Чтение онлайн

– Хммм, – почесал затылок Петрищев, – И как его пропихивать, и главное, куда?

– Посмотрите с привычного для себя угла зрения, – булькнула радужная жижа.

Василий послушался. Возникший перед его взором фаянсовый, лаконичных форм унитаз, развеял последние сомнения. Петрищев засучил рукава и устремился в его недра. Спустя некоторое время он вынырнул, исполненный гордости за хорошо проделанную работу. Радужная жижа обрела облик начальника ЖКХ и сердечно пожала сантехнику руку, пообещав новую встречу.

Так и повелось. Примерно раз в три месяца в голове Петрищева раздавался телефонный звонок, и сантехник отправлялся на свалку историй ликвидировать очередной затор. Он привык к дурацким шуточкам Свалки, и иногда даже откликался на предложение сказать «триста», чтобы доставить тому удовольствие. Свалка радостно восклицал: отсоси у тракториста!, краснел, извинялся, но в глазах его плясали озорные огоньки.

Однажды он рассказал Василию о его предшественнике.

– Хороший специалист, но уж больно инициативный. Все хотел систематизировать. Фильтры на входе и выходе поставить, сортировку организовать, колобков закрыть в загон и кормить по расписанию, чтоб жрали не все подряд, как придется, а строго сбалансированные отобранные ингредиенты. А это уже не свалка, а фабрика-кухня.

– Разве это плохо? – удивился Петрищев.

– Колобки впали в уныние, истории внутри них начали портиться. Такой тухляк исторгался… Взять вашу недолгую жизнь, к примеру.

– Нормальная она, – сантехнику стало обидно за свою жизнь, – спокойная и размеренная. По крайней мере, была такой, пока я сюда не попал. Теперь вынужден врать на работе про запойный алкоголизм. Между прочим, меня уволить могут. Вполне возможно, прямо сейчас приказ подписывают.

– Не подписывают, – успокоил Свалка, – Как бы не была замешана история, в ней всегда присутствует баланс.

И, чуть помолчав, добавил:

– В умелых руках и хуй балалайка.

***

Начальника ЖКХ звали Сергеем Петровичем, и первым его ярким эротическим переживанием был парад трудящихся.

Листая как-то на досуге одолженный у одноклассника замурзанный порножурнал, Сергей Петрович, тогда еще просто отрок Сережа, свободной рукой перевернул последнюю страницу, и взору его предстала вырезанная из газеты фотография. Кто ее туда поместил и зачем, непонятно. Скорее всего, одноклассник решил испортить товарищу удовольствие. На фотографии шагали колонной счастливые люди в спецовках. Они несли транспаранты, возвещающие славу труду и воздушные шары. На лицах их застыло вдохновение. То самое, когда эх! ухнем! в едином порыве! Ну как тут не ухнуть? Поди удержись. Вот и Сережа не удержался. С тех пор его не оставляло желание стать частью чего-то значительного, важной, вдохновляющей частью. Без которой «в едином порыве» не получится. А если и получится, то неорганизованно и через жопу.

***

Устранив потоп в третьей квартире, сантехник Василий Петрищев отправился домой. Ему хотелось посидеть в тишине и подумать. До чертиков надоело слыть алкашом. Этак никакой личной жизни не будет. Хотя, какая личная жизнь с его отлучками на свалку? Конечно, дело нужное и важное. Огромных масштабов. Ответственное дело. Но…

Придумать «но» Василий не успел. У двери его поджидал начальник ЖКХ. Вид он имел решительный и торжественный.

– Я теперь, Петрищев, буду у тебя проживать, – сообщил начальник. – Временно. Мы вместе поймем, что побуждает тебя валиться в яму.

Василий тоскливо подумал, что, наверное, не такая плохая вещь эта самая систематизация свалки. Потому как, ну его нахрен, такие повороты. Дать бы по морде тому колобку, что исторгнул…

– В яму лжи и секретов, – Сергей Петрович, истолковав молчание Петрищева, как знак согласия, воодушевился, – Сдается мне, подрабатываешь ты где-то. Стесняться нечего, я тоже так делал.

Начальник ЖКХ понизил голос, огляделся и поманил Петрищева пальцем.

– Мутная была контора, секретная. Только все неправильно делали. Сплошной хаос, организация никакая. Я им, конечно, дал парочку советов, да разве они послушают? Главный полный дегенерат. То в бабу переоденется, а то и вовсе в какую-то стремную херь. И прибаутками сыпал. В общем, плюнул я и ушел.

– Какими прибаутками? – насторожился Петрищев.

– Дебильными. Присказки и анекдоты бородатые. Вроде: «Хозяйство вести – не мудями трясти». Да хрен с ними!

– А называлась как контора ваша? – не отставал сантехник.

– Да откуда ж я помню, – отмахнулся Сергей Петрович. – По-дурацки называлась. Вроде « парад историй» или « историческое кладбище». Что-то с историями связано.

– Свалка историй, – прошептал Василий.

– Точно! – воскликнул начальник.– А еще лучше сказать, помойка. Знаешь, как им корреспонденцию завозили? Мешками. Все документы впермешку, кошмар! Сил смотреть нет! Я и не стал. Вы уж извините, говорю, но, кажется, вам требуется специалист. Привести в порядок и систематизировать вашу работу. Чтобы в едином порыве! Эй ухнем, а? Как на демонстрации трудящихся! А они…

Петрищева вдруг осенило:

– Так это вы! – перебил он, – Это из-за тебя… то есть, вас, то есть… Я должен был догадаться…

Все стало настолько понятным, что он не знал, плакать или смеяться. Однако, сделать что-нибудь хотелось, поэтому сантехник, немного помедлив, залепил начальнику звонкую пощечину.

***

– Так что с ним случилось? Куда он делся?

– Куда-куда… к корове под муда, – ответил Свалка.

– А серьезно?

– Серьезно.

– Если у коровы есть муды, значит, она бык, не бывает коров с мудами.