Чтение онлайн

Первым начинает хохотать барон де Рэ, за ним с готовностью подхватывают смех остальные, даже граф растягивает тонкие губы в улыбке. Но взгляд, что Орлеанский Бастард бросает на меня, полон ненависти и яда.

«Еще один враг, – вздыхаю я. – Нет, мне точно не дожить до старости».

– Итак, господа, я решила, – громко объявляет Жанна. – Приказываю сегодня сражения не давать, а совершить крестный ход вдоль крепостных стен Орлеана. Начало... – Она вглядывается в солнце, трудолюбиво карабкающееся по голубому небу. – Начало ровно в пять часов пополудни.

Развернувшись, девушка первая начинает спускаться, за ней кидаются все остальные, я задерживаюсь, с насмешкой разглядывая выстроившихся англичан.

Похоже, кончилось ваше время, джентльмены. Отныне французы будут давать вам бой именно тогда, когда сами выберут и время, и место. Давно пора было рыцарской чести и прочим предрассудкам потесниться, уступить место мышлению. А здесь вам нечего больше ловить. В Орлеане стоит свежее десятитысячное войско, с южной стороны город разблокирован, можно свободно подвозить припасы по мосту через Луару, благо саперы уже восстановили разобранные участки. Один из возведенных англичанами фортов с северной стороны города уже разрушен, придет время, возьмем на копье остальные. Да вы, похоже, и сами понимаете, что ваша карта бита. Ваш вызов на генеральное сражение – жест отчаяния, жалкая попытка отыграться одним махом. Это у вас не вышло, и я очень рад, что приложил к тому руку.

Проходит час, другой, третий. Наконец англичане, поняв, что проиграли, разворачивают колонны и начинают отходить. За их спинами пылают пустые форты, выкидывая в чистое небо клубы дыма. Осада закончилась, Жемчужина-на-Луаре свободна!

– И это только начало, – шепчу я в спину уходящего войска. – Скоро ждите в гости. – Голос мой постепенно усиливается, так что под конец я почти кричу: – В какую бы щель во Франции вы ни забились, мы найдем вас и вышвырнем вон. Оревуар, господа британцы, пора вам грузиться на баржи!

Незаметно пролетел целый месяц. Даже удивительно, какая уйма событий может произойти всего за четыре недели! Словно в котел алхимика от души плеснули катализатора, и все в нем забурлило и загремело, загрохотало и полыхнуло. Франция очнулась от тяжкого забытья и, ведомая Орлеанской Девой, раз за разом принялась сокрушать англичан. Те самые французы, которые еще месяц назад бледнели от страха при одном слухе о приближающемся войске британцев, ныне гнали их с оккупированных территорий с презрительным смехом.

Толком не успев оправиться от раны, Жанна провела дополнительный набор в войско. Неожиданным рывком она бросила армию на запад, торопясь быстрее освободить города по течению Луары и окончательно устранить любую угрозу освобожденному Орлеану. Двенадцатого июня она взяла город Жарго. Ловко сманеврировав войсками, Дева застала врасплох войско хваленого английского полководца графа Суффолка и разбила его, взяв в плен самого военачальника. Всего через три дня она с наскока захватила мост, ведущий в город Менг, а затем и сам город, на следующий день осадила неприступный Божанси, высотой крепостных стен соперничавший с самим Орлеаном. Приступы были такими яростными, что уже на третьи сутки осады гарнизон города сдался, отворив ворота.

Граф Толбот, спешивший на подмогу к осажденному французами Божанси, не успел на каких-то полдня. У деревеньки Патэ Жанна подстерегла его войско на марше и, не дав развернуться в боевое построение, сокрушила одним мощным ударом. Узнав о происшедшем, сдались без боя гарнизоны в городах Труа, Шалон, Суассон и Лаон. Сам сэр Джон Фастольф, победитель в недавней «битве селедок», в страхе перед приближающимся войском Орлеанской Девы повернул назад, так и не решившись сойтись с ней в бою. За трусость, проявленную перед лицом врага, он был лишен ордена Подвязки и всячески опозорен. Отныне у англичан не осталось крупных сил во Франции.

Жанна объявила о новом наборе в войско, она во всеуслышание заявила, что целью будущих операций является освобождение города Реймса, места коронации всех владык Франции. Что же до англичан, то, как она заявила, пусть приходят, и желательно побольше. Хватит вылавливать их по всем закоулкам Франции, выковыривать из захваченных городов, словно улиток из скорлупы. Чем больше британцев соберется в Реймсе, тем больше мы их уничтожим за раз! Своей новой базой Дева объявила Божанси, там я и встретил начало лета.

Каждый знает, что при нужде напиться можно и из лужи, а главные новости узнать от детей. Порой те видят и знают намного больше, чем мы можем себе представить.

– Ты уверен? – переспрашиваю я для верности.

Паж Жанны часто кивает, в вытаращенных глазах стоят слезы. Если я правильно понимаю, это не жалобный плач ребенка, не слезы испуга. Кулаки сжаты так, что костяшки побелели, на щеках пылает яркий румянец, а глаза так просто молнии мечут. Да, все верно, это слезы ярости. У пацана пока маловато силенок, чтобы самому отомстить за оскорбление, зато хватило ума рассказать все именно мне. Смышленый малый, такой далеко пойдет!

– Кому ты уже об этом говорил? – спрашиваю я небрежно, незаметно оглядываясь по сторонам.

Нет, все чисто, вокруг ни души. Юный паж подстерег меня в таком месте, где нас никто не увидит.

Мюго мотает головой, слезы его уже высохли, правая рука гневно стискивает рукоять кинжала.

– А почему подошел ко мне?

Отчего-то паж мнется, прячет глаза, потом, решившись, вскидывает голову и выпаливает:

– Я однажды слышал разговор братьев госпожи Жанны, речь шла о вас... Ну, что вы в деле доказали верность и исключительное мужество. – Я не отвечаю, молчу, левую бровь изогнул домиком, холодно смотрю пажу в глаза. Тот ежится и, сморгнув, шепотом добавляет: – Ну и слуги болтают про вас... всякое, – и, явно заторопившись, уточняет: – Но только между собой! Мы больше – никому, ни за что!

Да уж, разве может честный человек скрыть хоть какую-нибудь тайну от слуги? Да ни в жисть! А я-то воображаю себя чуть ли не Джеймсом Бондом или Бэтманом, летящим под покровом ночи в обтягивающем черном трико и в полумаске, о тайной деятельности которого никто ничего не знает. М-да, совершенно никто, кроме десятка-другого слуг. Остается лишь запеть арию мистера Икса для полного соответствия образу. Вообще-то, на преданность и исполнительность Мюго вполне можно положиться, смог же паж разыскать «Зверобой», а затем дотащить ружье до палатки сьера Пуланжи.