёнышах не потеряться.
– А представлёныши – это то, что во сне снится?
– Про них я в другой сказке расскажу. Слушай дальше. Приходит Кузя в свою деревню…
* * *
– Серёж, ты уверен, что Марчик не поранится?
– Это же не ножик и не допотопная пила, а универсальный ключ, высокая технология. Он режет только неорганику.
Муж и жена сидели в беседке, увитой виноградом. Елена почувствовала, что Сергей приоткрылся, и заглянула в его сознание. Муж излучал уверенность.
– Не переживай, – сказал он, – у кибера всё под контролем. Пусть мальчик думает, что он один одинёшенек в своих путешествиях по ковчегу, это на пользу существимости.
– Да, и с представлёнышами кибер хорошо придумал. Думаешь, пора уже начинать морфотренинг?
– Пора. У Маркуса за последний месяц сильно развилось воображение, как бы не упустить момент.
– Что ж, доверимся киберу. А то Степаныч…
– Да, наш Гриб совсем умом тронулся. Нет бы в дабле куролесил, так ведь свой собственный организм алкоголем разрушает.
– Мне кажется… нельзя, конечно, так говорить…
– Думаешь, он хочет умереть? Дед очень долго живёт, и кто знает, какими будем мы на его месте.
– Мы не будем на его месте, Серёжа. Нас же двое. И у нас есть Марчик.
– Да, конечно, милая, – улыбнулся муж, кивнул супруге и подумал о своей работе, о датацентре. На месте беседки с эос-даблом Елены возник зал с высоким куполом, на котором ломко извивались графики и мерцали столбики цифр.
* * *
– Кузя!
– Да, Маркус.
– Ты здесь?
– Я всегда здесь.
– Помнишь, ты вчера рассказывал сказку о домовёнке?
– Я всегда всё помню.
– Расскажи ещё, Кузя!
– Хорошо, если ты пообещаешь рассказать мне завтра то, что увидишь во сне.
– Какой ты вредный, Кузя! Извини, вчера я не запомнил, а теперь постараюсь. И какая у тебя сказка?
– Слушай. Наступила зима, выпало много снега. Рядом с родительской избой построил Маркушка собственный домик – из снега вылепил.
– Это про меня сказка? Вот здорово! А домовой там будет?
– Обещаю. Если быть точным, Алексей Толстой написал сказку про Петю, но ты представь, что это о тебе. Слушай дальше. Наутро залез Маркушка в свой снежный дом, а там сидит какой-то мужичок мал-мала меньше, весь в лохматой рыжей бороде, из которой только глаза видны. Увидев Маркушку, старичок сделал ему козу… Коза – это домашнее парнокопытное животное семейства полорогих. Надо полагать, он изобразил козу с рогами, растопырив два пальца и приложив их к своей голове.
– Кузя, ты не останавливайся, рассказывай!
– Засмеялся Маркушка козе, просит ещё сделать. «Не могу, – отвечает мужичок, – я домовой, боюсь тебя напугать очень». В общем поселился домовой в Маркушкином снежном домике, из снега себе дочку вылепил, сказал: «Играйте, ребятишки, только меня в бок не толкайте», – и тут же уснул на всю зиму. А домовая дочка говорит шёпотом: «Давай в представлёныши играть».
«Давай, – отвечает Маркушка. – А это как? Чего-то боязно».
«А ты представь, будто на тебе красная рубашка, ты на лавке сидишь и около крендель».
«Вижу», – говорит Маркушка, и потянулся за кренделем. Потом представили они, что пошли в лес по грибы. Ой, сколько там грибов! «А есть их можно? – спрашивает Маркушка. – Они не поганые, представленные-то грибы?»
«Есть можно».
Так играли они каждый день, и где только не побывали, придумывая себе разное. Наступила весна, начал Маркушкин домик таять. Заплакал Маркушка: не будет теперь представлёнышей! Тут появилась домовова дочка и говорит: «Глупый ты. Весна идёт, она лучше всяких представлёнышей!»
И побежали они в лесную чащу играть, только не в представлёныши, а в настоящие игры. Хорошо им было…
А теперь засыпай, Маркус. Во сне у тебя будут представлёныши, и постарайся подчинить их, чтобы они тебе повиновались. А если не сможешь, то просто запоминай их, чтобы мне рассказать.
– Угу, – прошептал засыпающий ребёнок, погружаясь в изумрудное сияние сказочного леса.
Так слагались дни и ночи. Днём Марчик путешествовал по ковчегу с игрушечным арбалетом за спиной, а ночью странствовал по своим снам, вооружённый инструкциями кибера.
– Запоминать сны Маркус научился, – докладывал кибер родителям мальчика, – но не достиг и первой ступени морфоконтроля. Сновидения идут потоком, и Маркус плывёт по ним, не фиксируя, что всё это ему грезится. Он не может очнуться во сне, не говоря уже о том, чтобы этим сном управлять, формируя образы и сюжеты. Мы пытались с ним запрограммировать память на кодовые слова и образы, устанавливали «якоря», которые бы рефлективно вызывали самоосознание, но результат отрицательный.
– Что будем делать? – обратился Сергей к жене. – Есть медикаментозные средства, гипноз. Технологии давно обкатаны, проверены временем.
– Химию ни в коем случае! И внушение тоже вредно, для психики.
– Моя жена атавистка, современные методы отвергает на корню, – шутливо пожаловался киберу Сергей и спросил его. – А что у нас в индустриальную эпоху пользовали?
– В XIX веке книгу-руководство по управлению сновидениями написал психолог Фредерик ван Эден, который и придумал термин «осознанное сновидение». Эден утверждал, что с помощью его техники можно во сне летать и встречаться с умершими. Надо отметить, к старости у Эдена проявилось серьёзное психическое расстройство.