Святой убивец
Шрифт:
— Ишь, прорвало, а как же великая вселенская любовь во имя Будды? — засмеялся Мишка.
— А, верно, доцент, — поддержал его Жорка, — мы то, ладно. Грешники с Мишкой великие. Ему вообще за Танюшу и за себя отдуваться придется. На нас, может быть, и клейма ставить негде. Убивать нам придется, факт. Может быть, ввек не отмоемся. Гореть нам в аду придется тысячи лет. Дело привычное. А тебе разве Будда позволит, даже фашистов, карателей, изменников жизни лишать. Не ты им дал право на проявление в этой реальности, не тебе и отнимать. Они ведь тоже люди. Получается, убийцей ты станешь. Зверем. Палачом. Садистом. Душегубом. А ведь верно говорят, не твори зла, каяться не придется.
— Сговорились. Снюхались. Сплотились. Соединились. Сплелись. Скрестились. Сварились. Скорешились. Скорифанились. Сбились. Срослись. Сгоношились. Да, что вы понимаете в карме? А в дхарме? В воздаянии? В великом учении Будды! Думаете, пропала Россия? Во — о — о! Во — о-о! Накось! Выкусите!!! Буду убивать! Возьму грехи на себя. Мы же с вами души свои на плаху кладем. Самое святое, чистое и ценное, что есть у человека. Души! Не за деньги, не за машины, на за счета забугорные! За людей, что здесь живут, и будут жить. Ради этого и можно пострадать. Мы же русские с вами, неужели вы думаете, что Будда не поймет нас, и не простит? Да, и сам Будда, наш, русский, рязанский! Чего нам бояться! Он своих не бросает.
— Господи, да пусть будет так, варена пельмень…
— Воистину веровать хочу. Факт.
Мы обнялись и долго стояли молча. Печально облетали листья с деревьев. Временам плескала вода в речке. Ветерок нежно трепетал золотеющие березки. Мы были на своей Родине. Родной земле, за которую проливали свою кровь предки за многие годы до нас. Мы же не хуже их. Мы такие же, как они. Нам навязывали разные религии. Но вера у нас все равно осталась одна. И мы сделали свой выбор. Мы же русичи. А личное спасение гроша ломанного не стоит, если за него десятки миллионов людей, часто безвинных, отдадут свои жизни. Понятно, что есть реинкарнация и тому подобное.
Не в этой, так в другой жизни душа вновь вернется в этот плотный план, чтобы отработать старые ошибки, и тут же набрать новые. Зачем ждать, когда можно и в одном воплощении все отработать, и вернутся туда, откуда пришли — на свою настоящую Родину. В рай. Русь, чистую и светлую. Поэтому и надо дать каждой душе возможность пройти путь до самой старости, чтобы успеть понять, ради чего живем, зачем. Плохо, когда до срока люди уходят, молодыми, не успев набрать опыта. Все наоборот должно быть. Если тысячи людей вокруг тебя спасутся, а один ты за них в ад попадешь, то это цена достойная. Господи, только дай силы эту каторгу перевоплощений выдержать. Из сотен тысяч спасенных душ могут прорости сотни и сотни Будд. А сколько могло святых быть из 27 миллионов, можно только представить себе. Миллионы. Ведь многие из них чище и лучше нас. А многие из душ просто не успевают вызреть, когда их насильственно убирают темные силы. И тогда мир очистился бы от скверны намного быстрее. Мы пойдем вперед, во что бы то ни стало. Ради этого и надо жить, и умереть. Хотя, кто знает, что такое смерть? Всего лишь граница перехода. Березки тихо шелестели листвой. И впереди нас ждала полная неизвестность. Слезы катились по нашим глазам. Вскоре началась война.
Александр Кузнецов