Та ночь
Шрифт:
Рилан наконец нашла телефон.
Нет. Звонила ее мать.
– Мама… привет.
– Похоже, не зря я тебя предупреждала насчет Кайла Родса.
Мгновенно встревожившись, Рилан замерла на перекрестке. Как мать, находясь во Флориде, могла о чем-то узнать? Придется включить дурочку.
– Мама, ты о чем?
– Да только что прочла «Трибьюн». Твиттер-террорист снова появился в колонке сплетен.
– Ты читаешь колонку сплетен?
– Конечно. А откуда еще мне быть в курсе всех местных сплетен, пока я пережидаю зиму?
Это в смысле уже май.
– Я еще не видела сегодняшний выпуск, – сказала Рилан и технически не соврала. Она же его слышала. – Сначала завозилась с работой, потом посидели с Рей. Вот только иду домой.
– Похоже, его заметили в каком-то новом клубе. Ушел вместе с «таинственной убойно сексуальной брюнеткой в красном платье». Небось, подцепил там очередную страхолюдину. – И мать тут же весело сменила тему: – Ну да ладно, как у тебя-то дела, милая? С кем-нибудь вчера веселилась?
«Ага. С Кайлом Родсом».
– Да ничего особенного. Мы с Рей сходили в одно место, немного выпили. – Пожалуй, лучше опустить детали, раз мать только что назвала ее страхолюдиной. – Чисто из любопытства: а почему тебя так волнует Кайл Родс? Ты же его даже не знаешь.
– Сказала же, мне не понравилось, как он пялился на тебя на том фото. Ну кто так смотрит на совершенно постороннюю женщину, да еще в зале суда? Моя фирма вечно с такими работала. Богатые, самоуверенные, думают, что у них весь мир в кармане и им все с рук сойдет.
– Мам, ну он же никого не убил. Просто обрушил Твиттер.
Да, она вроде как немного защищала Кайла, но слова матери ее задели. Рилан видела настоящего Кайла Родса – парня, который, несмотря ни на что, добровольно помог ей по делу Куина. Да, он не без недостатков, но достоинства у него тоже есть. И не только те, которые она видела без одежды.
Рилан быстро сменила тему, больше не желая обсуждать Кайла, колонку сплетен или что-то еще, связанное с прошлой ночью. Уже и так все ясно: идти домой к Кайлу было глупо. А Метамфитаминовая Рилан глупости не делает.
Начиная с вот этого самого момента.
По возвращению домой она договорила с матерью и бросила сумочку на пол в спальне. Объевшись тостов и до сих пор не отойдя после ночи разврата с Кайлом, Рилан скинула туфли и забралась в кровать.
А три часа спустя проснулась от звонка сотового. Рилан села, ничего не соображая со сна и сбитая с толку темным вечерним небом. Ругаясь, потянулась за сумкой. Лучше бы кто-то умер, причем буквально. Если это не ФБР, не Управление по борьбе с наркотиками, не Секретная служба и не Бюро контроля алкоголя, табачных изделий и огнестрельного оружия по поводу чего-то сверхсерьезного, то она кого-нибудь убьет.
На экране высветилось: «Номер не определен».
– Рилан Пирс.
– Поверить не могу, как приятно снова слышать твой голос.
Рилан легла на подушки, не в силах скрыть удивление:
– Джон.
Глава 23
Рилан посмотрела на часы на тумбочке и быстро прикинула в уме. Разница Чикаго с Римом – семь часов.
– У тебя сейчас начало третьего ночи.
– Ага, – радостно подтвердил Джон. – Только что разошлись с вечеринки друга. Одна женщина из римского филиала, тоже эмигрантка, познакомила меня с местными. Мы отмечали… вообще-то, понятия не имею, что мы отмечали. Просто пришли за компанию.
– Уверена…
– Брат одного из парней держит виноградник в Тоскане. Мы ездили туда на выходные. Тебе бы понравилось, детка. Дом просто роскошный. Обновленная вилла восемнадцатого века, стоящая прямо посреди зеленых холмов. Molto bello (очень красиво – ит.).
Рилан моргнула.
О боже.
Мало того, что Джон тараторил, не слушая, и внезапно переходил на итальянский – так еще и назвал ее деткой. После трех лет отношений это могло означать лишь одно.
Ей по пьяни позвонили из другого конца света.
– Похоже, все твои надежды оправдались, – заметила она, все еще вытряхивая из головы остатки сна.
Разговор вдруг показался каким-то сюрреалистичным.
– Не все, – драматично возразил Джон. – Вечеринка была в квартире неподалеку от Пьяцца Навона. Я ушел первым и начал бродить по округе. И сам не понял, как оказался перед фонтаном Бернини, глядя на тот ресторанчик с желтым навесом, который нам так понравился. Помнишь?
Конечно. Два дня промотавшись по достопримечательностям, вроде Форума, Ватикана, Испанской лестницы и Колизея, они наконец решили отдохнуть. Поэтому на следующий день проспали допоздна, нашли ресторанчик и несколько часов просидели за уличным столиком, болтая, наблюдая за людьми, наслаждаясь пищей и хорошим вином. А потом вернулись в отель и занялись любовью.
– Помню. Хотя теперь это все словно вечность назад было.
– Да. Многое теперь словно вечность назад было. – Он сменил тему. – Ну? Как у тебя дела?
Сперва письмо, а теперь звонок по пьяни. Не понимая, что творится с бывшим, Рилан решила наконец выяснить.
– Джон. Без обид, но… что ты делаешь? Нам правда стоит это обсуждать в два часа утра?
– Мы ничего в два часа утра и не обсуждаем. У тебя только семь вечера.
Пожалуй, лучше не придираться к словам. Как бережливый юрист на гособеспечении Рилан постоянно помнила, что этот звонок обходится ему в евро за минуту.
– Зачем ты звонишь?
– А что, мужчина не может сказать «привет» давней подруге без того, чтобы ему не предъявили федеральное обвинение?
«Каламбур намеренный».
– Но ведь я получила письмо. Мы уже поздоровались, помнишь?
– Просто хотел узнать, как ты, Ри. Судя по твоему ответу, неплохо, но разве точно поймешь из письма?
Рилан провела рукой по волосам. Пусть они с Джоном и договорились не связываться после разрыва, но эта беседа все равно когда-нибудь состоялась. Люди любят поставить окончательную точку в отношениях.