Чтение онлайн

Итак, у Дивояра есть летающие аппараты, а его маги пользуются для передвижения крылатыми конями, которых надо отпускать на ночь полетать. Которые могут перемещаться только в воздушной среде. Преимущество хрустальных колонн неоспоримо, а дивоярцы по старинке летают на конях. Это надо всё осмыслить.

Он так задумался, бредя по светлой мостовой площади Звезды, что очнулся только когда его окликнула Брунгильда.

— Лён, ты в Дивояре? — удивилась она.

Он немного растерялся, забыв вообще, зачем направился сюда.

— Ну да, — озадаченно ответил он, стараясь вспомнить, что его так тревожило сегодня утром. Да, что-то там говорили Очерота и Пантегри. И тут кольнула в сердце заноза: о да, все то, что происходит в Сильвандире!

— Я думала, ты используешь весь свой недельный отпуск! — продолжала валькирия. — Собственно, хорошо, что ты тут. Я хочу тебе от имени Совета выразить благодарность за проделанную работу. Конечно, так не благодарят, тебя и Пафа ещё вызовут для вручения награды. Но раз уж я тебя вижу…Вы оба прекрасно справились с работой — мы даже не ожидали такого успеха. Мы так давно готовили эту операцию, ещё задолго до прибытия Дивояра. Всё время опасались мятежа среди сильвандирцев, особенно в последнее время, когда стала так сильна клика герцога Лейхолавена. Да ещё этот срыв с принцессой — такая неудача! Но вы прекрасно справились.

— А что мы такого сделали удачного? — тупо спросил он, не понимая причины такого воодушевления: валькирия говорила то же, что и второкурсники. А он ведь сначала подумал, что они прикалываются над ним, насмехаются за то, что он так позорно вляпался в эту историю с пропажей невесты Пафа, а потом ещё так долго искал её.

— Как вам удалось переломить сопротивление герцога Грая?! Это сильный политический противник — он в состоянии поднять мятеж и вовлечь в войну оба соседних государства! Но авторитет Алая Сильванджи оказался в народе так высок, что население страны безропотно готово исполнить всё, что он скажет. Мы сначала думали, что ваша миссия провалилась, особенно с этой принцессой. А потом вдруг стали распространяться слухи о предстоящем расселении. Мы думали, что вообще всё рухнуло, и придётся применять насильственные меры. Я думаю, это герцог каким-то образом донюхался до тайны и поспешил раструбить о том в народе, чтобы подорвать авторитет Алая. Но просчитался.

Собственно, спрашивать больше было не о чем. Задавать вопросы о том, была ли смерть короля Дарейна как-то инспирирована Дивояром — бессмысленно. Если и была какая интрига, его всё равно не посвятят в эти планы.

— Значит, мы с Пафом свободны? Можем вернуться к учебе?

— Ты уже свободен, — как очень хорошую новость сообщила ему Брунгильда.

Ну да, конечно. Это должна быть очень радостная для него весть — месяц назад он был бы счастлив избавиться от этого неожиданного назначения. И Паф был бы рад никогда не надевать на себя корону Сильвандира. А уж как рад он должен быть тому, что не придётся ему ждать пять лет, пока родится наследник. Как хорошо, что принцесса оказалась тролльчихой, и как сблизил этот оскорбительный для королевского достоинства факт короля и его народ.

— Ты устал, — ласково сказала Брунгильда, — советую отдохнуть от дел.

— Мы вернёмся к учёбе? — тупо спросил Лён, поскольку думал совсем не об этом.

— Ну-уу, не совсем, — замялась Брунгильда, — Ты у нас теперь магистр, тебе как бы не с руки снова возвращаться в Университет, иначе создастся впечатление, что звание магистра и медальон вообще можно раздавать в обход правил. Это ведь исключительный случай, что вас обоих оторвали от учёбы. Но Паф точно продолжит обучение. Кстати, есть для него и приятная новость: вы же неразлучные друзья, и он может поселиться в обход студенческого устава у тебя в новом доме. Это беспрецедентный случай в истории Дивояра, но в вашем случае это справедливо.

Неприятно слушать валькирию — она явно в чем-то кривит душой. Может, сознательно, может — нет, но говорит что-то противное её прямой натуре. Все годы Лён доверял своей учительнице, потом так же гордился тем, что он ученик прославленной в Дивояре валькирии, о подвигах которой написана целая глава в Книге Героев. И это запоздалое прозрение о том, что старшие дивоярцы могут быть неискренни и скрытны, очень тяжело отзывалось в душе. А сам-то он кто, пришло вдруг в голову. За последние два года он совершенно изоврался. У него столько тайн от старших товарищей! И ведь на все находятся какие-то оправдательные объяснения! Может, так и у Совета. Вот возникла острая необходимость привлечь к решению старых задач двоих таких юнцов, так не объяснять же им все подробно. Может, они ещё и недостойны знать всё! Может, вообще подкачают и проявят слабость! Вот почему Брунгильда так рада, что они не провалили миссию, оказались достойны доверия! Может, потом когда их и посвятят в детали дела. Вон Пантегри и его товарищи — даже не пытаются вникать в тайные дела Совета, для них это вполне дисциплинированное сознание. Не дорос до доверия — не пытайся лезть, а пойди и заслужи.

Вот интересно, пришло в голову Лёну вдруг ни с того, ни с сего, а ведь в прошлом, как он помнит, Брунгильда явно была старшей в связке с Громуром. Да, это он тогда точно подметил: Вольт подчинялся валькирии! Отчего же теперь он стал ректором Университета и главой Совета, а она на вторых ролях? Неужели из-за того, что женщина? Нет, не замечал он, чтобы в Дивояре имела место хоть малейшая дискриминация в вопросах пола.

— Могу ли я участвовать в переселении сильвандирцев? — с ложью в душе спросил Лён, ничуть не сомневаясь, какой услышит ответ.

— Конечно, — кивнула валькирия, — Побудь с Пафом, ему сейчас нелегко.

Тяжело как всё это было. Летел он сюда с какой-то смутной надеждой, что произошла какая-то ошибка, что о чем-то можно будет попросить, придумать какой-то другой выход. Зачем вообще расселять сильвандирцев? Неужели нельзя оставить их на местах и в таком виде присоединить эти области к соседним королевствам?

Он пришёл к себе домой и брякнулся на кровать. На душе было так погано. Надо было отправляться вниз, быть с другом, которому сейчас так тяжело. А отчего-то на него напала такая апатия. Вот сейчас, когда он свободен от своей миссии придворного мага, он может снова заняться поисками Белого Принца и разгадкой всех тайн, которых накопилось немало. Он может хоть каждый день ходить в зоны наваждения и искать проход в прошлое, чтобы разобраться во многих тайнах — всё это будет незаметно для других, ведь в прошлом можно провести сколько угодно времени, а здесь пройдёт всё ничего. Можно рыться в книгах Дивояра, якобы под предлогом прерванного обучения — только пожалуйста!

— Лён, — громко разнеслось по всему помещению, — мы ждём тебя в Совете Дивояра.

Откуда этот голос?! Из здания Совета возможна прямая связь с любым домом небесного города? Как странно, но с чем-то это ассоциировалось.

— Лён! — снова позвал голос.

— Я слышу! — крикнул он в воздух, вертя головой и пытаясь определить, откуда идёт звук.

— Прибудь к нам, к тебе есть дело. Это ненадолго, — совсем обычно прозвучал ответ, как будто говорящий находился рядом.

От апатии и заторможенности не осталось и следа. Тайны Дивояра продолжали множиться. Да ещё какая-то дурацкая догадка вертелась в голове, не давая ухватить себя.

Быстро переодевшись, Лён выскочил наружу и полетел в Совет. Его там встретили как положено и провели во внутренние помещения — инициировав на вход! Каждый раз отдельная инициация?!

— Лён, ещё одно дело, и вы с Пафом свободны, — так встретил его глава Совета Вольт Громур.

В большом круглом зале Совета, помимо Вольта и Брунгильды было несколько других магов — Лёну они все знакомы. Панорамные окна-экраны показывали мирные картины повседневной жизни Дивояра, наблюдателей перед ним не было, и только пустующие кресла выглядели, как некий просчёт маскировки, который для наблюдательного взгляда мог бы подсказать, что было здесь что-то не так. Всё та же неуловимая догадка брезжила в мозгу, но не давала рассмотреть себя.