Чтение онлайн

— Это хорошие вести, господин Канахор. Хорошие, в некотором роде. Очень приятно, что госпожа Астра сама плывет к нам, — гилен Пери примял кончик редкой аккуратной бородки и с удовольствием налил в чашечку крепкий душистый настой.

— Если перехватить их в море, то можно еще и товаром поживиться, — безразлично заметил капитан Морас и тут же добавил: — Хотя времени потеряем много — ветер стихает. Лучше в порту.

— Проводите меня, — толкнув двери, попросил магистр.

Они вышли на палубу. Шальная песня стрелков тут же умолкла, за бортом слышался шелестящий плеск волн. Луна сияла высоко над фоком.

— Мы возьмем мэги. Обязательно. Уж это точно мое дело, — Давпер постучал костяшками пальцев по мачте. — И вам таким образом будем рады услужить. Вы не возражаете, если наша доля в либийском походе чуточку возрастет? Этак на десять процентов?

— Мы же договорились, Хивс. Все драгоценности будут вашими. Представьте себе все или, по крайней мере, большую часть богатств Либии. Древней могущественной Либии! Представьте бесконечные вереницы рабов, несущих серебро, золото, редчайшие камни к трону великого Кэсэфа. Вашим людям будет не по силам утащить все, — магистр рассмеялся и отошел к фальшборту.

— За это я волнуюсь меньше всего, — Давпер Хивс тоже рассмеялся, все же иметь дела с этим старым прохвостом, способным еще на очень многое, было приятно.

— Тогда удачного плаванья! — Канахор Хаерим оттолкнулся от палубы и, разведя широко руки, полетел. Его темная фигура с трепещущим на ветру плащом скоро исчезла среди колючих звезд.

* * *

К началу третьего дня ветер стих окончательно. «Фарилия» лениво ползла, ловя обвисшими парусами слабые дуновения, потом замерла совсем. Вокруг было гладкое, словно скатерть шелка, прозрачно-синее море. Боцман поругивался, расхаживая сердито по палубе, сам дважды взбирался на марс и глядел на мутную линию горизонта. Зачем-то плевал на тыльную сторону ладони, поднимал ее над головой и прижимал к щеке.

По приказу Паркила матросы вытащили на корму деревянную статую Герма. На большой жаровне принесли покровителю жертву — молодую акулу, попавшую в сети, изжарив ее в огне до угольной черноты. Бог не ответил никак, смрадный дым над жаровней поднимался ровно вверх, море затаилось.

— Господин Паркил, как долго это будет, — спросила Астра, поднявшись на ют.

— День или два. Может более. Не смею врать, госпожа, — капитан вытер платком измазанные жирной сажей руки и добавил: — В такое время полный штиль в этих местах редкость. Никак не ожидал, что мы застрянем.

— До Рохеса далеко еще? — Голаф не находил себе места с самого утра. По его подсчетам «Наг» был уже в порту Ланерии и завтра вполне мог сняться с якоря.

— Лиг сто — сто двадцать, — боцман кашлянул в рукав, посмотрел круглыми глазами на гладкое море. — Вот вам и амфитриты. Когда их встречаешь, то все пойдет не как обычно. А они нагнали нас за ночь и рядом кружат. Снова их видели на рассвете.

— Трудно сказать плохо это или хорошо, — вставил рулевой, проверяя узел крепления на штурвале. — Забавные все ж девки.

— Пока получается, что плохо. Груз наш срочный. Ждут в Ланерии, представьте. И мы всякими обязательствами связаны, — пояснил боцман, вспоминая наставления господина Брефта. — А вы, госпожа Пэй, не могли бы помочь своей чудодейной магией?

— Боюсь, что нет. Даже не представляю как, — мэги задумалась, что она может предложить из своего невеликого арсенала заклинаний, полезных большей частью для быстрого боя. Здесь бы не помогла и опытная Изольда. Хотя можно было попробовать кое-что. Она вспомнила «Книгу Ветра» Некомарха, которую магистр считала пустой и даже вредной. — Впрочем, давайте магией, — решилась она. — Давайте, если капитан не возражает.

— Нам, госпожа, терять нечего. Кроме корабля, груза и собственных никчемных жизней, — Паркил, сжав широкие синеватые губы, облокотился на тумбу штурвала. — Желаете по-своему вернуть милость Герма, то возражать не стану. Надеюсь, вы знаете что делаете.

— Знаю. По местам селедки! — шутя прикинула Астра на матросов, сидевших у борта. — И снимите паруса с этой вот второй мачты. Только там, впереди пусть висит.

— Вы хотите оставить только фок? — полюбопытствовал Паркил.

— Он самый. Остальное к шетовой невесте, — Астра небрежно махнула рукой. — А то сорвет еще.

— Исполнять! К шетовой невесте! — боцман, повторяя жест мэги, тряхнул от живота рукой.

— Что ты задумала, госпожа Пэй? Ко дну нас отправить? — Голаф стоял позади нее, наблюдая за торопливыми действиями моряков.

— Не говорите ерунду, Брис. Не надо этого только. Запугаете мою команду, что мы все разом за борт и топиться начнем, — вспомнив недавнюю историю с тульпой, Астра едва не рассмеялась.

— Вашу команду? — переспросил рейнджер.

— Мою команду. Капитан только что передал мне полномочия. Верно, господин Паркил? — повернувшись, она весело подмигнула ему.

— Да, конечно. Пока здесь правят магические силы, мне разумнее побыть в стороне, — неохотно ответил он и отошел от штурвала, словно стараясь держаться подальше от деяний, которые он так опрометчиво благословил.

— Так, закончили? Теперь убегайте оттуда, — скомандовала Астра матросам, управившимся с двумя парусами грота. Она отошла в самый конец кормы и, подняв руки, долго сосредоточено смотрела вперед. Потом негромко заговорила заклятие «ледяного ветра», стараясь обуздать его порывистую силу так, как учил в книге старый Некомарх.

— Мэйро-бало-айс-винд-спелл! — выдохнула мэги, формируя ладонями сферу густеющего воздуха, помутневшую и завихрившуюся синими льдистыми искрами.

— Эта Пресветлая, спаси потроха мои! — вскрикнул матрос, спрыгнувший на палубу последним. Он подумал, что до кормы ему уже не добежать и разумнее страстно молиться, вцепившись зубами в веревки такелажа.

— Давай скорее! — заорал боцман. — Сюда, Кордал!

Вихрящийся над головами пузырь, распухал, ревел, словно снежное разъяренное чудовище. Мэги, призывая символы Го, старательно и безжалостно пробуждала скрытую в его глубинах силу. Вокруг стало холодно, настолько, что матросы, шустро взлетевшие по лестнице на ют, столпились вокруг дымящей жаровни под статуей Герма, съежившись, дружно затрясли челюстями. Капитан Паркил запахнул мундир, глядя с опаской на безбожно бушующую стихию, самыми скверными словами поругивал себя за доверчивость девчонке.