Суженый
Шрифт:
Наконец наг, повернулся к ней лицом.
— Все так, — кивнул.
Ну вот, услышала, убедилась.
Снежана отвернулась, пряча от него душевную боль. Так глупо. Неужели она все-таки надеялась на что-то другое?
— И все не так, Снежана. И ты не понимаешь, что стоит на кону! Ты думаешь. это просто приз?! — он нервно дернулся и взмахнул рукой. — А это нечто гораздо большее! Ты себе даже не представляешь!
— Да? И что же это? Что вам всем от меня надо?
Он выдохнул и насупился.
— Чтобы ты выбрала мужчину.
— Зачем?
— Снежана… — кажется, терпение у нага заканчивалось.
Однако он все же нашел в себе силы и начал объяснять.
— Идет война. Понимаешь? Давно. Это война на истощение. Она убивает наш мир!
Надо же, хотелось воскликнуть ей, миры разные, а войны все те же.
— От твоего выбора зависит исход войны.
— Что? — она с трудом сдерживалась, чтобы не рассмеяться. — Исход войны зависит от того, с кем я пересплю? Вы сами понимаете, как это звучит?
— Не переспишь. Полюбишь.
Слова были сказаны, и они словно перевернули некую страницу, перевели все на другой уровень. Наг застыл, сжимая кулаки, повисло тяжелое молчание.
— Вы понимаете, что я им даже не нравлюсь? Никому из них? — спросила она тихо.
Белый Змей долго смотрел на нее, сжимая кулаки, и наконец проговорил:
— Имеют значение только твои чувства.
— Значит, вам все-таки нужна от меня жертва…
На самом деле, им дела нет до ее чувств. Получить и выпотрошить ее душу. Не важно как, не важно, что с ней потом будет. Это жестоко. Может быть, еще более жестоко, чем если бы они просто собирались ее убить.
Кажется, он что-то понял, потому что уже другим тоном заговорил. Проникновенно.
— Ты не права. Ты не представляешь себе, как важен для всех нас твой выбор. Это судьба целого мира. Неужели…
Да. И это тоже она уже где-то слышала.
— Только не надо вешать на меня ответственность за судьбу ВАШЕГО мира. И выбирать никого из тех, кого вы мне подсовываете, я не собираюсь.
— Как же с тобой трудно, снежная женщина… — пробормотал наг, коснувшись рукой лба.
— Вы уж извините.
Опять молчание повисло.
— Хорошо, — сказал он, наконец. — Не хочешь выбирать, значит, будешь просто жить, как захочешь сама.
Она сначала даже не поверила своим ушам. Что, вот так легко от нее отстанут?
— Просто жить? — переспросила Снежана.
— Да, тебя по-прежнему будут оберегать, и вокруг тебя будут… Но никто тебя ни к чему не принудит.
Опять какой-то подвох. И опять он темнит. Но она хоть отвоевала право жить, как считает нужным! Эта призрачная свобода — уже что-то.
— А теперь я хочу, чтобы ты заглянула в зеркало истины, — проговорил наг.
— Зачем?
— Ответ на твой первый вопрос. Ты увидишь в нем свою судьбу.
Не хотелось ей заглядывать ни в какое зеркало, и уж тем более, видеть свою судьбу. Но наг только что пошел на значительные уступки, и Снежана согласилась.
Белый змей отодвинулся в сторону и заскользил в сторону чаши:
— Прошу.
— Но никакого зеркала здесь нет.
— Ты должна заглянуть в воду.
— Хорошо, — сказала она, пожимая плечами, и подошла к чаше с водой.
Со стены в чашу вливался тоненький ручеек, и от этого на поверхности была постоянная мелкая рябь. Звук стекающей воды, полумрак. Она еще подумала, что здесь вообще можно увидеть?
Но по мере того, как Снежана смотрела на мелкую рябь на поверхности, в глубине чаши стало формироваться какое-то движущееся изображение. Нечто, смутно напоминавшее ее недавний сон. Снежана хотела приблизиться, чтобы лучше рассмотреть…
И пропустила момент, когда наг успел вклиниться между ней и чашей.
— Довольно! — проговорил он и быстро провел перед ее лицом руками.
Глава 25
Отправляя за женщиной Проводников, жрец изначально волновался. Потому что зеркало выдало странное предсказание.
Далекая женщина из другого мира, ее выбор сдвинет чаши весов судьбы.
Победит тот, кого она полюбит и назовет суженым.
Однако белый наг был склонен анализировать и мыслить логически.
Война уничтожает их мир, ее надо как-то закончить. Да, Раад одержал много побед, он делает все, что в его силах, однако бесконечной вражде конца не видно. Это действительно проблема, и если проблему может решить привлечение некоей… жрец не готов был назвать ее избранной. С его точки зрения женщина была скорее инструментом. Средством, орудием.
До того, что повелитель Раад вынужден, будет проглотить свою гордость, и встать в один ряд со всеми, жрецу Шауму вовсе не было дела, молодым мужчинам это бывает полезно. Иначе лавры победителей начинают натирать им головы. Впрочем, он не сомневался в том, что женщина выберет повелителя. Шаум достаточно хорошо знал женщин, за свою очень долгую жизнь успел изучить и тех, и других.
И тут такой сюрприз.
Женщина из другого мира оказалась как… непреодолимое препятствие! Как камень, который не поднять и не обойти. Разговаривая с ней, он пытался проникнуть в мысли, понять, что ею движет. И ничего. Все его попытки подобны усилиям волны сдвинуть утес — бесполезны.
Он не смог понять мыслей женщины! Это заставляло жреца болезненно морщиться.
Отправил ее на ночь в свой гарем. думал, может быть. увидев ее среди ей подобных, сможет понять, что же с ней не так. Понял. Все не так!