Чтение онлайн

Отлично.

Спасибо.

– Дай пройти...
– бормочу, глядя в пол.

Макс поворачивается боком, всё также сложив на груди руки.

Протискиваюсь мимо, споткнувшись о порог.

Его рука мгновенно впивается в мой локоть, поддерживая и толкая в квартиру. Вздрагиваю от хлопка закрывшейся двери. Он не собирается выпускать мою руку, а перехватывает её повыше, дёргая меня, как куклу, пока поворачивает замок.

Я не пытаюсь сопротивляться, спокойно осматриваясь. Но я рада, что он бешеный. Рада, что испортила ему день так же, как он мне!

Внутри приглушенный свет. По телевизору трансляция хоккейного матча. Я знаю, что Немцев не фанат хоккея. И вообще командных игр. Он даже в этом одиночка.

На диване примятая подушка и больше ничего.

Он лежал тут один и смотрел хоккей, который терпеть не может.

Так ему и надо!

Славика я не наблюдаю, как и ключей от машины на тумбочке.

Поворачиваю голову и смотрю на Макса, гордо задрав подбородок.

Он смотрит на мой чемодан, сжав зубы. Пока он смотрит, я успеваю досчитать до десяти. Надеюсь его гениальным мозгам хватило времени, чтобы сделать выводы о моих реальных планах на эту поездку.

Сощуренные глаза медленно перемещаются к моему лицу.

Его стальная лапа всё также удерживает моё тело на удобном для себя расстоянии. Чтобы можно было спокойно смотреть на меня сверху вниз и давить габаритами.

Его глаза блестят, впившись в моё лицо. На щеках светлая щетина, в волосах бардак, футболка измята.

Но засранец всё равно выглядит потрясно. Боюсь даже представить, как выгляжу я. Судя по всему - отстойно, потому что его ноздри раздуваются, когда стягиваю с головы насквозь промокшую шапку и провожу по лбу дрожащей от холода рукой.

– Где ты, блядь, была?
– цедит, наконец-то.

– Гуляла, - заявляю сипло, но гордо, не желая вдаваться во все идиотские подробности сегодняшнего дня.

– Это что?
– кивает на пол.

– Чемодан… - говорю, передёргивая от холода плечами.

Заметив это движение, свирепеет.

– Ты в нём жить собралась?
– рычит по слогам, выпуская мою руку и дёргая на себя за борты пальто.

Со злостью вцепившись в пуговицы, быстро начинает расстёгивать их.

– Ты в него не влезешь… - говорю, подняв на него глаза.

Он вскидывает на меня свои. Острые, как бритвы.

Смотрю на него исподлобья, гордясь своим заявлением.

Сжав мои любимые губы в тонкую линию, поднимает подбородок, глядя свысока.

– Что с телефоном?

Молчу, думая, как ответить, и наблюдая за слаженной работой его длинных татуированных пальцев.

– С телефоном что, я спрашиваю?
– повторяет резко, стягивая с моих плеч мокрое пальто.

– Сдох, - говорю рассеянно, не собираясь ничего объяснять.

Громко всхлипнув, обнимаю себя руками.

Он сжимает ладонями мои плечи, а потом резко тянет к себе.

– Холодная вся, пиздец…

– Замёрзла… - по-детски капризно булькаю я, пряча ладони на его груди.

Его руки блуждают по моей спине. Вверх и вниз. Снова смыкаются, сдавливая то сильнее, то слабее.

– Я думал, ты уехала, - говорит хрипло над моей головой.

– Ты… просил не уезжать… - утыкаюсь лбом в его грудь.

– Я думал, что ты уехала, Жень, - повторяет с нажимом.

– И что… обрадовался?
– бормочу я.

– Не пори херни.

– Почему я должна думать по другому?!
– упираюсь в его грудь ладонями, подняв голову.

– Потому что ты не дура, чтобы так думать, - отвечает вкрадчиво.

– Знаешь что, Немцев! Я, видимо, дура! Нужна я тебе или нет?

– Я тебя сам позвал. Нужна ты мне или нет?
– злится он.

– Ты позвал на выходные!
– возмущаюсь я.

– Потому что по-другому ты хрен бы поехала! Почему не сказала про чемодан?!

Смотрим друг на друга зло.

– Потому что откуда я знаю, чем ты эти полтора месяца занимался?! И с кем!
– выпаливаю я в сердцах.

– Женя, - угрожающе рычит он.
– Я тебя трахаю, не вынимая, двое суток! Чем я тут занимался, по-твоему?!

– Не знаю я!
– психую, топая ногой.

Я не должна всё знать и понимать!

– Так спроси!

Дышу рвано, глядя в его глаза. Он смотрит на меня в упор, сжимая ладонями плечи. Облизнув дрожащие пересохшие губы, сипло спрашиваю:

– Хочешь, чтобы я осталась?

– Я хочу, чтобы ты осталась, - чеканит слова.

– На… диване?

– По фигу где. Это решаемо. Переживём.

С этим я, чёрт возьми, согласна!

– Любишь меня?
– спрашиваю, успокоившись.

– О, твою мать… - закатывает он глаза, а потом опускается передо мной на корточки и хватает мою ногу, сдёргивая с неё мокрый ботинок. Отшвыривает его в сторону. Трогает ладонью мою стопу в полосатом носке. Она ледяная и мокрая.

– Пиздец… - шепчет, снимая второй.

Чтобы не упасть, хватаюсь за его плечи.

Выпрямляется и берется за пуговицы на блузке. Расстёгивает быстро и ловко. Стаскивает с бёдер джинсы вместе с трусиками, но я чувствую, что весь этот стриптиз не имеет никакого отношения к сексу, поэтому сама снимаю лифчик, вжав голову в дрожащие плечи. Макс резко стаскивает с себя футболку, дёрнув за ворот на затылке, и подхватывает меня на руки, ветром неся в ванную. Ставит внутрь, открывая кран и проверяя температуру воды.

– Айййй!
– ору, прижав локти к груди и шарахнувшись в сторону, потому что ноги ошпарило кипятком.

Немцев сбрасывает джинсы и трусы, запрыгнув следом. Обняв меня руками и прижав к себе спиной, включает душ.

– Горячо - визжу, но он безжалостно толкает нас под воду, сдавив меня своими руками.

Поджимаю ноги, чтобы они повисли в воздухе.

– Кудряш!
– орет Макс, покачнувшись.

Опускаю стопы, но… уже не так печет.

Не знаю, сколько мы так стоим. Мои силы смывает в канализацию вместе с водой. Я таю как свечка, прямо на глазах.