Чтение онлайн

– Но если дело об убийстве Хейеса действительно так просто, зачем вам я? При таких обстоятельствах любой новичок из вашего отдела сумеет добиться смертного приговора для сутенера-убийцы.

– Все не так просто, Тим. – Штамм подался вперед. – Мне звонили несколько весьма влиятельных людей. Они сказали, что тебе предложено занять место Тревиса.

Керриган едва не чертыхнулся. Ему бы следовало раньше понять, к чему все клонится.

– Благодаря этим процессам ты будешь находиться в центре внимания в течение нескольких месяцев. И как ты сам только что сказал мне, дело Уэнделла настолько примитивно, что с ним может справиться и добиться смертного приговора даже какой-нибудь практикант с юридического факультета. Трудно представить лучший способ достичь славы и популярности на нашем поприще. О тебе узнает вся страна.

Керригану страшно не хотелось ввязываться в дело Дюпре, и все же что он мог возразить на доводы Джека? Не рассказывать же ему об Элли Беннет...

– А нельзя ли принять решение по делу на основании признания подсудимым собственной вины? – спросил Керриган. – В деле об убийстве Уэнделла практически нет оснований для защиты. Его адвокат предлагает признание в обмен на пожизненное заключение.

Штамм отрицательно покачал головой:

– В данном случае подобный вариант не пройдет. Этот подонок убил сенатора Соединенных Штатов. После чего в нашей же долбаной тюрьме он имел наглость самым зверским образом расправиться с одним из наиболее известных юристов штата. Мне очень жаль, Тим, но я свое решение принял. Сукин сын, о котором мы тут чуть ли не целый час уже болтаем, нарушил главнейшие законы страны и попрал основы нравственности. Ему должен быть вынесен смертный приговор, и почетная обязанность добиться такого исхода для ублюдка поручается тебе, Тим.

Не успел Керриган вернуться от Джека Штамма, как в его кабинет вошла Мария Лопес. К тому времени большинство сотрудников прокуратуры уже разошлись по домам, а небо за окном Тима начало хмуриться – собирался дождь.

– У тебя не найдется свободной минутки? – спросила Мария.

– Конечно, найдется.

– Ходит слух, что тебе поручают руководить обвинением на процессе против Дюпре.

– Это не слух, – со вздохом ответил Керриган. – Я уже согласился.

Мария собрала всю энергию в кулак.

– Я тоже не хочу остаться в стороне. Ты не мог бы взять меня в качестве помощника? Мне нужен шанс отплатить ему.

– Я не знаю...

– Никто не знает Дюпре лучше, чем я. Я смогу подсказать тебе, кто будет наилучшим свидетелем на этапе определения меры наказания и где искать необходимые доказательства серьезной общественной опасности преступника. – Она постучала себе по виску: – Эти сведения у меня хранятся здесь в готовом виде. Любому другому юристу придется потратить часы и дни на поиски того, что я могу выдать тебе прямо сейчас.

Все сказанное Марией было правдой, однако у нее не было никакого опыта работы с преступниками, которым грозил смертный приговор. С другой стороны, ее страстное желание участвовать в процессе могло оказаться очень полезным. Ведь в случае подготовки смертного приговора юристам, как правило, приходится работать по шестнадцать часов в день и по семь дней в неделю.

– Ладно, – сказал он. – Беру тебя. Ты будешь мне ассистировать.

Лопес просияла счастливой улыбкой:

– И ты не пожалеешь о своем решении, босс. Мы прижмем Дюпре к ногтю, я тебе обещаю. Мы заставим его зарыдать!

Тим Керриган позвонил Хью Кертину в начале восьмого. Хью принадлежал к породе холостых трудоголиков, и Тим прекрасно знал, что сможет распить с ним стаканчик в любое время и в любом месте, если, конечно, у Кертина не было назначено свидание с одной из его бесчисленных подружек. Они договорились встретиться в "Хардболле", баре, расположенном неподалеку от бейсбольного стадиона и посещаемого в основном рабочими. Вероятность встретиться здесь с кем-то из коллег или начальства была ничтожно мала.

Тим подождал, пока его глаза привыкнут к темноте, и стал искать своего друга среди посетителей бара. На это ему понадобилось всего несколько секунд; он обнаружил Хью в небольшой нише поблизости от заднего выхода. Заметив Керригана, Хью налил ему большой бокал из графина. Тим проскользнул в нишу и первым делом опрокинул половину. Правда, как только он опустил бокал на стол, Хью снова долил его до краев.

– Итак, – начал Хью, – я жду объяснений, по какой такой причине ты оттащил меня от телеэкрана, от двадцать восьмого по счету просмотра "Хищника" с моим любимым Джесси Вентурой в главной роли?

– Мне нужен твой совет.

– Ничуть не сомневаюсь.

Графин опустел, и Кертин сделал знак официанту, чтобы тот принес новый. В колледже Тиму случалось быть свидетелем того, как Хью выпивал по нескольку литров пива без каких-либо серьезных последствий.

– Тут на днях я посещал ежемесячный обед в компании отца в "Уэстмонте".

– И как я вижу, остался жив и здоров.

Тим кивнул:

– Помимо наших семей, на этот раз прибыли и другие гости. Отец пригласил Бертона Роммеля и Харви Гранта. – Тим сделал паузу, потом продолжил: – Руководство партии хочет, чтобы я баллотировался на место Гарольда Тревиса на следующих выборах.

Рука Кертина с бокалом пива застыла в воздухе.

– Ты шутишь!

– Не веришь, что я справлюсь? – спросил Керриган дрогнувшим голосом.

– Конечно, справишься. Вспомни тех кретинов, что десятилетиями заполняют конгресс. Просто твоя новость застала меня врасплох. Черт, если рядом со мной сидит будущий сенатор, нужно вести себя повежливее. Ты же можешь в любой момент натравить на меня налоговую службу.

Керриган улыбнулся. Хью продолжил:

– Главный вопрос, насколько я понимаю, состоит не в том, сможешь ли ты, а в том, должен ли ты. Пост сенатора связан с астрономическим престижем, и, кроме того, у тебя будет возможность сделать много хорошего для большого числа самых разных людей. Но на сенаторском посту тебе придется работать почти по двадцать четыре часа в сутки. Ты забудешь про дом и про семью. Меган будет очень тяжело без тебя. А тебе – без нее. Ты не заметишь, как она вырастет. И все-таки шанс стать сенатором Соединенных Штатов... Это вызов, серьезный вызов. А как к такой перспективе относится Синди?

– Она хочет, чтобы я баллотировался.

– Думаю, что вопрос о том, как к твоему выдвижению относится папаша Керриган, задавать не стоит?

– Он тоже стремится, чтобы я вступил в гонку. Мне показалось, что отец вот-вот лопнет от возмущения, когда я не выразил особого энтузиазма по поводу этого предложения.

– Но ведь ты же ему сказал, что тщательно обдумаешь представившуюся возможность?

– О да! Мне же не хотелось, чтобы его тут же хватил инфаркт.

– Для него это будет очень много значить, Тим.