Чтение онлайн

– Все сходится! – снова перебил он.

– Да что такое, что сходится? – теперь она открыто возмутилась. Похоже, он нисколько не обрадовался табакерке.

– Понимаете, мой сосед в тяжелом состоянии, – вздохнул Антон, – ему внезапно стало плохо...

– Ну надо же... – растерялась она, – жаль...

– Я пришел, а он... в общем, если бы я задержался и не позвал на помощь, он бы уже умер...

Вероника оттаяла – ну, расстроен человек, может быть, даже в тумбочке не смотрел и табакерку не видел.

– Ничего, раз вы вовремя успели, он обязательно поправится! – ободряюще сказала она.

– Я почему звоню, – он снова ее не слушал и говорил о своем, – сосед впал в странное состояние. Сначала он находился чуть ли не в коме, а когда его стали из нее выводить, у него начался бред. Он все время повторяет, что приходила высокая девушка...

– Ну да, я же сказала, что заходила! – перебила Вероника. – И с соседом вашим разговаривала, он...

– А что вы делали в палате?

– То есть как это – что? – оторопела Вероника. – Это вы меня спрашиваете?!

– А кого я должен спрашивать, если человек твердит про вас, а сам едва концы не отдал! – закричал Антон.

– То есть вы думаете, что это я вколола вашему соседу какое-то лекарство? – зловеще проговорила Вероника.

– Нет, я, конечно, так не думаю... – тут же пошел он на попятную, – но просто...

– Вам, господин Медников, нужно голову серьезно лечить! – отчеканила Вероника. – У вас и правда после того удара какие-то явления непонятные наблюдаются. Я хоть и не врач, а вижу. Вам выписываться из больницы еще рано.

– Но, Вероника, простите, если я что не так сказал... но зачем вы приходили?

– Пошел к черту!

Вероника отбросила трубку, как будто это была грязная тряпка или того хуже – дохлая крыса. Она просто кипела от злости. Что он себе позволяет?! Как он посмел так с ней разговаривать! Нет, наверное, все же удар по голове оказался тогда достаточно сильным, потому что последствия, несомненно, налицо. И очень серьезные. Проще говоря, этот тип – больной на всю голову!

Она не заметила, что сказала последнее вслух.

– Все они одинаковые, – заметила Светка Соколова, которая, разумеется, все слышала, – не расстраивайся, этот бросил – другого найдешь...

Вероника подняла голову и посмотрела на нее в упор.

– А что я такого сказала? – Светка попятилась и налетела на Анну Валерьевну.

Та и так была на взводе после визита Юлии, так что Светка попала под горячую руку. Бухгалтер молча втолкнула Светку в кабинет и захлопнула дверь. Светка вышла оттуда через десять минут вся красная и скрылась в лаборатории, мимоходом сообщив фотографу Виталику, что мымра (Анна Валерьевна, которая взяла, по мнению Светки, во время болезни шефа слишком большую власть) грозила Светке увольнением, если она не перестанет болтаться без дела.

– А ты попробуй поработать, вдруг тебе понравится, – посоветовал ей Виталик, но отклика в Светкиной душе на свое предложение почему-то не нашел.

Вероника только плечами пожала – ей было все равно.

После работы Вероника решила пройтись, чтобы привести в порядок мысли и чувства. Обычно она торопилась домой, заходя по пути в магазины, потому что мама давала ей по телефону задания – купить хлеба или сметаны или зайти в химчистку.

Они жили вдвоем с мамой уже давно, отца Вероника помнила плохо. А потом был у мамы муж Максим. Считать его отчимом у Вероники мысли не возникало – муж был моложе мамы на шесть лет, а Вероники старше всего на пятнадцать. Она так и звала его – по имени. А потом, когда она неожиданно выросла в двадцать лет, мама с Максимом развелись. Веронике тогда было не до чужих переживаний, она усиленно боролась со своими гормонами, а потом они тему их развода с мамой не обсуждали.

Скорее всего при наличии у жены такой взрослой дочери шесть лет разницы в возрасте показались Максиму непреодолимыми. Или мама была слишком обеспокоена здоровьем Вероники и несколько ослабила семейные вожжи, во всяком случае, Максим завел молодую любовницу. А та забеременела и явилась к ним домой скандалить. Мама тогда повела себя решительно: просто выставила Максима за дверь с вещами. Квартиру делить не требовалось, общих детей они не нажили, разошлись мирно, мама если и переживала, то не показывала вида.

Лет через пять Максим вновь появился на горизонте, Вероника опять замечала его у них дома. Маме он говорил, что жалеет о том, что ушел, что в той семье ему плохо. Мама слушала внимательно, утешала, но принять его назад категорически отказалась – квартира у них небольшая, да и у него там девочка растет, ребенка со счетов не сбросишь.

В конце концов все как-то образовалась. Максим бывал у них изредка, иногда ночевал, когда дома не было Вероники, иногда они с мамой ездили куда-нибудь на выходные. Как уж он там разобрался со своей семьей, Веронику не интересовало.

Сейчас мама с подругами уехала на две недели в санаторий – отдохнуть, оздоровиться. Вероника была довольна своей свободой – никуда не нужно спешить, ни перед кем не нужно отчитываться, можно спокойно пройтись и подумать над своим поведением.

Что же с ней происходит? Почему она не отдала Юлии табакерку? Таким незатейливым способом отомстила ей за то, что видела жену шефа возле больницы с посторонним мужиком? Или все еще проще – ей самой не хочется расставаться с табакеркой, не хочется никому ее отдавать? Но ведь придется!

«А зачем? – тут же зазвучал в ее душе какой-то противный голос. – Никто не узнает, что она у тебя, ну пропала и пропала. Украли, выбросили по ошибке. Шефу она не нужна, а нужна зачем-то Юлии, точнее, этому ее отвратительному хахалю. Ну, тот обойдется!»

Внезапно Вероника осознала, что свернула с привычной дороги, забрела в незнакомый переулок. Прямо перед ней оказалась железная дверь в грязно-розовой стене, на этой двери висела табличка: «Ремонт часов и ювелирных изделий».

Вот это удачно! В антикварном магазине ей не удалось узнать, как почистить табакерку, а тут ей наверняка помогут.