Светящийся
Шрифт:
— Вид у него печальный, — заметил Хэллоранн.
— Да, очень. — Она ласково посмотрела на Хэллоранна.
Дик вытащил сигарету, размял ее, сунул в рот и прикурил. Синий дымок лениво поплыл в пронизанном солнцем воздухе.
— Как насчет снов, что навещают Денни?
— Уже лучше, — ответила Венди, — на этой неделе только один. Раньше он видел их каждую ночь, иногда но два-три за ночь. Взрывы, кустарниковые звери, а чаще всего… да вы знаете…
— Да. Но он выправится, Венди.
Она глянула на него:
— Правда? меня нет такой уверенности.
Хэллоранн кивнул.
— Вы оба — Денни и вы — потихоньку оживаете. Может быть, становитесь другими, но оживаете. Вы не такие, какими были прежде, а это не обязательно плохо.
Они помолчали. Легкий бриз промчался меж сосен и чуть коснулся волос Венди. Теперь у нее была короткая стрижка.
— Я решила принять предложение Эла… мистера Шокли, — сказала она тихо.
Хэллоранн кивнул:
— Надеюсь, работа вас заинтересует. Когда приступаете?
— Сразу после Дня груда. Мериленд красивый городок, мне он кажется подходящим местом для воспитания ребенка. Я хочу начать работать, пока не истощились страховые деньги, доставшиеся после смерти Джека. Осталось более сорока тысяч долларов — сумма достаточная, чтобы послать Денни в колледж и начать самостоятельную жизнь.
Хэллоран снова кивнул:
— А ваша мать?
— Мериленд находится достаточно далеко от нее.
— А старых друзей вы не забудете?
— Денни мне этого не позволит. Идите и поздоровайтесь с ним, он ждет вас целый день.
Хэллоранн спустился по тропинке к озеру, вступил на старые доски мостков. У кромки берега отражались в зеркальной воде перевернутые сосны. Местность здесь была гористой, но горы были округлые и сглаженные временем, поэтому радовали глаз Хэллоранна.
— Много поймал? — спросил Дик, садясь рядом с Денни. Он снял башмак, потом другой и со вздохом опустил ноги в прохладную воду.
— Нет, была только одна поклевка.
— Ничего, завтра мы возьмем лодку. Нужно рыбачить посредине озера, если хочешь наловить настоящей рыбы.
— Крупной?
Хэллоранн пожал плечами:
— О, акулы, киты, марлины и все такое!
— Тут нет китов, — вскинул на него удивленные глаза Денни.
— Нет синих китов, зато есть розовые.
Хэллоранн взъерошил рыжеватые кудри мальчика.
— Но как они попали сюда из океана? — допытывался Денни.
— Поднялись по ручью, вот и все.
Они помолчали немного, слушая тишину. Хэллоранн заметил слезы на глазах мальчика. Обняв его за плечи, он спросил:
— Что с тобой, малыш?
— Вы сами знаете, — светлые слезинки скатились по его лицу.
— Да, у нас не бывает тайн друг от друга, — согласился Хэллоранн. — Так уж повелось.
Глядя на свою удочку, Денни сказал:
— Иногда я жалею, что погиб не я. Папа погиб по моей вине.
Хэллоранн спросил:
— Ты не говоришь об этом со своей мамочкой, верно?
— Нет, она хочет забыть о случившемся. Я тоже, но…
— Но не получается? Тебе хочется плакать? Поплачь, малыш, если можешь.
Денни прислонился лицом к плечу Хэллоранна и залился слезами. Хэллоранн молча гладил его по плечу. Мальчику нужно выплакаться, и счастье для него, что он еще может выплакать свое горе: слезы, которые жгут и терзают сердце, — это слезы исцеления.
Когда Денни немного успокоился, Хэллоранн сказал:
— Ты преодолеешь свое горе. Не сейчас, со временем. У тебя есть свече…
— А я жалею, что оно у меня есть. — Голос Денни был хриплым от плача. — Я жалею об этом.
— Но оно есть. И никогда не знаешь с уверенностью, мальчик, — на горе это или на счастье. Но самое худшее позади. Ты можешь воспользоваться свечением, чтобы поговорить со мной, когда дела пойдут худо. Тебе стоит позвать меня, и я приду.
— Даже если я буду в Мериленде?
— Денни, послушай меня. Конечно, не дело говорить подобные вещи шестилетнему мальчугану, но мир, каков он есть, редко бывает таким, каким должен быть. Мир суров, Денни, и ты ему безразличен. Нельзя сказать, чтобы он ненавидел нас — тебя или меня, но он не любит нас — это уж точно. В мире случаются ужасные вещи, которым и объяснения не отыщешь. Добрые люди безвременно умирают мучительной смертью, оставляя тех, кто их любит, в одиночестве. Порой кажется, что живут и процветают лишь дрянные людишки. Мир не любит тебя, зато тебя любит мама… и я. Ты добрый мальчик — ты оплакиваешь отца, как и должен поступать хороший сын. Но нужно жить дальше. Это твой долг в нашем суровом мире. Продолжай любить мир и не теряй мужества, что бы ни случилось.
— Дик? — мальчик взглянул на Хэллоранна.
— Да…
— Ты еще долго не умрешь, правда?
— Как-то не задумывался над этим, а ты?
— Нет, сэр, я…
— У тебя клюет, сынок. — Хэллоранн кивнул на поплавок, который то нырял, то выскакивал из воды.
— Ого! — обрадовался Денни.
К ним приблизилась Венди.
— Что это — щука?
— Нет, мэм, — отозвался Дик, — думается, это розовый кит!
Кончик удочки изогнулся. Денни рванул ее вверх, и на солнце блеснула радужная спинка рыбы — блеснула и снова скрылась в воде.
— Помоги мне, Дик, я поймал ее, помогите!
Хэллоранн рассмеялся:
— Ты великолепно справишься сам. Не знаю, розовый ли это кит или форель, но рыба сгодится нам. Прекрасная добыча. — Он положил руку на плечо мальчика.
Мало-помалу Денни выволок рыбу из воды. Венди села рядом, и так они сидели втроем на мостках под ярким полуденным солнцем, глядя в прозрачные воды озера.
СТИВЕН КИНГ
ИЗБРАННОЕ
ИЗДАТЕЛЬСТВО „НЕВА-ЛАД“ С-Т ПЕТЕРБУРГ 1992 г.