Свадьба, свадьба кольца, кольца

Я швырнула сумку в кресло и потерла лицо ладонями. Пффф…. Нет, я предполагала, что меня отец не больно-то любит….. Но не до такой же степени! А может, я ему неродная? Точно, надо сделать экспертизу ДНК, и если я не его дочь - аля-улю, адьос, амиго! Я забегала по комнате кругами. Так, надо мой волос и его волос. Блин, папа и так почти лысый, у него, наверное, каждый волос на учете!

Бред. Полный. Надо сесть, успокоиться и подумать. Надо.

Двумя часами ранее.

– Знакомься, доченька, это твой будущий муж, - с ласковой угрозой сказал папа.

– Очень приятно, - машинально откликнулась я. ЧТО?! МУЖ?! С другого конца стола на меня внимательно смотрел совершенно незнакомый мужик. Мне стало смешно. Блин, средние века.
– Папа, а что все это значит?
– поинтересовалась я. Лучше бы не интересовалась…. Все и так известные мне факты вывалились мне на голову тут же. Я-то привычная, а вот будущий муженек ошалел, мягко говоря. Лицо у него было такое, выразительное….

– Ты бестолочь, абсолютно бездарный и бесполезный член общества, - четко и спокойно объяснял отец.
– У тебя совершенно пустая голова, не способная думать ни о чем, кроме шмоток и глупостей. Оставить все тебе я не имею права - все рухнет через два дня после моей смерти. Чина - умный взрослый человек….

– Простите, Чина - это сокращенно от Чингачгука?
– полюбопытствовала я. Папенька побагровел, предполагаемый Чингачгук пошел пятнами.

– От Чингиза.
– Процедил он. Я покивала со значением.

– А меня Лера зовут, - радостно сказала я, желая сгладить впечатление. По-моему, не удалось.
– Простите, Чингиз, а вы уверены, что оно вам надо?

– Что именно?
– уточнил мужик.

– Ну, получить деньги такой высокой ценой?

– Лера! Заткнись!
– рявкнул папа.

– Заткнулась, папочка, - пропела я и села рядом с Чингизом. Тот покосился на меня. А я его рассматривала. Казах, или татарин - скорее, казах. И этим все сказано. Красивых казахов вообще мало, как говорят… метисы красивые. У казахов - своеобразная внешность. Ладно, я тоже не Анджелина Джоли.

– В общем, так. Завтра подписываете контракт, через неделю - свадьба. Две недели вам на медовый месяц, - усмехнулся отец.
– А дальше - за работу.

– А свадьба какая будет?
– спросила я. Папа закатил глаза. Выражение его лица означало: ‘Ну, что я вам говорил? Только шмотки и глупости!’ - Я имею в виду, казахская?

– Нет, обычная, - подумав, ответил Чингиз. Я кивнула.
– Лера?

– Да?

– Я бы хотел завтра, до подписания брачного контракта, поговорить с вами.

– О чем, господи?
– удивилась я.
– Ну, хотите, давайте, поговорим…. Во сколько?

– В девять утра?
– с каким-то подтекстом спросил Чингиз.

– Хорошо, - я как раз с пробежки вернусь. И даже помыться успею.

– До завтра тогда, - боже, это он так улыбается?! Мама, роди меня обратно! Я боюсь жить в этом мире, где всякие Чингизы улыбаются улыбкой голодного крокодила! А мне с ним спать, между прочим!

Через два с половиной часа.

– Пап, дай волос, - забежала я к нему в кабинет. Они с Чингизом по-прежнему сидели с какими-то бумагами.

– Что?
– даже папа растерялся. Я с пинцетом наперевес подбиралась к его голове.
– Лера, ты сдурела?

– Пап, я же тебе такие интимные вопросы не задаю? Дай волос!

– Лерка, прекрати меня позорить!
– папа начал наливаться краской, как клоп - кровью.

– А ты не жадничай! И вообще, одним разом больше я тебя опозорю, одним меньше?
– я изловчилась, и выдрала у него из головы волос. Довольно потрясая трофеем, я ускакала. За дверьми раздался какой-то раскатистый звук. Я притормозила и прислушалась. Боженьки мои, это ж Чингиз так смеется! Жуть какая….

Да, за деньги в нашей стране сделают все. Даже экспертизу ДНК посреди ночи! Я уныло рассматривала бумагу, в которой было четко сказано, что мой отец - это мой отец. Мда, а такая стройная версия рухнула….

***

– Итак, о чем вы хотели со мной поговорить?
– я болтала ногой и ела яблоко. Мы были в саду, я на качелях каталась, Чингиз просто подпирал спиной яблоню. Зацветет скоро….

– О нашем с вами деле.
– Мне кажется, или ему тяжело начинать говорить?

– Слушаю вас очень внимательно, - заверила я, отталкиваясь от земли.

– Лера, сколько вам лет?

– Двадцать три. А вам?

– А мне тридцать шесть.

– Здорово.

– Вы думаете?
– усомнился Чингиз.

– Ну, тридцать шесть - лучше сорока пяти, однозначно. Во всяком случае - в моей ситуации. Давайте перейдем на ты и к делу, - предложила я.

– Хорошо. Я хотел поговорить с вами о контракте и будущей семейной жизни.

– Давайте, - не стала я спорить.
– Вы будете говорить, а я слушать.

– Контракт составлен таким образом, что если мы его подпишем - назад хода не будет. Развестись мы с вами не сможем. Без потерь, я имею в виду.

– М?
– я с сожалением выкинула огрызок.

– Если мы разведемся, то все состояние вашего отца перейдет в кое-какой Фонд.

– Понятно, - кивнула я.
– Допустим, мне понятен мой мотив не разводиться. У вас какие мотивы? Вернее, зачем вам на мне жениться.

– Во-первых, слияние капиталов. Во-вторых, когда-нибудь, пора.
– Сухо пояснил Чингиз.

– Династический брак. Мама дорогая, двадцать первый век шагает по планете….

– Мы с вами взрослые умные люди, - тяжело вздохнул Чингиз. Я приосанилась - меня такими комплиментами не часто баловали.
– Давайте обговорим определенные моменты заранее, сейчас.

– Какие именно?

– Например, супружеской верности.
– Выдал Чингиз. Я вытаращилась на него.

– И как нам быть с супружеской верностью?
– вздохнула я.
– Хранить и беречь как зеницу ока?

– Хотя бы щадить друг друга, - сердито ответил Чингиз.

– А, то есть мы с вами за день до свадьбы договариваемся, что если и будем изменять друг другу - то по-тихому, так?
– мне было смешно. Чингиз пошел пятнами.

– Вы передергиваете.

– А вы ерунду говорите. Ладно, не переживайте по поводу верности. Мы с вами-то спать будем?