Чтение онлайн

Трудно не заметить мускулистое, сильное тело, когда находишься на пляже. Если бы она всегда видела его в костюме и галстуке, скорее всего, ее не охватил бы этот пожар. Но лучше не стало, когда они снова оделись, и она села рядом с ним в автомобиле. В брюках и рубашке с короткими рукавами Райс едва ли афишировал тело, но она снова хотела приблизиться к нему, прижаться и почувствовать его объятия. Ужасно! Тея в отчаянии сцепила пальцы на коленях, чтобы не протянуть к нему руки. Подай Райс знак, что испытывает такое же напряжение влечения, она почувствовала бы себя лучше. По меньшей мере, она могла бы надеяться остаться с ним наедине позже. Но после того, как он позволил ей соскользнуть по его телу и обнимал в море, смотря ей в глаза, Райс вел себя пугающе нормально.

Он вставил ключ зажигания и посмотрел на часы.

— Половина пятого, мы еще можем задержаться.

Почему бы не съездить в Агиос Николаос? Это красивый старинный порт. Может, там и поужинаем? Завтра у Пейнов коктейль, так что это наш последний шанс устроить прощальную пирушку.

— Там есть магазины? — спросила Клара.

— Много.

— Мне надо купить подарок для мамы.

Лицо Софи просияло.

— У меня тоже есть деньги. Мы могли бы пойти по магазинам.

— Тея?

Тея все еще избегала думать о прощальном ужине. Неужели остался только один день?

Она вынудила себя улыбнуться.

— Я бы пошла за покупками.

— А я-то думал, что вас больше интересуют рестораны, — усмехнулся Райс, включая передачу. Позвольте мне отвезти вас после магазинов в шикарный ресторан!

Ресторан? Однако, что за новости? Она, Тея Мартиндейл, вовсе не голодна! Что случилось? Она, должно быть, заболела, если потеряла аппетит. Тея пыталась шутить над собой, но не могла избавиться от того странного и досадного чувства, которое приходило с осознанием, что очень скоро они должны будут попрощаться.

Агиос Николаос оказался суматошным портом с паромами, кораблями для круизов и ярко раскрашенными рыбацкими лодками, снующими в гавани, ресторанами, выстроившимися вдоль береговой линии и, к радости девочек, множеством магазинов. Вечер только начинался, они гуляли по городу, наполненному золотым светом.

Клара обошла почти все магазины, прежде чем отыскала подарок для Нелл. Софи купила магнитную безделушку, которую цепляют на холодильник. Не слишком большое внимание к матери, подумала Тея. Купив несколько подарков, Тея обнаружила, что после похода по магазинам чувствует себя лучше. Если бы она только могла найти приличный обувной! Она бы полностью вернула себе самообладание.

Наконец Раису удалось вытащить их из магазинов. Они нашли ресторан с видом на маленькую внутреннюю гавань. Девчонкам не сиделось, и, наскоро поев, они убежали разведывать обстановку.

Тея осталась с Райсом и не могла ни о чем думать.

Ее парализовала стеснительность. Она сосредоточенно крошила хлеб и смотрела в тарелку. Язык ее будто прилип к небу, безмолвие невыносимо затянулось, но Райс был спокоен.

— Я забыла, что мы согласились на коктейль у Пейнов. — Голос ее звучал неестественно, но, по меньшей мере, она нарушила ужасное молчание. Я не сообразила, что это будет наш последний вечер.

— Я тоже, — признался Райс, — но она так хотела устроить вечер, что трудно было отказаться.

— Ладно уж, не умрем, если пойдем и будем учтивыми час или два, — сказала Тея. — Надеюсь, Клара будет вести себя хорошо. Кейт ее недолюбливает за легкомысленное отношение к воспитательным принципам.

— Я заметил, что Хьюго и Дамиан после того, как твоя племянница взяла над ними шефство, стали походить на двух сорванцов!

Тея не смогла сдержать смех, и это была ошибка. Их глаза встретились, он улыбнулся, и разговор прекратился. Проклятье, она так старалась казаться естественной.

— Пап! — К счастью, вернулась Софи, повиснув на стуле Раиса. — Пап, у тебя есть два евро? Нам нужны две монеты.

— Это зачем еще?

— Мы хотим сходить к Устам Правды, — Софи жестом показала туда, где у каменной маски, встроенной в стену, нетерпеливо ждала Клара. Они гадают по руке, — объяснила она. — Они читают ладонь и дают компьютерную распечатку, которая предсказывает твою судьбу на греческом или английском.

— О, это стоит того, — Райс усмехнулся. — Ты ведь понимаешь, Софи, что распечатка будет полной чепухой?

— Да, да, — кивнула дочь, переступая с ноги на ногу, очевидно, не слушая ни слова. — Мы можем пойти?

Райс полез в карман, а Тея сдерживала улыбку, благодаря судьбу, что страшное напряжение разрядилось. Приятно было видеть, как расцвела за две недели Софи — личико ее покрывал золотой румянец, а ее отношения с отцом изменились до неузнаваемости.

Девочки скоро вернулись, таща листы компьютерной распечатки. Софи вручила свою Раису.

— Пап, можешь прочитать?

Райс вздохнул и выудил очки для чтения, которые носил в кармане рубашки. Он надел их на нос, глядя из-под оправы на девочек с притворным раздражением, и тогда Тея поняла.

Наступил удивительный момент полной тишины, будто мир остановился. Деревянные лодки, качающиеся в гавани, мальчики на скейт-бордах, официант, скользящий мимо столов, даже Клара и Софи, ждущие с нетерпением, что скажет распечатка… все замерло и исчезло в сознании Теи, остался только Райс. Только Райс и внезапное открытие, что она безнадежно влюблена в него.

Тея медленно посмотрела вокруг, ожидая, что все изменилось, и не в состоянии понять, почему так произошло. Нет, мир не остановился. Мальчишки все еще прыгали на своих деревяшках, лодки мягко покачивались на якорях, официант поставил бутылку на соседний столик, Клара и Софи жадно слушали Раиса. Никто из них не понимал, что ее жизнь полностью изменилась в один миг и никогда не станет прежней.

— Иногда вы недовольны всем, — Райс закончил чтение распечатки Софи, — но вам предстоит долгая и счастливая жизнь. Так что все в порядке. — Он положил бумагу. — А что у тебя, Клара?

Клара расправила бумагу на столе, а Райс, сняв очки, с улыбкой взглянул на Тею.

— Давайте посмотрим, что приготовили Уста Правды для Клары!

— Вы можете серьезно разочароваться от поспешных, рискованных поступков, — читала Клара вслух. — Вы полны жизненной энергии, любите физические удовольствия… Но не слишком умничайте, — прочла она с оскорбленным выражением лица, а потом неохотно улыбнулась, видя, что все смеются. — Глупость!