Чтение онлайн

«Телепат?! — мелькнула в голове ученого пугливая мысль. — Доктор Варнаа скрывает телепата?! — Но тут же взял себя в руки: — Нет. „Проникновения“ я чувствую».

Несколько десятилетий назад профессор занимался секретными археологическими изысканиями для одной из Великих Держав и прошел ускоренный курс охотника на менталов. Ученого элементарно научили улавливать настроенное на него ментальное вмешательство, ощущать его как угрозу и даже ставить блок-вспышку. Ненадолго, как предупреждение телепату — «ты обнаружен!».

От Зафса Варнаа не исходили ментальные волны. Но Эйринам мог бы голову дать на отсечение — каким-то невероятным способом юноша зондирует его мозг!

Так телепат? Ментал другого уровня, новая мутация?

Зафс усмехнулся, отвел взгляд и проговорил:

— Ваше предложение остается в силе?

Эйринам с трудом сглотнул ставшую вдруг тягучей слюну и заметил, что все еще держит молодого человека за рукав.

— Простите. — Историк убрал руку. — Я не меняю своих решений, Зафс Варнаа. В любое время, где бы я ни находился, вы можете рассчитывать на мою помощь.

— Благодарю вас, профессор Эйринам, — церемонно, с некоторой едва уловимой насмешкой поклонился юноша.

Юнец! Он прочитал на лице профессора растерянность?!

Или в мыслях?..

Невесомо и плавно с небесной трассы слетела прозрачная платформа общественного флаера, профессор легко вскочил на подножку и, прежде чем занять сиденье, крикнул юноше:

— Запомните, Зафс! Всегда и всюду!

Зафс проводил взглядом флаер, пока тот не превратился в сверкающую точку, и, недовольно хмурясь, пошел к дому.

Приближался новый сильнейший «всплеск». Боль исчезла, и мысли, как радужные пузыри на мутной луже, вспучивались, лопались и возникали вновь. Их было так много, что казалось, задействованный, просыпающийся мозг кипел.

Зафс резко свернул на небольшой пятачок чужой парковки, встал за оставленным на ночь грузовиком и, с трудом достав трясущимися пальцами инъектор, прислонил его к наспех обнаженному предплечью и сделал впрыск.

Ему нельзя было возвращаться домой в активном состоянии. Едва взглянув на сына, отец сразу поймет, что разим перестал действовать: Зафса выдадут глаза. Юноша давно привык, что во время активизации сознания люди с трудом выдерживают его направленный взгляд. Недавно профессор Эйринам ощутил на себе ударную силу взгляда Зафса и только принуждением, силой воли заставил себя не отводить глаза. Стоял напротив «студента», боялся, но смотрел прямо.

Отец же поймет все сразу. Начнет беспокоиться, до глубокой ночи составлять новую схему, усиленный состав инъекций… Мама будет плакать…

Мысли становились все короче. На голову как будто насаживали обручи. Обруч за обручем. Стягивали черепную коробку и выжимали все новое и свежее, что так недавно радужно пузырилось поверх стоячего болота.

Последний день. Осталось вытерпеть последний день притворства. Инъекции разима, конечно, придется продолжить — они спасают от ловушек, — но мука ложью прекратится. Зафс будет предоставлен сам себе.

Головная боль медленно заполняла освободившееся от чистого сознания пространство. Привычно вгрызалась в мозг. Чавкала от удовольствия. Утоляла нестерпимый голод. Яркие предвечерние краски окутались серой пеленой…

Последний день!

Зафс без сил опустился на корточки, прижался спиной к прохладному борту грузовика, и тут же боль, собрав все краски в тугой черный узел, обрушилась на голову так яростно, что звон прокатился по всему телу и долго вибрировал на кончиках пальцев бесконечной уродливой пляской.

«Все же надо было потерпеть полтора часа», — запоздало раскаялся Зафс и утонул в беспросветном мраке стоячего болота бездумья.

Когда он открыл глаза, вечерний сумрак почти сравнялся красками с его личным мироощущением. Тусклый диск ночного светила показался над горизонтом, луна отбрасывала неяркие лучи и почти не соперничала с мягким освещением улиц пригорода.

Зафс тяжело встал на ноги, повел сведенными от длительной неподвижности плечами и вялой походкой подгулявшего моряка направился к дому. Отец и мама как будто чувствовали, что сыну необходимо уединение, и не теребили его призывной вибрацией браслета коммуникатора, не торопили, не разыскивали.

Еще одна курсирующая платформа пронеслась над деревьями и опустилась где-то за спиной Зафса.

Профессор Эйринам, вспомнил юноша. Он столько времени проводит в одиночестве своего Дома, что поездка на общественном транспорте кажется ему развлечением…

Дверь дома оказалась крепко закрытой, Зафс потянул на себя ручку, перешагнул порог и вдруг почувствовал, как воздух стал упруго-непослушным. Он сковывал движения, не позволял коленям сгибаться, и Зафс, сделав еще несколько шагов вперед на непослушных ногах, упал в дверях гостиной.

— Обыщите его, — раздался откуда-то из комнаты гулкий и словно бы спертый мужской бас. — Если это имплантат, то немедленно извлеките.

Грубые сильные пальцы начали обшаривать тряпично-ватное тело Зафса. С трудом заставив глаза повиноваться, юноша скосил их на лицо типа, что обыскивал, ощупывал его тело, и убедился — незнакомец. В непонятной военной форме без опознавательных знаков и эмблем принадлежности к определенной службе. Высоченный и огромный, как вставшая на дыбы грузовая платформа, он методично исследовал тело юноши. Нос незнакомца был зажат прищепкой фильтра-нейтрализатора, и оттого голос его прозвучал ненатурально, на выдохе:

— У него только браслет, мессир.

— Снимите, — приказал бас.

— Он запаян.

— Разрежьте, — так же на выдохе отдавал команды бас.

«В дом запустили парализующий газ, — догадался юноша. — Носовые фильтры нейтрализуют его действие… Кто эти люди?! Преступники? Охотники на менталов?»

— Мне понадобится пневматический резак, мессир, — прозвучало над головой. — Витахром так просто не разрежешь.

— Так принесите!

— Слушаюсь. — Пальцы службиста разжались, и рука Зафса со стуком ударилась об пол.