Чтение онлайн

Я же не железный! Что. ты. творишь?!

И так, блядь, каждую ночь, едва вырубается свет и чувствую ее рядом в кровати… вопреки всем доводам рассудка… ст*як, как у школьника… и, Сука, ночные поллюции — на утро шикарный привет. Уже скоро завою. В играх уже, как прыщавый задрот, сублимируюсь — похуй. И давалку бы уже какую себе организовал… да, блядь… не то всё это. Не поможет… ведь даже не тянет…

А она еще такое заряжает.

Как пить дать, сорвусь. Сорвусь — и пи**ец всему будет. Не лучше тех сук стану…

Нервно сглотнул скопившуюся слюну.

— Выпусти меня! — нелепое блеяние стало более разборчивым, но не менее жалобным.

блядь! И эта баба под колеса машины кидалась, спасая свою честь…

Жесть.

Живо срываюсь на ноги. Еще одна ее попытка открыть дверь — поддаюсь. Шаги на меня — ловлю за руки. Потащил за собой.

— Ты че удумал?! — испуганно визгом. — Мне больно!

— Отлично! Может, протрезвеешь!

Еще ход — и затолкал в ванную. Отбивается, орет, матом садит. Врубить воду — и засунуть ее больную голову под холодный душ. Струями дождика да прям в лицо, приводя в чувства ледяными шпорами.

Еще мгновения сопротивления — и расслабляю хватку. Отпускаю идиотку. За шкирку — и в коридор. Толкнул слегка в сторону спальни — подалась по инерции, захлебываясь остаточными рыданиями.

Криком ей вслед:

— И смотри мне! А то сейчас еще и таблетками накормлю!

…

Захлопнуть дверь за собой. Присесть на край ванны. Утопить лицо в ладонях — и бешено зарычать.

Пиздец. Это простопиздец! Такими темпами я не то, что свихнусь, но и пулю в лоб себе пущу. Это уже перебор какой-то… Пере-дози-ровка.

…

Включить вновь душ. Раздеться — и самому нырнуть под холодную воду, хоть как-то гася свою ярость… и вожделение.

(М и р а)

Одно полотенце — завязать на пояснице, а вторым приняться усердно вытирать голову. Шаги в коридор. Взглядом скольжу по сторонам, выискивая свою шальную. Шорох где-то в спальне. Живо туда — и обомлел.

Голая… что не есть… стояла посреди комнаты передо мной.

Нервно сглотнул я слюну, окончательно понимая: пиздец, конечная точка.

(Н и к а)

— Ты чего, блядь, там нализалась?!! — бешено взревел на меня, пойдя тараном — отчаянно, испуганно попятилась я, пока не уткнулась в кровать. Обмерла перед демоном, невольно дрожа. — С *** ли тебя так таращит?! — исступленно.

Слезы позором моим проступили на глаза, но еще отчаянно держусь:

— Пожалуйста… — тихо, смертником.

Окаменел. Не моргает. И даже не дышит. Побелел от ярости.

Срываю зверя с цепи: несмелое движение руки — и раскрыла ладонь, являя презерватив.

Вздрогнул, будто током его кто долбанул. Округлил очи:

— Откуда?! — не сразу нашел силы на звук.

— Купила, — тихим, осиплым голосом.

Жгучее, убивающее мгновение — и внезапно дернулся, схватил его. Нервно сглотнул.

— А где остальные?

— В… в тумбочке, — запнулась я в растерянности. Мурашки пошли по телу. Невольно прикрылась, скрестив руки на груди. Взглядом слежу — подался в указанном направлении. С грохотом открыл и достал всю пачку. Вдруг резвый, уверенный ход. К шкафу, к сейфу. Поспешно ввел код — и открыл дверцу. Миг — и запестрел в его руках нож. Усердное, кривляясь, движение — и пробил каждый поочередно. Швырнул мне в лицо — вздрогнула, отдернулась машинально.

— Держи. Наслаждайся, — с презрением. — А как закончишь здесь… приходи. Пожрем хоть наконец-то.

Разворот — спрятал столовый прибор обратно, захлопнул дверцу — и стремительно долой, в коридор…

— И почему этим Сукам везет больше, чем мне?! — отчаянно, горько, криком ему в спину.

Окаменел.

Мгновения, дабы переварить услышанное. Обернулся.

— Не понял?! — очи округлены. Злобно скривился: — Че?

Давясь слезами, добиваю окончательно, взрываясь криком. Глаза в глаза:

— Неужто я настолько омерзительна, что меня можно трахать только насильно, спьяну, причиняя боль и увечья? Да что ж я вам всем такое сделала… что вы готовы меня только за патлы таскать и унижать? С дерьмом мешать? Как вы еще членом меня касаетесь?! Хотя нет, — психопатически рассмеялась я вспышке воспоминаний. — Кое-кто все же был покреативнее…

Вдруг ход — уверенные, наливаясь приговором, шаги напором. Ухватил за плечи — и попятил. Поддалась невольно.

— Стой! — захлебываюсь воздухом. Волосы, казалось, зашевелились у меня на голове. Кровь заледенела в венах… а сознание пробили иглы… понимаем того, что сейчас свершится. — Не надо! Не так!

Но уже ухватил за руки — и сдавил до боли, тотчас повалил на кровать.

— Мне больно! — визжу я.

Живо раздвинул мне ноги, протискиваясь наваливаясь на меня сверху. Сорвал с себя полотенце.

— Не надо, стой!

Но еще напор, натиск — и ворвался, вошел в меня… взрывая вселенную в эксплозии. До боли, до жути… до приговора неизбежности и рокового крушения.

(М и р а)

Завизжала. Дико завопила тотчас подо мной, невольно приводя тем самым меня в чувства. Будто кто жидким азотом обдал. Обмер я в ужасе, наблюдая, впиваясь взором в искаженное от боли, страха, трепета лицо… той, которую я больше всех оберегал… и которую только что так жестоко предал.

Дернулся, мигом вышел из нее. Отстранился. Спешно скрутилась та в клубок, поджав под себя ноги. Нос уткнула в подушку и еще сильнее завыла, давясь рыданием и жуткими, убийственными словами, которые я и сам себе повторял: «ЧТО ТЫ НАДЕЛАЛ?!».

Скатился мой взор невольно вниз.

«блядь!» — нервно дернулся я, завидев кровь ее на себе.

Сука…

Зажмурил веки — и замер, окоченел так, не дыша.

Пиздец. Свершилось.

Всего, чего так жутко боялся, — свершилось. Натворил.