Шрифт:
========== Часть 1. Связанные артефакты ==========
Ты в крыльях ледяных, тобою созданных,
Паришь над пустотой морозной с грозами,
И шепот с твоих губ, как будто розами
Выбеливает путь.
Ты долго выбирал, хоть выбор был не твой,
Теперь же никогда ты не найдешь покой,
Клинок в твоих руках и пламя за душой -
Они раскроют суть.
JAM - Hitsugaya Toushirou
Саммари первой части:
Двенадцатый отряд обнаруживает существование некого артефакта, связанного с дзампакто капитана Хицугаи, и Тоширо отправляют на его поиски в Каракуру. В мире живых кроме исследований его ожидают японская школа и приставучая брюнетка. За время, проведенное капитаном в Каракуре, Карин и Тоширо успевают сдружиться и не только. И всё бы кончилось вполне предсказуемо, если бы не Урахара со своим собственным взглядом на проблему.
Комментарий к Часть 1. Связанные артефакты Обложка: https://yadi.sk/i/8sqAvYsrqCNeG
На самом деле, нет веских причин для выделения этого кусочка в отдельную "часть", кроме особенностей оформления на фикбуке. За что прошу прощения у читателей.
Таймлайн: после войны с квинси. На самом деле тут тоже нет веских причин, тем более, что на текущий момент арка не закончена, и какие сюрпризы может принести больное воображение господина Кубо - вопрос вопросов. Один Куросаки-квинси чего стоит, я думала, на такое только фикрайтеры способны, ан нет.
Единственное оправдание - это то, что Кьераку в роли главнокомандующего меня устроил значительно больше, чем если бы это был Ямомото.
Внешнее воздействие. Фик не претендует на особую оригинальность. Я бессовестно использовала понравившиеся кусочки идей, щедро рассыпанные по фикбуку, невозможно изолироваться от окружающего мира. Прошу прощения за возможные "де жа вю". Сюжет также учитывает наличие всех мыслимых филлеров и фильмов.
========== 1.1. Лекция о грядущем ==========
На мониторе – глубокое фиолетовое ничто. Сиренево-чёрные разводы слегка переливаются, указывая, что вычислительная машина не зависла от идиотских команд оператора, а усиленно работает. Но теперь на мониторе начинает формироваться собственно изображение. Сначала сетка каркаса объекта, затем на сетку – очевидно длинный объект с малым числом полигонов (то есть, практически плоский) – накладываются светотени, но сам объект еще плохо различим на фоне фиолетовой подложки.
На соседнем мониторе бегут зелёные иероглифы и другие странные символы, обсчитывающие процесс формирования изображения на основе хрен знает откуда взятых параметров. Акон – третий офицер 12 отряда – хмурится, пробегая глазами лог процесса.
Наконец, рендеринг объекта входит в завершающую стадию – накладываются цвета и подается свет. Акон вновь утыкается в первый монитор, следя, как на нём проступает 3-D изображение меча. Пиксели пробегают справа налево, построчно отображают сначала кончик лезвия катаны, убегают всё дальше и дальше, являя лезвие обычного стального цвета – пока ничего особенного. Где-то со средины лезвия показывается гравировка – ветвящиеся линии, сходящиеся в "ствол" ближе к гарде. Гравировка отдает серебром, впрочем, это ведь будет зависеть от освещения. Цуба овальной формы, на самом деле представляет два перекрещенных "спиной" полумесяца. Оплетка рукоятки сиреневая, но на этом изображение катаны не заканчивается. Акон чуть хмурится, наблюдая, как машина продолжает вырисовывать цепь, прикреплённую к рукоятке. Это затягивается – длина цепи метра полтора, а процесс однообразен. А вот и оконечность цепи – равносторонний крест, у которого из четырех наличествуют только три "луча", напоминая латинскую "т". Крест закреплён на цепи со стороны поперечной перекладины, а концы "лучей" заострены под 60 градусов.
Акон быстрыми касаниями прошёлся по консоли, и в глубине комнаты загудел принтер, переводя на бумагу отчёт о проделанной работе и собственно изображение катаны. Через минуту подошла Нему, сжимая в руках папку толщиной сантиметра на два:
– Это всё или будут еще материалы? – ровный голос без намёка на любопытство.
– Не скоро, – ученый принялся выключать машину, – Технике нужен перерыв, а нам нужны дополнительные данные. Можешь отнести отчёт капитану.
Лейтенант поклонилась и отправилась к непосредственному начальнику.
Начальник, то бишь капитан Куроцучи, прочёл бумаги хоть и внимательно, но без особого интереса – очевидно, предполагал, что в них. Теперь перед ним стояла задача переработать глубоко научный (читай, заумный) текст во что-то более удобоваримое. Соответственно, вставал вопрос о полноте отчёта для первого отряда. "Нет, – рассуждал Куроцучи, – Институт, конечно, грешен регулярными сокрытиями особо опасных и катастрофичных исследований – не впервой перевирать отчеты. Но данный случай из другого ряда. Командир должен иметь полную картину по данной ситуации. А вот для десятого отряда, так и быть, будет отдельный отчёт. Слишком любит юное дарование разбирать проблему до основания, и слишком хрупкая вещь – связанные артефакты".
– Так как вы пришли к таким нерадужным выводам, капитан Куроцучи? – командир Кёраку был сама любезность, хотя обычно с учёным не особо церемонился.
– Институтом была разработана и реализована рабочая модель аналитической машины, – разговор с командиром был приватный, даже лейтенантов не наблюдалось, а потому Куроцучи мог позволить себе немного больше откровенности.
– Хм, обычно, аналитика – прерогатива Хицугаи.
Куроцучи поморщился при упоминании своего "нелюбимчика" (с чего бы капитан десятого отряда впал в такую немилость ученого?).
– У капитана Хицугаи и так будет море работы – понадобится его помощь, – ученый снова недовольно морщится. Во-первых, приходится признавать свою «невсесильность», а во-вторых, придется положиться на постороннего. И не абы кого из родного отряда, а опять на малолетнего гения, хотя на то есть веские причины.
– Мои исследователи заметили, что рейрёку* обладают не только сильные души, включая пустых и даже дзампакто, – продолжает Куроцучи под мерное кивание Кёраку, прописные истины, как никак, – но и события.
Командующий недоуменно поднимает бровь – слишком спорно заявление учёного, но не перебивает, прекрасно понимая, что Куроцучи – тот ещё псих, и не такое изобретал.
– Конечно, не все события обладают духовной силой, а лишь ключевые. Чем значимее событие, тем большее духовное давление оно создает, что вполне логично.
Учёный патетично разводит руками – ну да, логично, и умные люди с этим согласны. "Умные" снова кивает и, даже, делает глоток чая, то ли чтобы показать, что не спит, то ли чтобы действительно не заснуть. Обстановка, конечно, не располагает, но мерный говор учёного притерпелся.