Святилище
Шрифт:
Я надеялась, что в бункере поймут, что мы пропали без вести, и отправят за нами спасательный вертолет, или кого-то, кто бы мог нас забрать. Они должны были.
Но для начала нам надо было выжить. Я произнесла быструю молитву.
Наши жизни и наше будущее вышли из-под контроля, и никто из нас ничего не мог с этим поделать. Всё, что нам оставалось — это держаться и надеяться на лучшее.
Крики усилились, как только вертолёт начал вращаться всё сильнее. Мы быстро падали, но пилот держался. Раненые кричали, чем заводили всех вокруг. Я постаралась закрыть уши.
Хаос и ужас наполнили каждого из нас. Мне надо было подготовиться. Моё дыхание, сердцебиение и пульс слишком ускорились. Мне стало не хватать воздуха. Финн сжал меня крепче, пытаясь быть сильным за нас обоих.
— Я люблю тебя, Эби, — прошептал он.
— Я тоже тебя люблю,— крикнула я.
— Держитесь, — закричал пилот.
Я ещё крепче обняла Финна, и мы наклонились вперёд, поместив головы между ног.
Неожиданно вертолет с грохотом ударился о землю.
Нас всех дёрнуло вперёд. Я ударилась головой в сидение передо мной. По позвоночнику прокатилась волна боли, но не сильной. Я быстро выпрямилась, пошевелила пальцами рук и ног, руками и ногами. Все конечности работали, мы всё ещё были живы. Слава Богу.
Но это было ещё не всё. Вертолет сильно тряхнуло, как если бы он был готов развалиться на куски. Он начал крениться влево, после чего... раздался ужасный грохот, что-то начало ломаться, послышался треск. Мы все пригнулись, как вдруг лопасти начали бить о землю и отрываться.
Несмотря на то, что всех хорошо тряхнуло, мы были ещё живы. Пилот проделал удивительную работу, пытаясь удержать вертолет в вертикальном положении. Это была очень жёсткая посадка, но он спас нас.
— Нам надо выбираться отсюда, сейчас! В этой птичке тысячи галлонов топлива.
От его слов все запаниковали. Мы все отстегнулись и бросились к двери. Её заело, но Финн каким-то образом смог выбить её.
Финн с Пайком помогли вытащить раненых.
Я взяла наши сумки и сумку с оружием, схватила Тину за руку, и вытащила её за собой наружу.
Мы отбежали на несколько сотен ярдов и спрятались за огромным камнем, на случай если вертолёт взорвётся.
Когда подошли остальные, мы сделали перекличку. Все были взволнованы, но в порядке.
Мы потерялись и стояли сейчас посреди Богом забытого места, не имея возможности позвать на помощь. Полуденное жаркое солнце светило на нас, и от него было негде спрятаться. Отсюда и до горизонта нас окружала пустыня.
Штурман достал карты и компас и положил их на камень, а пилот стал осматривать территорию в небольшой бинокль.
— Эй, кажется вон там какие-то здания, — отметил пилот, указав направление.
Мы не могли увидеть их невооруженным взглядом. Жара волнами плыла по пустыне.
— Нам в любом случае нужно двигаться именно в этом направлении — на юго-восток, — добавил штурман.
— Ты уверен, что это здания? — спросил Пайк.
— Их нет на карте, но мы пролетали здесь и раньше, — сказал пилот. — Это старый шахтёрский город, который, предположительно заброшен.
Когда я услышала это, я кое-что вспомнила. Заброшенный шахтёрский город. Звучало жутко. Мне не хотелось снова оказаться в месте, где были здания, так как я знала, на что были способны Арви.
— Я думаю, нам лучше держаться подальше от города, — сказал доктор Бэнкс.
Не он один был озабочен этим.
— Почему? К тому времени, как мы доберёмся до города, начнёт смеркаться. Нам надо будет найти укрытие, — заявил пилот.
— Место сбора в лучшем случае в шестидесяти милях отсюда, — добавил штурман. — Этот город наша единственная надежда отдохнуть и укрыться от солнца. А нам это потребуется, чтобы добраться до места сбора.
— Может быть, нас увидят вертолеты и подберут? — сказала Тина.
— Мы где-то на пятьдесят миль отклонились от курса. Чтобы увидеть нас, им надо пролететь прямо над нами. Даже если они нас заметят, они не смогут подобрать нас. Они забиты под завязку, а топлива у них хватит только, чтобы высадить пассажиров и вернуться в бункер. Я не смог ни с кем связаться по радиосвязи перед крушением, поэтому они не знают, что мы здесь, — добавил пилот.
— Почему мы так отклонились от курса? — спросил Пайк.
— Приборы сломались, — ответил штурман.
— То есть нам достался самый дерьмовый вертолёт? — фыркнула Тина.
— Он самый старый, но работал нормально. Я летал на нём каждый день, и никаких проблем не возникало, — добавил пилот. — Лучше нам начать двигаться. Нам надо добраться до этого города до наступления ночи.
— А что случится, когда наступит ночь? — спросила Тина.
— Надеюсь, что ничего, но если что-то и должно произойти, лучше нам с этим не сталкиваться, — ответил Пайк.
— Это точно, — добавил Финн.
Тина ахнула.
— Думаешь, в городе есть эти существа?
— Мы не узнаем, пока не дойдём до места, — ответил Пайк.
— А что насчёт радиации? Нам надо надеть костюмы и противогазы? — спросила я.
— Всё в порядке,— сказал пилот. — Мы находимся довольно далеко от атомных электростанций и взрывов. Я почти уверен, что рано или поздно эта территория станет одной из безопасных зон.
— Почти уверен? — взвизгнула она.
— Не волнуйся. Радиация сейчас не самое страшное, — сказала я, обняв её за шею.
— О, Господи, — выдохнула она.
— Тебе следовало оставаться на своём рейсе, Тина, — сказал Пайк. — Там ты была бы в безопасности.
— Ну, уже несколько поздновато, — вздохнула она. — По крайней мере, я с тобой. Я знаю, что ты, и ещё Адище, позаботятся о моей безопасности, — сказала она с полуулыбкой.
Было видно, что она ещё взволнована и напугана. И я её не винила. Она выросла в приюте, как и я, но в совершенно других условиях.
Мы росли, зная, что наверху будут опасности, поэтому мы были полностью подготовлены. Правда, мы думали, что нашей самой большой угрозой будут другие выжившие, а не мутанты. Кто ж знал, что это будет и то, и другое.