Чтение онлайн

Огден, думая о чем-то своем, машинально выполнил просьбу, затем сказал, пристально вглядываясь в Стивенса:

– А… где же Мэри?

– Она… она еще в постели.

– Занятно!

Стивенс понимал, что за этим замечанием не кроется ничего и что Огден просто-напросто остался верным своей привычке приводить в замешательство собеседника, но, однако, оно произвело на него очень неприятное впечатление.

Огден проследовал за Стивенсом в гостиную и поприветствовал мисс Корбет, приподняв стакан.

– Я хотел поговорить с вами, моя дорогая, но вначале должен был немного подкрепиться. Ваше здоровье!

Мисс Корбет сидела спокойно, сложив на коленях руки, и, казалось, ее нисколько не удивляет и не оскорбляет такая развязность.

– А что вы скажете по поводу телеграмм? – спросил Огден.

– Почему вы решили, что я получила телеграмму? – поинтересовалась сиделка.

– Выходит, что и вам надо все растолковывать? Ради Бога. Потому что я сам получил телеграмму этой ночью. В тот момент я как раз совершал обход ресторанчиков…

– В таком случае, – практично заметила мисс Корбет, – каким же образом телеграмма смогла вас найти?

Глаза Огдена сверкнули, казалось, он был готов ответить какой-нибудь грубостью, но, видимо, он отдавал себе отчет в том, что это будет означать признание своего промаха, и предпочел сдержаться.

– Вам хочется поймать меня на ошибке? Но все очень просто. Телеграмма была послана в Хаверфорд Клаб. И мне вручили ее, как только я добрался туда. Но хватит говорить об одном и том же. Вы можете расспросить о телеграммах Теда Стивенса. Он в курсе всех этих событий. Однако очень хорошо, что вас вызвали сюда, так как ваше свидетельство может оказаться важным. Никто не знает…

– Мое свидетельство о чем?

– Об отравлении дяди Майлза, разумеется.

– У вас нет никаких оснований подозревать меня хоть в чем-либо! – вскричала сиделка, и немного кофе пролилось из ее чашки в блюдце. – Но если уж у вас возникают такие мысли, обратитесь к доктору Бейкеру! Нет никаких оснований думать…

Она замолчала, потом продолжила.

– Признаюсь, я немного волнуюсь. Не потому, что получила этот дурацкий приказ явиться сюда, а потому что отсутствовала в ту ночь, когда все это произошло. И потому…

– И потому, что вы так старательно забаррикадировали вашу комнату, – добавил медленно Огден. – Так старательно, что никто не смог бы добраться до лекарств, случись у дяди приступ. Таким образом, у вас есть причины, чтобы чувствовать за собой вину. И я не думаю, что ваша репутация останется безупречной, после того, как эти подробности станут известными…

Стивенс сознавал, что именно это обстоятельство беспокоит мисс Корбет.

– О, я понимаю, – продолжал Огден, – что у вас были основания поступить именно таким образом. Дяде Майлзу, казалось, стало лучше. К тому же из вашей комнаты только что был похищен смертельный яд. Вы, без сомнения, поступили правильно, желая воспрепятствовать тому, чтобы кража повторилась. Однако как же это у вас до сих пор не возникло никаких подозрений? В субботу похищают яд, а в ночь на четверг ваш больной умирает! Мне бы это показалось в высшей степени странным!

Огден скорее играл у мисс Корбет на нервах, чем искал доказательства ее вины. Он как бы наблюдал себя со стороны, причем с таким удовольствием, что сиделка наконец сообразила что к чему и снова стала бесстрастной.

– Вы, кажется, знаете об этом деле больше, чем кто-либо, – устало вымолвила она. – Следовательно вам должно быть известно, что похищенное из моей комнаты, во-первых, не может стать причиной смерти, а во-вторых, не могло вызвать ни одного из симптомов, появившихся у мистера Деспарда.

– Ах, даже так! Значит, это не был мышьяк? Так что же в таком случае?

Она не ответила.

– Между прочим, вы должны кого-то подозревать…

Мисс Корбет поставила пустую чашку на стол. Стивенс, который в это утро особенно остро воспринимал происходящее, почувствовал, что разговор принимает какой-то новый оборот. Сиделка посмотрела вокруг себя, затем в сторону лестницы, словно бы она кого-то ждала или услышала какой-то звук. Стивенсу показалось, что, если бы не Огден, она бы с удовольствием продолжила беседу.

– Я не имею ни малейшего понятия, – сказала она спокойно.

– Было бы, конечно, намного лучше, если бы вы поделились со мной, – сказал Огден тоном, претендующим на откровенность. – Это облегчило бы вашу душу, а я не ищу…

– Прекратите эту игру, Огден, – сухо перебил его Стивенс. – Вы не из полиции. К тому же складывается впечатление, что жуткая история, которая произошла с вашим дядей, доставила вам удовольствие…

Огден, улыбаясь, повернулся к нему.

– А вы-то, вы что скрываете? Я ведь вижу, что вы чем-то обеспокоены. Может быть, этим случаем с пропавшим телом?.. Или чем-нибудь другим? Только не надо пытаться меня разубеждать.

Сиделка встала, и Огден обратился к ней:

– Вы уходите? Позвольте мне проводить вас до дома.

– Не надо, благодарю вас.

Возникло неловкое замешательство. Огден некоторое время продолжал разглядывать собеседников со своей обычной ухмылкой, затем поблагодарил Стивенса за виски, раскланялся и ушел. Как только Стивенс закрыл за Огденом входную дверь, сиделка вышла к нему в холл, взяла его за руку и заговорила очень быстро:

– Истинная причина моего прихода к вам заключается в том, что я хочу поговорить с вами. Я знаю, что все это ерунда, но тем не менее я хотела предупредить вас, что…

Входная дверь снова открылась и появилась голова Огдена.

– Я прошу прощения, – произнес он, осклабясь. – Здесь оказывается любовное свидание! Хотя вряд ли – ведь жена спит на втором этаже… Но, может быть, ее нет? Я заметил, что гараж пуст, и подумал, что вам будет скучно вдвоем…

– Убирайтесь! – холодно приказал Стивенс.

– Ох, ох! Я также заметил, что в вашей комнате горит лампа. Мэри всегда спит при свете?.. – Убирайтесь! – повторил Стивенс.

Видимо, что-то в тоне Теда испугало Огдена. Но, тем не менее, когда Стивенс с мисс Корбет вышли из дома и направились в Деспард Парк, он на небольшом расстоянии ехал за ними в машине.