Чтение онлайн

Пирожочки ароматизировали совсем уже бессовестно! Да у Ромы никогда еще не удавалась так выпечка! Кто там такой рукастый?

— Вперед, мой юный северный воин! — шепотом скомандовала я. — Нас ждет награда в царстве сковородок и кастрюль!

— Ула-а! — также шепотом протянул Дима и хихикнул, прикрывая лицо ладошками.

Спускались громко. Сначала вылетел кот с чем-то в зубах, замер у перил и вздыбил шерсть. За ним процокал когтями Куч и они, сцепившись в один комок, кубарем покатились по лестнице. Нас не зацепили чудом. Просто потому, что мы стояли между первым и вторым этажом и вжались в стену. Рядом в углу сидела Побелка и срыгивала шерсть. Умничка какая. Прямо на мою простыню.

С первого этажа выглянул Вик с булкой в зубах и Мартына с венчиком в руках. Оба подозрительно уставились на нас.

— Мама, они нас видят? — подергал меня за простыню сын. — Мы же волшебные.

— Нет, конечно. — заверила я. — У тебя шапка-невидимка, а у меня волшебная мантия.

— И много ль мантий подобного качества у тебя? — подперла бока Мартына. — Как была мелкой тютей, так и не научилась хозяйство вести!

— Да она старая! — попыталась оправдаться я. — Она ж вон — совсем уже распадается. И зашивала уже ее раз пять.

— Да какая она старая?! — возмутилась Мартына. — Я тебе ее на свадьбу дарила, а мне она только на тридцать лет была вручена моей свекровкой! Ни разу не использована, а только ежегодно ее перетряхивала да лавандой присыпала.

А я-то думала, откуда эта вонь?! Вон оно что! А простынка и правда не старая. Древняя она!

Пироги пекла Мартына. Дома не было яиц, молока и масла, но она не растерялась и уже познакомилась с кухаркой в доме Тании Власовны. Там же и были добыты все нужные продукты.

— Во что сегодня начали играть? — спросил Вик, когда мы все сидели и завтракали.

— В поколителей. — улыбнулся Дима, поправляя шапку.

— Это что-то про дровосеков? Я бы тоже сейчас дровишек поколола. — умилительно прищурилась наша гостья. — Вот скоро привезут мне пару телег и как начну! Обожаю топором работать. Сразу спина перестает болеть.

Стало немного боязно. Потом вспомнила, что Мартына у нас самая душевная женщина в селе и успокоилась. Предложила ей сходить сегодня в салон.

— А во дворе кто будет говна убирать? — хмуро уставилась на меня она. — Виктор, как ты можешь жить с такой совершенно нехозяйственной женщиной?

Пирожок во мне застрял. Реанимационные действия проводились моими мужчинами — сначала Димуля поколотил кулачками по моей спине, а потом муж схватил меня подмышки и потряс. Господи, если я не задохнусь, то они меня добьют!

Пока я пыталась выровнять дыхание и утереть слезы с соплями, Вик расписал меня как самую замечательную жену, мать, хозяйку. Неужели это все я?! Ну конечно! И как я могла усомниться? Даже Димуля сказал пару слов о наших играх и моих сказках. Мартына подобрела, но в приказном тоне объявила уборку придомовой территории.

Мешок с собачьими удобрениями пополнялся, Вик нашел запасы вагонки и ремонтировал коридор, Дима подавал ему гвозди. Мохнатые преступники сидели на недавно установленных качелях и наблюдали за нами. Отец Виктора заглянул к нам, сказал что более его к этим сумасшедшим зверям нянькой не приставлять, поохал над криво подстриженным задом Куча и отказался от стрижки его самого. А мог бы быть самым модным в этом сезоне!

Веселея прискакала к нам ближе к обеду и обругала за мое отсутствие на рабочем месте.

— Ты назначила время деду со свиньей, вот ты и иди разбираться с ним!

— Ты вообще-то в деле тоже!

— Я — да! А Афанасий тебя требует!

Хммм… Дед еще очень даже крепок. Мартына у нас вообще огонь. Дак может быть…

— Обед варим и идем. — отрезала наша огонь-баба и свернула уборочную кампанию. — Поедим на месте.

Чтобы сынуля не мешался в ремонтных действиях, я забрала его с собой. В конце концов, взгляд на жениха для Мартыны должен быть и с мужской стороны.

На улице напротив салона стоял ювелир и поджидал кого-то. Меня, как оказалось.

— Забирайте своего охламона и мы с вами расторгаем наше соглашение!

— Но-но! — поводила указательным пальцем у носа Ермолая Аристарховича. — Попрошу Тимофея так не называть! Что он такого сделал?

— Какого еще Тимофея?! — поводил кулаком ювелир уже у моего носа. — на Никитку вашего уже в третий раз вызываю стражу, а он опять лезет к моей дочке.

— Какой еще Никитка?!

На наших глазах некий увалень очень внушительной комплекции вальяжно прошел в дом Ермолая Аристарховича. Из дома раздался девичий визг и звуки бьющейся посуды. И тут я заметила Тимофея. Парень жался под березкой и тряс букетиком ромашек.

— А ну поди сюды! — рявкнула я в его сторону. — Ты почему к Серафиме подпускаешь всяких амбалоподобных? Ты мужик?

— М-мужик. — неуверенно ответил подошедший Тимофей.

— Серафима тебе нравится?

Парень отрицательно затряс головой. Голос у меня пропал от такого и я молча ткнула пальцем в его букет и развела руками.

— Я люблю ее. — вжал голову в плечи наш герой и сделал шаг в сторону от будущего ювелирного тестя.

— Ну тогда в бой, мой мальчик!

Сначала хотел бежать в бой Димуля. Еле объяснила, что это адресовалось Тимофею. Парень попереминался с ноги на ногу, но Ермолай Аристархович любезно проводил его в дом и также любезно закрыл за ним дверь. Ждать долго не пришлось. Сначала послышались глухие удары, потом боевой клич (почему-то женским голосом) и звонкая встреча чего-то металлического с чем-то тупым.

— Интересно, там все живы? — с любопытством произнесла Веся. — Я еще не была на следственных мероприятиях со смертоубийством.

Ломанулись внутрь мы разом. Победила Мартына, которая внесла вперед ювелира одной рукой и кастрюлю с пюре и котлетами другой. Дверь вроде бы осталась на месте. Мы с сыном были последние. Зато не помятые.

Первый этаж пролетели, не задерживая внимания на витринах с недорогими украшениями. На втором этаже мы образовали пробку. Всем было интересно посмотреть на Серафиму со сковородой (вот и металлический предмет), на Никитку, лежащего на полу с набухающей шишкой на лбу (вот и тупой предмет) и на Тимофея, который прикрывал подбитый глаз.