Чтение онлайн

Крячко, не удержавшись, рассмеялся, но под взглядом Гурова быстро оборвал смех.

– Не обращайте внимания, – сказал Гуров. – У товарища это нервное. Последние дни он работал с большой нагрузкой. А о том, какую компанию водит ваша сестра, я могу только догадываться. Однако не думаю, чтобы она связалась непременно с бандитом. Откуда такая мысль?

– Но это же понятно! – воскликнула Ирина Александровна. – Раз вы ее ищете…

– Ирина Александровна! – укоризненно протянул Гуров. – Почему же сразу – бандит? Преступления совершают не только бандиты. Иногда этим занимаются даже очень приличные люди.

– Но преступление все-таки было! – убежденно выпалила Смелова. – И его совершила моя сестра. С этим, с бородатым… И меня еще втянула!

– Не горячитесь, Ирина Александровна, – сказал Гуров. – Ничего непоправимого еще не случилось. И, я полагаю, не случится, если вы подскажете нам, как найти Евгению Александровну.

– А черт ее знает, как ее найти! – бросила в сердцах хозяйка. – По-моему, она даже не обмолвилась, где остановилась в Москве, хотя я ее спрашивала об этом. Как-то ловко ушла от ответа. Когда ей нужно, она сама заходит или звонит и договаривается о встрече. Мы встречались-то всего три раза.

Гуров задумался. Похоже было, что Смелова не лгала. Он не забывал, конечно, что эта женщина училась актерскому мастерству, и все-таки ее искренность не казалась ему сейчас наигранной. Но положение было настолько непростым, что он боялся совершить непростительную оплошность. И тем не менее Гуров решил рискнуть.

– Знаете что, Ирина Александровна, – сказал он. – Мы с вами поступим так. Вот вам мой номер телефона. Как только вы свяжетесь со своей сестрой, вы сразу сообщите мне об этом. Постарайтесь узнать ее местожительство. И, ради бога, ни слова о том, что мы у вас были! Вам ничего не известно – понимаете меня?

– Да, понимаю, – послушно произнесла Смелова.

– И еще один вопрос – какая сейчас фамилия у вашей сестры? – спросил Гуров.

– Э-э, точно не помню, – запнулась Ирина Александровна. – Кажется, э-э… Смит…

– Кажется или точно?

– Да, точно – Смит. Евгения Смит, – поспешно проговорила Смелова.

– Ну, хорошо, – сказал Гуров, поднимаясь. – Еще я попрошу вас черкнуть нам свои координаты – в каком ЗАГСе работаете, номер телефона… Чтобы мы могли в любую минуту вас найти.

Смелова кивнула, вышла из кухни и через минуту вернулась с листком бумаги, на котором неровным почерком было написано несколько строк.

Тщательная проверка сведений об иностранных гражданах, находящихся в настоящее время в Москве, отняла у Гурова полдня и совершенно определенно показала, что официальным путем никакая Евгения Смит в столицу не прибывала. Поняв это, Гуров сделался мрачнее тучи.

– Похоже, мы с тобой сваляли редкостного дурака, Стас! – с отвращением сообщил он. – Эти бабы обвели нас вокруг пальца, как мальчишек. Пока мы тут пересчитываем гостей столицы, Ирина Александровна, похоже, давно предупредила Евгению Александровну. И никакая она не Смит, разумеется. Совсем мышей не ловим, старые дурни!

Крячко, не говоря ни слова, снял телефонную трубку и принялся набирать номер.

– Что задумал? – насторожился Гуров. – Звонишь звезде экрана домой?

– Нет, в ЗАГС. Мне кажется, так будет вернее, – ответил Крячко и тут же, плотнее прижав трубку к уху, официальным голосом спросил: – Это ЗАГС? Вас беспокоят из налоговой службы. Будьте добры пригласить к телефону Ирину Александровну Смелову. Работает у вас такая? Тогда пожалуйста! – Потом он поднял глаза на Гурова и кивнул, давая понять, что его просьбу выполняют, но тут же опять заговорил в трубку: – Что? Вы уверены? Ну ладно, извините за беспокойство. Нет, передавать ничего не нужно, спасибо. Всего хорошего!

Положив трубку, Стас разочарованно объявил:

– Накаркал ты, брат! Птичка и в самом деле улетела. Смелова на сегодняшний день отпросилась с работы. Позвонила с утра из дома и сказала, что к ней внезапно приехала больная родственница. Надо было за этой артисткой сразу установить наблюдение. Доверие – вещь, конечно, приятная, но в нашем деле от него одни убытки. Что будем делать?

– Поехали к ней! – бросил Гуров, решительно поднимаясь. – Теперь-то я ее из-под земли достану и ни на шаг не отпущу! Не погляжу на ее неудавшуюся личную жизнь. Ишь, тихоня! Дважды оставить с носом полковника МВД! Это ей даром не пройдет.

– Остынь. Забыл свои собственные слова? – посмеиваясь, сказал Крячко. – Что мы этой дамочке можем предъявить? Что она забыла фамилию собственной сестры? Или с работы отпросилась? Мы с нее даже расписки никакой не взяли, между прочим. А стоило это сделать, хотя бы для психологического эффекта.

Судьба в этот раз к ним благоволила. Ирина Александровна оказалась дома. Встретила она оперативников без особой радости, но и не выказала ни следа испуга или растерянности, чем немало удивила Гурова. Он предполагал, что, обманывая милицию, Смелова будет, по крайней мере, испытывать смятение и угрызения совести. Но ничего подобного Ирина Александровна, кажется, не испытывала.

Однако, попав в квартиру, Гуров не обнаружил и следа больной родственницы, а хозяйка была одета отнюдь не по-домашнему – на ней были бежевый жакет и черная юбка, – она явно только что откуда-то пришла или собиралась уходить. Гуров не собирался теперь разводить церемонии и с места в карьер объявил Ирине Александровне, что разочаровался в ней.

– Я предупредил вас, чтобы вы не наделали новых ошибок. Но вы проигнорировали мои слова. Более того, вы лгали. Лгать вообще грешно, а работнику правоохранительных органов – тем более. Обещаю вам большие неприятности, Ирина Александровна!

Смелова выслушала его, не проявляя особенных эмоций, словно не о ней говорилось. Похоже, и обещание неприятностей не произвело на нее должного впечатления. Она только спросила с вызовом:

– Когда это я вам лгала?

– У меня такое впечатление, что ваша вчерашняя исповедь – ложь от начала и до конца, – сказал Гуров. – Вы заявили, что фамилия вашей сестры Смит, но женщина с такой фамилией в Москве не зарегистрирована. Вы убеждали нас, будто не знаете, где ваша сестра живет, но я подозреваю, что сегодня вы у нее были. Вам удалось обмануть нас и предупредить сестру. Но это ни ей, ни вам не поможет. А вы можете стать соучастницей преступления.