Чтение онлайн

– Орки! Орки! Сигнал! – неслись вокруг крики.

Денис тоже кричал. Серо-красная пелена застилала ему глаза, боль становилась все сильнее. Неожиданно сквозь дым он заметил затянутое маской лицо – видны были только желто-зеленые глаза, показавшиеся неуловимо знакомыми. Перед Кайгородовым стояла худенькая девушка в облегающей кожаной куртке с заклепками, высоких сапогах и плаще с капюшоном. Плотная ткань накидки распахнулась еще сильнее, и Денис увидел несколько притороченных к перехлестнутым через грудь ремням метательных ножей. Прежде чем один из них полетел ему в голову, он успел увидеть тень улыбки в глазах странной незнакомки.

Резкий удар в голову заставил мир вокруг померкнуть, окрасив его в серые тона. Боль ушла, не оставив за собой даже отголоска, во всем теле появилась необычайная легкость – несмотря на невозможность двинуться.

«Внимание! Вы погибли от руки «Имя неизвестно». Возрождение в ближайшем месте символа веры через 15… 14… 13…»

Сквозь постепенно сгущающуюся серую пелену и объемную надпись перед взором Кайгородов проводил глазами запахнувшуюся в плащ незнакомку, легко пробежавшую через суетящуюся толпу и скрывшуюся между торговыми лавками. Еще несколько секунд он мог наблюдать картину волнующейся, как разворошенный муравейник площади, а после сжимающуюся вокруг серую хмарь сменила тьма.

Этот широкоплечий лысый незнакомец, заметно выделяющейся на уютной дружеской вечеринке, Денису Кайгородову категорически не нравился. Не нравились его близко посаженные маленькие глаза, агрессивная манера поведения, кичливая одежда. Денису – удивительно, не нравилась даже спутница лысого, необычайной красоты девушка с восточным разрезом огромных миндалевидных глаз.

 Неизвестный гость сейчас активно беседовал с владельцем особняка. И, как догадывался Денис, судя агрессивной жестикуляции и мимике лысого - именно он был хозяином того самого кургузого ведра, которое совсем недавно лишилось бампера вместе с приметным номером – тремя шестерками и громко говорящими буквами. К чему Кайгородов, конечно же, не был причастен никоим образом – да и следов на его машине после столь мелкой неприятности, к счастью, не осталось. Аргументы же о карме, и о том, что парковаться надо как люди, а не как рогатые обитатели лесов, Кайгородов решил оставить напоследок – если путь ухода в несознанку не сработает.

– Денис? – отрывая от раздумий, послышался позади приятный, томный голос.

– Да? – обернулся он с интересом, быстрым взглядом оценив - в который сегодня раз, красоту Светланы, выгодно подчеркиваемую вечерним платьем.

– Как у тебя дела? – мило поинтересовалась хозяйка загородной усадьбы.

– Дела… так себе, – легко и открыто улыбнулся Кайгородов. И еще раз насладился видом, теперь уже мазнув взглядом сверху вниз; опять, в который уже раз отметив холеную красоту жены лучшего друга. Ноги у Светланы были длинные, личико точеное, а в глубоком вырезе декольте поднимались в такт дыханию две очень, очень притягательные окружности.

«Неужто грудь сделала?» – спросил он сам себя, стараясь не смотреть в вырез платья. И еще раз стараясь.

– А? Что? – не заметил Денис, как увлекся.

– Что же случилось у тебя, Кайгородов, что дела так себе? – все так же дежурно улыбаясь, повторила вопрос девушка. От нее не ускользнуло, на что отвлекся Денис. Света между тем глубоко вздохнула и мягко тронула кулон, который висел почти у края декольте.

 «Да что же ты делаешь, женщина?»

– Печально все - мне уже двадцать семь, а я еще не король, - Кайгородов вновь широко улыбнулся. И вдруг вспомнил о важном моменте – по всему периметру особняка четы Филимоновых висел камеры видеонаблюдения.

– Светик, слушай, а можно записи с ваших камер посмотреть?
– собравшись с силами, посмотрел он наконец собеседнице в глаза. И неожиданно столкнулся с холодным, неприветливым взглядом.

– Еще не король, значит. Удивительно, - мило махнула она ресницами, умело спрятав холод во взгляде и проигнорировав вопрос.

– Светик, что случилось? – подобрался Денис. – Все в порядке?

– Все просто, [черт], прекрасно, – широко и фальшиво улыбнулась Светлана. – У меня, Кайгородов, все просто [восхитительно], чтоб ты знал!

Переведя дыхание, Света раздельно и четко добавила еще несколько крепких выражений, больше подходящих фронтмену группы Ленинград, нежели удивительно красивой девушке.

Оглянувшись, Кайгородов мягко взял под локоть свою бывшую одноклассницу и когда-то очень близкую подругу, отводя в сторонку.

– Давай, Самарина, рассказывай, что случилось.

Так, по фамилии, они обращались друг к другу уже много лет – с той самой поры, когда Светлана только появилась в девятом классе школы Кайгородова, переехав из другого района.

– Ты зачем ему эту игру показал? – поинтересовалась Света, и прикусила зубками нижнюю губу. В глазах ее плясали злые чертики, и видно было, что сохранять самообладание ей непросто.

– Какую игру? – удивившись, посмотрел непонимающе Кайгородов.

– Онлайн-игру. С эльфами этими, [черт], орками!

– А… – даже не нашелся Кайгородов сразу, что сказать, вспоминая. – Так это было сколько… пару лет назад, вроде. Показал и показал, случайно получилось.

– Полтора года назад мы последний раз виделись. Зачем, Кайгородов?

Вместо слово «зачем» Самарина употребила более грубый аналог.

– Ты считала? – удивился Денис, и добавил сразу: - Не матерись, пожалуйста, тебе не идет.

– Посмотри на него! – не обратив внимания, Света неожиданно с силой взяла Дениса за предплечье Света, разворачивая. Лысый все еще выказывал расстройство Филе – в миру Ивану Филимонову, бывшему бойцу смешанных единоборств, достигшего на этом поприще немалых успехов. Необычайно красивая восточная девушка теперь также участвовала в беседе, активно возмущаясь, растеряв всю свою азиатскую невозмутимость.

– Ну. Посмотрел и что? – обернулся Кайгородов к Самариной.
– Выглядит хорошо, именинник же!

– Ничего не замечаешь? – мило поинтересовалась Света, мимолетно прижавшись к Кайгородову.

Денис постарался не выказывать никаких чувств. Но это было непросто – ведь рядом была та самая, первая и единственная любовь. Каждый раз, когда он ее не видел в течении долгого времени, ему казалось, что забыта мимолетная страсть и притяжение, вспыхнувшее между ними давным-давно. Но это только казалось.