Чтение онлайн

Теперь я буду умнее, теперь всегда буду знать, что у них есть второе дно. Ничего, девочка, ты сильная, ты переживешь! Говорят, что боль со временем проходит или хотя бы притупляется. Будем надеяться, что и у тебя пройдет.

— Кэтииии!!!

Дикий крик, уже в который раз за ночь пронизывает душу, заставляя сердце остановиться. Он не желает меня оставлять, наверное, ему доставляет удовольствие меня добивать. Хочет, чтобы я выла сутками напролет и умывалась слезами.

Ден уже час орет под окнами. До этого он пытался вынести двери в моей квартире, но соседи вызвали полицию и его вывели во двор. Думаю, что к нему сегодня еще раз приедут ребята с фуражками. Потому что он реально не понимает, что я не хочу его видеть.

Усмехаюсь, начинаю хохотать на всю квартиру. К чему эти пытки? Зачем он продолжает надо мной издеваться? Ему мало того, что уже и так произошло? Хочет позлорадствовать, хочет увидеть, что мне плохо. Пускай уходит, пускай идет домой, тем более что его там ждут…

Почему мне никто не говорил, что может быть так больно? Что сердце может разрываться на куски? Почему, мать вашу, об этом не рассказывают на парах???

Я тянул до последнего, как последний придурок, надеялся, что если оттянуть момент, то потом будет проще ей все рассказать. Намного проще… Самообман, мы сами верим в то, что хотим верить. Просто боялся признать, что боюсь ее потерять, очень боюсь. Все становилось только сложнее. С каждым днем я все больше привязывался к девчонке и видел ответную реакцию в ее глазах. Это заставляло меня тянуть все еще дальше, верить, что все решится само собой.

Усмехаюсь, конечно, может Кэти не заметит рядом с нами чужую бабу? Просто не увидит. Попрошу Алексу быть потише, и мы так месяц втроем поживем. А чего нет? Или еще вариант, они так друг другу понравятся, что станут лучшими подругами, вообще кайф, вариант сто пудовый!

В какой-то момент я понял, что не смогу с ней так поступить, она такого не заслуживает. Она мне этого не простит, никогда больше не подпустит к себе. Она этого попросту не заслужила. Только мой просчет был в том, что уж слишком долго я думал и шел к этому решению. Дотянул до критической точки, когда взрыв произошел, его не остановишь.

Я знал, что отец не даст мне увильнуть от нашего уговора, но попробовать стоило. Я все еще рассчитывал хоть на что-то.

На что? На то что он наконец стал нормальным человеком? Что поставит сына выше своих принципов и бизнеса? Я как маленький ребёнок верил в то, что под новый год случаются чудеса. Дебил! Кретин! Что еще можно было про меня сказать? Рассчитывать, что этот человек откажется от бабла ради моего счастья? Да он скорее всех к стенке прижмет и будет шантажировать, чем упустит хоть копейку.

— Я передумал, — сказал я вместо приветствия, когда отец взял трубку. Кэти как раз поехала к себе домой, она там что-то лепетала про подарок, прическу и макияж. Что ей нужно переодеться и подготовиться. Короче, вся эта бабья хрень! Все-таки она была еще не готова переехать ко мне полностью и я.… Нет, я этого не понимал и не принимал. Но я старался сдерживаться. Девчонке нужно время, значит я ей его дам. Немного, думаю недели будет достаточно. Если она будет брыкаться, то я сам соберу все ее вещи, упакую до последней резинки для волос и перевезу ее сюда. Пускай кричит, брыкается, ругается и угрожает.

Она начала мне намекать на то, что уезжает после того, как я приготовил ей обед. Да, он немного подгорел и потом мы по очереди пол вечера здоровались с белым другом. Но, черт возьми, это был мой первый обед, приготовленный собственными руками для девушки. Как ни странно, но она оценила мой порыв.

Но я сказал, что наши желудки переживут такой стресс максимум раз в месяц. И именно потому настоял на том, чтобы мы сегодня, в новогоднюю ночь заказали всю еду из ресторана. Я не хотел, чтобы она стояла весь вечер у плиты, а потом уставшая ждала боя курантов.

Мне с ней оказалось действительно комфортно. Даже не думал, что, когда она соберет свои вещички и поедет домой, что мне станет так одиноко и некомфортно в жилье, в которое раньше не хотел никого приводить. Без нее здесь стало пусто и даже Рики по ней скучал.

Я посмотрел на скулящую собаку и кивнул, да эта девушка мне нужна. Я хочу, чтобы она была в моей жизни, и я никому ее не отдам. Я хочу расторгнуть этот договор с отцом и не чувствовать себя виноватым перед моей девочкой.

Алексе здесь не место. Пускай эта стерва катится ко всем чертям!

— Ты там головой ударился на своих гонках? — Отец злился и это было понятно. Конечно, я не ожидал, что он скажет, что я могу просто слинять и дело с концом. Но маленькая надежда все же во мне жила.

— Как мило, что ты печешься о моем здоровье! Но нет, с моей головой все в порядке, — ехидно усмехнувшись я сел на подоконник. Посмотрел во двор. Моя улыбка тут же стала теплой, только сегодня утром мы там выгуливали Рики. И это простое событие вызывало во мне массу приятных эмоций. Она была моим человеком, в этом не оставалось никаких сомнений.

— Тогда стукнись ею о стену и приди в себя! Поздно мой мальчик, ты согласился, механизм запущен, назад пути нет. — Отец говорил это холодно и пугающе. Похоже он уже поставил все на карту, а я так не хило подгадил ему под нос. В который раз я ошибся в этом человеке. В нем не оставалось ничего человеческого. Он любил играть в свои игры. И ему было плевать кто стоит у него на пути — конкурент или собственный сын.

— Я не хочу с ней связываться! Найди другой способ решения этой проблемы, — от одной мысли об Алексе, меня начинало мутить. Эта девушка меня бесила, вызывала плохие эмоции, и я с ней всегда был агрессивен. Что ее ни капли не смущало. Она была больной, помешанной на мне мазохистской.

— Не с той ли милой барышней, что жила у тебя, связано это решение? — Он знал, этот ублюдок за мной наблюдал? Сжимаю пальцами подоконник, сука, я должен был об этом догадаться! Значит он не даст мне ни единого шанса уйти от договоренности, он подготовился.

— Оставь ее в покое! — Шиплю сквозь стиснутые зубы. Он начинал меня злить и это не сулило никому из нас ничего хорошего. И я сам же даю ему понять, что она для меня важна. Что теперь через нее можно давить и на меня. И наконец заставлять меня делать то, что ему нужно.