Чтение онлайн

Гарри приободрился. Профессор не поправил его предыдущий ответ, не сделал каких-то дополнительных уточнений. А теперь еще и обратился явно более уважительно.

— Разницы нет, сэр. Это названия одного растения. Аконита. Так же его называют Борец клобучковый, Волчий корень, Борец-трава, Волкобой, Царь-трава, Царь-зелье, Черный корень, Лютик голубой, Железный шлем, Шлемник… Названий огромное множество, все они зависят от страны, где зельевары древности исследовали свойства данного многолетнего растения семейства лютиковых. Аконит очень ядовит, на его основе готовят яды, но даже случайное неаккуратное соприкосновение с этим ингредиентом может быть опасно. Например, попадение на слизистую глаза может вызвать повреждения, не все из которых можно вылечить, а попадение на слизистую рта вызывает отравление, сопровождающееся судорогами, потерей сознания, рвотой и другими признаками. В школьный курс аконит включен, но его проходят в теории до пятого курса и лишь на шестом и седьмом студенты готовят зелья, в состав которых входит данное растение. Хоть аконит и ядовит, при определенных дозах его можно использовать в различных лекарственных зельях, но самое известное зелье на основе аконита — аконитовое или ликантропное. Его принимают оборотни, чтобы не терять разум при превращениях в полнолуние. Но даже для оборотней это зелье очень опасно, потому как вызывает сильнейшую слабость в последующие десять-пятнадцать дней. При постоянном применении такого зелья оборотень, конечно, может себя контролировать, но при этом полностью теряет способность контролировать себя в случае хоть единого пропуска приема, сверхчеловеческую силу, присутствующую у оборотней и вне превращения, обостренный нюх и тому подобные преимущества. Такой оборотень вообще становится очень слабым и внешне напоминает человека, который постоянно болеет. Но после нескольких лет отказ от приема зелья уже не возможен. Именно поэтому оборотни стараются избегать зелья и договариваться с внутренним зверем. В нашем случае аконит — хороший пример того, что при приготовлении зелий нужно обязательно соблюдать меры предосторожности и ни в коем случае не трогать лицо в процессе измельчения ингредиентов и варки зелья, а после нужно обязательно тщательно вымыть руки. Очистка заклинанием допустима, но ее, почему-то, проходят лишь на втором курсе.

Гарри почудилось, что взгляд профессора стал менее холодным, а в глубине темных глаз мелькнуло что-то очень похожее на удивление пополам с удовлетворением.

— Хорошо, мистер Поттер, ответ более развернутый, чем нужно, но я рад, что вы читали не только учебник за первый курс, — подтверждая догадку мальчика, своим глубоким завораживающим голосом ответил учитель. — Так, возможно, вы все же ответите и на первый мой вопрос?

Гарри промедлил лишь секунду.

— На основе асфодели и настойки полыни готовят Напиток живой смерти, профессор. В рецепте также присутствуют корень валерианы и сок дремоносных бобов. При правильном приготовлении получается очень сильное снотворное с успокаивающим эффектом. Его применяют исключительно опытные колдомедики, когда нужно на время ввести человека в состояние искусственной комы для длительного и очень болезненного лечения, еще… если медики сталкиваются со случаями насилия, после которых жертва не может уснуть естественным образом даже после приема более легких средств. Напиток живой смерти также применяется при сильных смертоносных проклятиях, чтобы выгадать время для поиска контрзаклятия или варки антидота. Но неверно сваренное зелье способно убить человека. Он просто уснет навсегда. Напиток живой смерти — хороший пример того, как важно придерживаться рецепта в сложных зельях.

Договорив, Гарри сделал глубокий вдох, чтобы перевести дух. Даже в маггловской школе он так не волновался, а тут еще и такой сложный предмет, который мальчик понимал весьма и весьма условно. До химии в обычной школе он добраться не успел, знал лишь кое-что, а тут все новое и не очень-то понятное. Поттер уже приготовился к тому, что зельеварение не станет его любимым предметом, но и опускать руки не планировал. Если надо будет грызть гранит и заучивать, то он как-нибудь пересилит отсутствие природной предрасположенности к этой науке, ведь при создании артефактов нередко использовали зелья. Да и готовить Гарри в целом нравилось.

— Верно… — после короткой паузы выдавил профессор Снейп. — В следующий раз не обязательно давать столь подробные ответы. В том числе и в эссе. — Гарри моргнул, осознав, что учитель только что его похвалил и дал совет. Баллов явно не предвиделось, но мальчика уже просветили по поводу того, что зельевар весьма редко начисляет их кому-то, кроме змеек, так что ни капли не расстроился. Профессор тем временем перевел взгляд на замерших учеников, на что-то разозлился и чуть резче заявил: — Чего вы все ждете? Никто не собирается законспектировать ответы?!

Дальше было гораздо интереснее. Гарри не отвлекался, внимательно слушал и записывал. Профессор говорил достаточно медленно, чтобы все успевали записывать. А записать было что! По дополнительным книгам Поттер уже знал, что нельзя просто взять и без подготовки начать что-то варить, а в учебнике вводный раздел весьма короткий и не слишком подходит для полных новичков, каким был Гарри. Учитель же объяснял и про нарезку, и про различные материалы инструментов, применяемых в зельеварении, и про важность соблюдения фаз луны для кое-каких ингредиентов и еще больше — о технике безопасности. Если отвлекаться, не слушать и не записывать, то вполне можно пропустить все важное, а потом весь год оставаться последним по успеваемости только потому, что не записал, какие ножи инертны для каких ингредиентов, а для каких обязательно нужно пользоваться исключительно ножиком с серебряным лезвием.

На второй урок студенты перебрались в практическую часть класса, профессор взмахнул палочкой и, когда на доске появился рецепт, заявил:

— Сегодня вы будете варить зелье от фурункулов! Рецепт на доске, ингредиенты в шкафу. Приступайте.

Гарри немного растерялся. Ничего подобного на первом же занятии он не ожидал. Как-то не верилось, что свое первое зелье они будут варить самостоятельно. Но потом вдохнул, выдохнул и осмотрелся.

Барсуки снова удрали за дальние столы, а вороны, пока Гарри пребывал в прострации, успели разбиться на пары — столов было меньше, чем учеников. Это означало, что Поттеру придется готовить зелье самому, без подсказок и помощи.

Снова вздохнув, Гарри глянул на рецепт и занялся подготовкой, попутно посматривая на более опытных ребят. Так он без труда верно установил свой котел над магической горелкой, расставил на столе необходимые инструменты, а потом, сверяясь с доской, набрал ингредиенты.

Рецепт мальчик разбирал самостоятельно и сравнивал его версию из учебника с другими книгами, так что неплохо помнил. Да и оказалось, что его пометки прямо в учебнике были верными и согласовались с тем, что написал профессор на доске.

Сверившись с временными метками, мальчик налил в котел воды и занялся подготовкой, пытаясь понять, почему учитель задал им сразу варку довольно сложного рецепта самостоятельно, вместо того, чтобы диктовать каждый этап и контролировать весь процесс. Но, перечитав рецепт еще раз, Гарри внезапно сообразил, что зелье, которое они собирались варить, можно назвать одним из самых простых с точки зрения обработки ингредиентов. Лишь один компонент предстояло нарезать, остальные же или следовало растереть, или же добавить в зелье целиком, как есть. На фоне этого сложнее выдержать время добавления и количество. Ну и иглы дикобраза! Они не давали мальчику расслабиться, красная пометка в книжке держала в напряжении даже тогда, когда Гарри засыпал в котел первый ингредиент — толченые зубы змеи.

Профессор тенью скользил между столами, наблюдая за детьми, но Поттер уже не отвлекался. Он нашел объяснение действиям учителя, а потому перестал о нем думать, полностью сосредоточившись на зелье.

Пусть и сложное из-за количества ингредиентов на первом же уроке, зелье от фурункулов позволяло учителю сразу же оценить уровень не столько подготовки студентов, но их характер, предрасположенность, педантичность, внимательность, и выявить тех, кто менее всего склонен к занятию зельеварением. Если сейчас напортачить там, где даже не нужно толком ничего резать, то вряд ли удастся исправить первое впечатление о себе впоследствии.

Когда в котел была добавлена крапива, Гарри нахмурился, заметив, что что-то идет не совсем так, как надо. Когда же он добавил слизь флоббер-червей и быстро перемешал, то окончательно убедился, что его не обманывает зрение.

«Вот черт!» — мысленно воскликнул мальчик, видя, что пока еще очень жидкое зелье в котле булькает неравномерно. Мальчик быстро проверил горелку, но та стояла ровно по центру, так что проблема возникла не по вине Гарри. Нахмурившись, он чуть сдвинул огонек и на следующем этапе проверил поверхность зелья, но ситуация оказалась лишь немного лучше.