Шрифт:
Пролог.
Холодные снежинки летели мне в лицо, но я не чувствовал этого. Нас разделяло стекло. Огромное панорамное окно, огромной комнаты, огромной президентской резиденции, где я был далеко не гостем. Я – президент.
– Ты как-то это прокомментируешь? – высокие ноты в голосе моей жены говорили о том, что назревает скандал.
Она в очередной раз пыталась вывести меня на эмоции, заведомо зная, что ничего у нее не получится. Лениво повернув голову в сторону планшета, с громким звуком приземлившегося на журнальный столик, я нехотя стал разглядывать фото, на котором позировал, находясь в компании с миловидной спортсменкой.
– А стоит? – выдавил из себя, стараясь скрыть улыбку, от которой моя женушка пришла бы в бешенство.
Да, к сожалению, я не был ей верен в браке, что, естественно не очень удачно от нее скрывал, но только не в этом случае. Демонстрировать такого рода связи мне не позволяло положение.
– Ты хочешь, чтобы вся страна знала о том, как ты трахаешь все что движется? – ее голос стал срываться на крик, а вот это уже совершенно неподобающее поведение для первой леди.
– Не утрируй, Лиана. Ты же знаешь, что это не правда, – я не хотел продолжать этот разговор, как и не хотел ее.
Мою холодность в голосе она не могла не почувствовать и поспешила ретироваться, громко хлопнув дверью, так и не сумев вызвать во мне никакой ответной реакции.
Все мое общение с женщинами сводилось к сексу, и никаких глубоких чувств они не вызывали. Я с тоской вспоминал то время, когда был молодым. К сожалению, большая любовь меня так и не посетила, но чувство влюбленности неизменно присутствовало. Я быстро загорался и также быстро остывал. Сейчас не было даже этого.
Президент – это не работа, не профессия, это образ жизни. Пятнадцать лет назад я даже и не думал ни о чем, кроме своих проблем, а сейчас на моих плечах лежит груз ответственности за судьбы людей моей страны. И я не против, и даже стараюсь, посвящая этому делу всего себя без остатка. В самом начале своего пути я искренне верил, что способен все изменить, и только забравшись так высоко, понял, что это невозможно. Невозможно изменить то, что меняться не хочет. Система, она настолько прочна и непоколебима, что порой мне кажется, что не я ей управляю, а она мной.
Брак с Лианой Мамедовой, еще одно условие, которое необходимо было выполнить, чтобы соответствовать шаблонным представлениям о кандидатах в президенты. Связи ее отца не хило помогли мне набрать пунктики в предвыборной кампании, и в качестве благодарности пришлось окольцевать себя узами брака. Собственно, я не был сильно против, так как и сам понимал важность создания семьи.
Тем более с Лианой мы были знакомы уже очень давно, и очень близко. На тот момент она была способна профессионально удовлетворить все мои потребности. За ее хрупкими плечами был короткий неудачный брак с однокурсником. Отец был против и как только узнал об этом, сделал все, чтобы они развелись.
Лиана была очень красивой и образованной девушкой. Умела вести себя в обществе и на роль жены подошла мне идеально, и статус первой леди она носила с гордо поднятой головой.
Но с определенного времени ее идеальное, и такое умелое тело перестало производить тот эффект, на который я рассчитывал. И дело было даже не в моей жене, ни одна другая женщина не смогла вызвать во мне те чувства, которые я испытал пять лет назад.
Я с грустью перевел взгляд с кубиков льда на дне своего бокала на вид за окном. Снег хлопьями падал, возвращая меня в воспоминания о проведенной с ней ночи. Всего одна ночь, а я до сих пор не могу забыть о ней. Сколько в моей жизни было таких мимолетных связей, но только ее я помню до мелочей. Каждый изгиб ее тела, мягкий шелк белых волос, родинку на груди и глаза. Эти бездонные голубые глаза, в них четко читалось то удовольствие, которое она получала от нашей близости и …
И я ее упустил.
1.
– Эй, детка!
Не замедляя шаг, я бросила беглый взгляд на автомобиль, притормозивший возле меня, и лишь ускорилась, не планируя ничего отвечать.
– Давай, прыгай в машину, подвезу, – настойчивый голос молодого человека заставил меня покрыться румянцем, и шаг я не сбавляла.
В свои восемнадцать я еще ни разу не знакомилась с парнями, и вот так в открытую меня клеили впервые. И ни потому, что я не хотела, а просто никто и не пытался. Внешние данные у меня были более чем скромные, круг общения был до скудного мал. Я практически никуда не ходила, а знавшие меня со школы и по институту парни интереса ко мне не проявляли. Поэтому на откровенное предложение я решила не реагировать.
– Эй, детка, ты что, глухая? – я бросила еще один беглый взгляд в сторону настойчивого ухажера, прикидывая, насколько он может быть пьян, раз решился проявить интерес к моей скромной персоне.
Но, к моему удивлению, молодой человек был на вид вполне трезв и чертовски привлекателен и судя по его автомобилю еще и при деньгах. Хотя в машинах я и не разбиралась, но оценить то, что это не отечественный автопром, хватало даже моих скудных познаний.
Я оглянулась, в попытке определить, что возможно где-то рядом со мной находится красотка, к которой и обращается этот принц на белом четырехколесном коне, но на узком тротуаре в радиусе нескольких метров никакие принцессы не просматривались.
Пока я разыскивала возможных конкуренток, молодой человек материализовался прямо перед моим влажным от пота носом, с которого по этой причине стали съезжать очки. Он перегородил мне путь, а я лишь сделала малюсенький шаг назад от резкого парфюма смешанного с освежителем воздуха для автомобилей. Прямо газовая атака какая-то. Но мой мозг поплыл явно не от этого.
Медленно переведя взгляд с белых кроссовок на голубые джинсы и выше, наткнулась на дерзкую улыбку. Поднять взгляд дальше и заглянуть в глаза я так и не решилась.
– Детка, ну ты глухая что ли? – услышала я очередной вопрос, эффект которого усилился запахом ментоловой жвачки, и я отступила на еще один шаг.
– Нет, – пробубнила, членораздельно, как мне показалось, хотя в таком состоянии, вполне могла и промычать.
– Как звать то тебя, зрячая? – пропустив мимо ушей то, что возможно он имел в виду слышащая, раз спрашивал не глухая ли я, постаралась сосредоточиться на своем имени, проговорив его пару раз про себя, чтобы так же произнести его членораздельно, а не промычать.
– Маша, – прозвучало тихо, но, слава богу, понятно.
– А меня – Даня. Ну, что, Машуль, погнали, подвезу, – и, развернув меня и подтолкнув в сторону пассажирской двери, мой принц Даня сел за руль.
В том, что я за ним последую, он даже не сомневался. Видимо отказов вообще не получал. А вот я сомневалась. Сомневалась во всем. Даже в том, что реальность ли это. Скорее всего я сплю. И резко развернувшись, помчалась за угол пятиэтажки.
Пока я шла, вернее, бежала, мой термос с домашними диетическими пельмешками позвякивал в такт моим действиям. Благо бежать мне было не далеко. Белое здание больницы уже мелькало среди серых многоэтажных домов. Все содержимое пакета предназначалось моей маме, которая вот уже неделю лежала с гастритом, и которую я сейчас так спешила навестить, хотя причиной моей спешки были совершенно другие обстоятельства.