Чтение онлайн

— Вот это мы и выясним!

Следующая встреча у нас была запланирована на субботу. У сыновей на этот вечер были свои планы — их пригласили с ночевкой на дачу к одному общему другу, и у нас вроде как освободился целый день. Утром Тим отвез Дамира с Назаром, и мы сразу поехали к Волковым. Нас уже ждали. К счастью, нам даже ничего говорить не пришлось. Тина сама подняла эту тему. Она давила на то, что вышло недопонимание, что она решила, будто бы мы готовы. Но в то же время вины с себя не снимала и признавала, что совершила ошибку, проявив инициативу. Выглядела она и впрямь раскаявшейся. Волков молчал, перекатывая в руках бокал коньяка.

— Если вы теперь захотите прекратить с нами отношения, я пойму… — прошептала Тина, опуская взгляд. В кои веки она не наряжалась и выглядела такой невинной в черном трикотажном костюмчике в белый горох.

— Это полностью наша вина, — согласился с женой Ян. — И это — залет. Наш, как опытных свингеров.

— Бывает, — пожал плечами Тимур. — Главное, что теперь мы друг друга поняли. Мы против закрытого свинга. По крайней мере, пока…

— Ты правда-правда на меня не обижаешься? Прости… Мне действительно очень жаль! Катюш… Скажи, что ты меня простила?

Не знаю, на самом ли деле Тине нужно было мое прощение, учитывая, что она уже забралась на руки к Тиму, но я все же кивнула.

— Как сказал Тим, главное, что мы друг друга поняли. А чтобы таких ситуаций не возникало впредь, давайте обсуждать подобные вещи.

— Вообще-то это должен был сказать я, — ухмыльнулся Ян мне в ухо, прикусил мочку и обхватил руками грудь.

— Кому-то нужно оставаться благоразумным, — вздохнула, откидываясь на его плечо, подставляясь под ласки. Рядом Тина стаскивала рубашку с Тима. Наши взгляды встретились. Он подмигнул. Скользнул взглядом по моему телу, которое ласкали руки Волкова. Задержался на груди. Ян расстегнул пуговицы на моей блузке и, опустив вниз чашечки лифчика, пощипывал пальцами мои соски. Я зажмурилась от удовольствия. Потерлась попкой о его пах. Рядом Тина стащила через голову кофточку. Тим отпустил мой взгляд и сосредоточился на своей любовнице. Шепнул ей что-то на ухо. Наклонил темную голову, лаская грудь. У Тины она действительно была небольшой. Мальчишеской какой-то. Едва обозначившиеся бугорки, которые венчали розовые колпачки сосков. Таких же крохотных, едва выступающих. Тимур развлекался тем, что погружал ее грудь целиком в рот и прихватывал зубами.

К ногам упала расстегнутая Яном юбка. К попке прижался его твердый член.

— Пойдем в кровать, — шепнул он. Лег первый, позволив мне его оседлать, но практически тут же подтолкнул меня выше. О, да… Он любил ласкать меня языком, когда я сидела у него на лице. Это был какой-то Волковский фетиш. Я поерзала. Он провел языком по моим увлажнившимся складкам, со стоном слизывая смазку. Я закатила глаза, уперлась ладонями в стену, для лучшей устойчивости. Рядом на постель упали Тимур и Тина. Тим… он не баловал Тину куни, а та, кажется, и не возражала. С удовольствием лаская ртом его самого. И снова наши взгляды с Тимуром встретились. Мой… затуманенный похотью и сумасшествием, его… точно такой же.

Я поерзала на лице Волкова. Будто трахая его рот. Взгляд Тима потемнел. Ян застонал. Добавил к ласковым движениям языка пальцы… Крупные, такие желанные. Оргазм был все ближе и ближе. Я раскачивалась, стонала, шептала что-то… Тина с Тимуром остановились, наблюдая за нами. Рот заменила ладонь, которой Тина подрачивала возбужденный, подрагивающий от нетерпения член Алмазова. В то время как он смотрел на меня. Я кончила, разлетелась на атомы. Скатилась с Яна на бок, потянула к груди колени. В тот же миг моего ануса коснулись пальцы. Я плохо соображала, вообще не соображала… Поэтому, когда Ян шепнул:

— Хочу тебя так, — лишь пробурчала что-то невнятное. То, что он посчитал разрешением. Смазка, пальцы, давление… Наблюдающий за происходящим Тим. Раньше я как-то не обращала внимания, как он на меня смотрит, а сейчас… Сейчас не могла не смотреть. Его глаза были совершенно больными. Но член стоял, как обелиск. И подрагивал… подрагивал, готовый вот-вот выстрелить. Ян толкнулся в меня. Я захныкала от боли. Тина облизала губы, будто пьяная, наблюдая за нами. Тимур выматерился. Рванул презерватив, поставил ее на четвереньки и с размаху насадил Тину на себя. Это я уже помню слабо. Я терялась в запретных ощущениях, жмурясь от острой боли. А потом меня коснулись… Там… Языком. Поскольку Ян, шипя от боли, продолжал осторожные движения сзади, я замерла… Движение повторилось. Я медленно распахнула ресницы и опустила взгляд. Сотрясаемая толчками Тимура, мой клитор со вкусом ласкала Тина. Я запрокинула голову, теряясь в этом всем, утопая… И увидела бешеный, полный черный похоти взгляд Алмазова, и по второму разу кончила в тот же момент.

То, что Тина вступила со мной в сексуальную игру — не стало для меня потрясением. Я даже не могу с уверенностью сказать, был ли у нее шанс этим потрясением стать. Кажется, в те дни я была готова уже на все. Запретов не было. Границы смылись. И стерлись контроли… Я летела куда-то вниз на бешеной скорости. С отказавшими тормозами. Я, как приговоренный к смерти, искала жизнь во всем. В каждом отпущенном мне мгновении. Я наслаждалась всем, что происходило. Но вот парадокс! Нисколько не сомневалась, что это все рано или поздно закончится.

Когда в тот вечер Тина на глазах наших мужчин взялась ласкать меня после оргазма — я не возражала. Просто закрыла глаза и позволила ее рту, её пальцам скользить по моим соскам, влажным набухшим складочкам и покрытой испариной коже. Я слышала, как наши мужчины о чем-то переговариваются, чувствовала их прикосновения и заводилась, черт его знает, по какому кругу. Я раздвигала ноги, я открывала рот, я принимала все, что мне давали, и просила новую порцию. Мне было хорошо. По-настоящему. Без притворства, табу и сомнений.

А потом, уже дома, когда Тим уснул, я долго-долго бродила по нашей спальне и думала, взвешивала, анализировала… Понимая, что так не может больше продолжаться. Что так нельзя. Не потому, что такая связь противоречит нормам морали. На это мне уже было плевать. Мне понравился свинг. По-настоящему понравился. Но в то же время… в то же время я тосковала по прошлому. В котором была я. И был мой мужчина. И где-то вне этой плоскости — весь остальной мир. Я скучала по простым обыденным вещам. Мне хотелось покоя. Хотелось не думать больше, не анализировать. Однако тревога не отпускала. Я много раз пыталась понять ее природу. И все больше склонялась к тому, что меня беспокоят… несовпадения. Как опытные свингеры, Волковы должны были вести себя иначе. А они то и дело выходили за рамки оговоренных раньше принципиальных для нас с Тимуром вещей. И это полностью противоречило самой сути свинга. Удовлетворение личных потребностей и амбиций для них будто бы выходило на первый план. Может быть, виной всему были чувства… Вспыхнувшие там, где им не было места в принципе. Я… я ведь прекрасно видела, как Ян относится ко мне. И не могла не понимать, куда он клонит. Понимал ли он, что так нельзя? Понимал! Не мог не понимать…

Не буду отрицать. Меня тоже к нему тянуло. И это тоже было неправильно. Я осознавала, что между нами пришла пора ставить точку. Но сделать это не находила сил.

— Сегодня Егоров пришлет мне тендерный бриф. Я перешлю тебе. Объем огромный, но я хочу, чтобы ты сама все посчитала.

Я вскинула взгляд на мужа, удивленная тем, что он завел разговор о наших делах за завтраком. Обычно мы старались не обсуждать работу дома. Этому правилу наша семья следовала долгие годы. Так что же заставило Тима его нарушить?