Чтение онлайн

Морил тоже на это надеялся. Они ждали и ждали — Морил рядом с беспокойным Олобом, а Брид в повозке. Прошло больше часа. Время от времени Морил замечал в толпе Киалана, который слонялся по площади и, видимо, тоже ждал Дагнера. Однако Киалан не пытался к ним подойти, и Морил несколько раздраженно недоумевал, почему он так себя ведет.

Олоб вдруг отчаянно замотал головой. Брид сказала:

— Вон Дагнер.

Морил увидел, как брат быстро идет через площадь, свернув в руке пустую шляпу.

— Где же покупки? — недоумевала Брид.

Дагнер жизнерадостно помахал ей и зашагал еще быстрее. Он уже почти подошел к повозке, Когда с двух сторон к нему быстро и бесшумно придвинулись двое крупных мужчин. Один сжал плечо Дагнера огромной лапищей.

— В чем… — начал тот, пытаясь стряхнуть с себя руку.

— Именем графа ты арестован, — сказал мужчина. — Не поднимай шума, а то тебе же будет хуже.

На секунду Морил снова увидел Киалана в толпе у фонтана: тот был в полном ужасе. Люди, оказавшиеся поблизости, поспешно отошли от повозки, не желая присутствовать при аресте. Киалан затерялся среди них и мгновенно растворился в толпе. Морил стоял у головы Олоба, посреди внезапно образовавшегося пустого пространства, и злился на Киалана, хотя тот был ни в чем не виноват. Конечно, никто не может помешать графу, раз уж тому взбрело в голову арестовать Дагнера, но если бы Киалан просто был рядом, это было бы хоть какой-то поддержкой. Морил с отчаянием посмотрел на брата. Дагнер успел только бросить на него один безнадежный взгляд — и те двое повели его к тюрьме. Толпа поспешно расступалась перед ними. «Шарахаются, словно от чумного!» — с негодованием подумал Морил. Ему хотелось, чтобы Дагнер шел с гордо поднятой головой, но тот виновато сутулился.

— В жизни я еще не была так зла! — возмутилась Брид. — Никогда… Что за несправедливость…

Она замолчала и опасливо обвела взглядом опустевшую площадь перед фонтаном, запоздало сообразив, что и сама напрашивается на неприятности.

Двое мужчин с Дагнером исчезли внутри хмурой тюрьмы. Морилу стало одиноко, как никогда.

— Я только сейчас понял, — сказал он. — У нас ведь не было лицензии на выступление, правильно?

— Мы имеем право в течение шести месяцев давать представления по лицензии отца, — ответила Брид. — Отец мне говорил, и я знаю, что это законно. Надеюсь, Дагнер это помнит. Они не имеют права!.. Они просто пытаются…

Какой-то мужчина довольно неохотно шел через опустевшее пространство, неся на плече мешок — судя по всему, с овсом. Он остановился, не доходя до повозки.

— Ваш брат заказал это, — сказал он. — Мне его унести обратно?

— Ничего подобного! — заносчиво заявила Брид. — За него заплачено — это я знаю. Положите его в повозку.

— Как хотите, — недружелюбно бросил мужчина.

Он швырнул мешок на булыжную мостовую и ушел.

Почему-то это было очень обидно. Морил понял, что теперь все будут их избегать. Он в сердцах решил, что Киалан бросил их по той же причине. Олоб немного успокоился, Морил отпустил его и оттащил мешок к повозке.

— Что нам теперь делать, Брид?

— Делать? — переспросила Брид еще более гневно. — Я скажу тебе, что делать. Мне придется остаться здесь на тот случай, если Дагнер заказал что-то еще, но тебе надо немедленно идти к тюрьме и требовать свидания с Дагнером. Иди. Скажи им, что он — родня графа. Скажи, что мать — племянница Толиана. Подними шум. Дай им ясно понять, что у нас влиятельная родня. А когда увидишь Дагнера, передай, чтобы он говорил то же. Иди же! Они просто пытаются запугать нас и заставить заплатить за новую лицензию, я в этом не сомневаюсь!

Морил послушно поплелся через площадь. Он был так ошарашен, что не мог придумать ничего другого, хотя предчувствие говорило ему: это бесполезно. Если на Юге кого-то арестовали — даже за мелкую провинность, то маленький мальчик не сможет добиться освобождения арестованного пустыми заявлениями о благородных родственниках. А поскольку у них нет огромных денег, то вполне вероятно, что двери тюрьмы закроются за Дагнером навсегда. К тому времени, когда Морил оказался под холодной аркой тюремных ворот, он уже искренне жалел о том, что они уехали из Маркинда.

— Пожалуйста, — обратился он к дежурному за дверью. — Я хочу увидеть брата.

Мужчина посмотрел на него не без симпатии.

— Ты — сын Кленнена-менестреля?

Морил кивнул.

— И сколько тебе лет, паренек? — спросил он.

— Одиннадцать, — ответил Морил.

— Одиннадцать, вот как? — переспросил мужчина. — Таких, как ты, вешают только после пятнадцати, так что тебе повезло.

Морил решил, что это шутка, и вежливо улыбнулся.

— Послушай, паренек, — сказал мужчина. — Прими добрый совет. Садись на эту свою повозку и уезжай поскорее. Ничего хорошего ты тут не добьешься.

Морил посмотрел на него с бессильной досадой.

— Но…

— Уходи! — настойчиво повторил мужчина.

В темном коридоре позади них раздавались шаги. Морил понимал, что мужчина старается ему помочь, но не сдвинулся с места. Он стал ждать, в надежде, что приближающийся человек разрешит ему увидеть Дагнера.

Пришедшим оказался один из мужчин, арестовавших Дагнера. Он взглянул на Морила без особого интереса. А потом — второй раз, уже пристально.

— Этот тоже из них, так?

— Да, сударь, — ответил стражник и бросил на Морила укоризненный взгляд, словно желая сказать: «Видишь, что ты наделал!».

— Пойдем со мной, парень, — сказал вновь пришедший.

У Морила схватило живот — даже сильнее, чем перед недавним представлением, и он пошел по темному коридору, а потом — по унылому внутреннему двору и вверх по какой-то лестнице. Они вошли в пустую комнату с желтыми стенами. У одной из них стояла скамья, на которую Морилу было велено сесть и ждать. С этим мужчина ушел, заперев за собой дверь.

Морил довольно долго сидел на скамье, чувствуя себя просто ужасно. Он пытался понять, не арестовали ли и его тоже. Было очень похоже. Он попробовал выглянуть в окно, но оно оказалось очень высоким и было забрано решеткой. Он подтащил к нему скамью, но все равно увидел только серые стены. Протиснуться сквозь прутья решетки было невозможно. Морил отодвинул скамью на прежнее место и снова уселся на нее.

А потом началось самое ужасное. Ему невыносимо было находиться в тесном помещении. Ему было жарко. Он ощущал себя загнанным в ловушку. С каждой секундой комната словно становилась все меньше и потолок наваливался на него сверху. Морил уже готов был закричать, но тут ему на глаза вовремя попалось пятно на противоположной стене, и он смог на нем сосредоточиться. Пятно очень походило на гору между Водяной Горой и Ханнартом.