Чтение онлайн

— И ты позволила ему убить Адама? Как ты могла?

— Он не убивал его. Адам сам упал. Шойер пошел на него, а Адам попятился и свалился с обрыва.

— Что бы ни произошло, — холодно отчеканила Мириам, — в ответе ты и Шойер. Вы не просто воры, вы — убийцы.

Пете невесело хмыкнул.

— Меня никаким прозвищем не проймешь. Мы поселимся в отеле «Палас» во Фриско и будем там снимать пенки, а ты называй нас, как заблагорассудится.

— Адам был добр к тебе, Конни. Он никогда никого не обижал, если тот сам не напрашивался. Как твой дружок Том Санифер.

Консуэло вздернула голову.

— Что ты мелешь? Адам испугался Тома Санифера.

— Вовсе нет, и пора тебе все узнать. Адам не любил, когда мужчины бахвалятся перед женщинами или ссорятся у них на глазах. Он пошел в салун и вызвал Тома Санифера, а тот поджал хвост. Не стал драться.

— Это ложь! — уставилась на нее Консуэло. — Неправда!

— Вот и нет! А потом Том залез в кусты и попытался исподтишка убить Адама. Только он промазал, а твой муж — нет. Том Санифер не пришел за тобой потому, что не мог. Он был уже мертв.

— Не верю!

— Таггарт все рассказал мне.

— Все равно это ложь, — тупо настаивала Консуэло.

Мириам повернулась к Шойеру.

— Скажи ей, — потребовала она. — Ты же слышал о той схватке.

— Санифер крикун и трус, — согласился Шойер. — От него только шум — и больше ничего… Его мог убить кто угодно.

Консуэло была потрясена, но все еще не хотела смириться.

— Не верю, — упрямо твердила она.

Мириам лихорадочно пыталась придумать, как задержать Шойера на вершине месы.

— Таггарт вернется, — выпалила она. — И куда бы вы ни пошли, он последует за вами.

— А мы никуда пока и не идем, — ответил Шойер. — Есть у меня мыслишка, что твой Таггарт очень даже рад очутиться на свободе. Он поспешит убраться из этих краев, покуда у него есть такая возможность. Я и он, уж мы-то понимаем, что почем.

Мириам резко отвернулась. Ни на минуту она не поверила в это пресловутое взаимопонимание. Но все же, если Пете решил остаться, ей надо попытаться предупредить Сванти прежде, чем он вернется.

Давно ли он ушел? Только теперь, осознав, который уже час, Мириам по-настоящему встревожилась. Сванти уехал задолго до рассвета. А сейчас — за полдень. Где же он?

Внезапное появление Шойера и Консуэло начисто выбили из головы Мириам что-то важное — ах да, туча пыли над тропой. Вспомнив теперь о ней, девушка поглядела в ту сторону, но пыль давно улеглась.

— А как насчет апачей? — спросила она Шойера.

Поразмыслив над вопросом, он сказал:

— Таггарт подыскал хорошее место. Не думаю, что нас найдут. Мы проведем здесь весь день, а как только стемнеет, двинемся дальше. К рассвету будем в Глоубе.

Значит, подумала Мириам, еще есть время… время, чтобы Сванти успел вернуться. Может, он все-таки нашел Адама? Девушка не могла поверить, что брат мертв, она не поверила бы в это, пока сама не увидела бы его тело.

Пете забрал у нее винтовку. Ей ничего не оставалось делать, как сидеть и ждать возвращения Сванти. Надо как-то перехитрить Пете и предупредить Сванти. Но как?

Мириам спокойно села, понимая, что пока главная задача — не выдать своих намерений. К счастью, Шойер ее совсем не знал, и она сомневалась, чтобы он говорил о ней с Конни, — у них и так, должно быть, хватало тем для бесед. Так что, скорее всего, он не ждет от нее особых хлопот. Мириам изо всех сил старалась придумать, что бы предпринять. Но ни одна из идей, приходивших на ум, не казалась ей дельной или реально осуществимой.

Но одно она точно может и должна сделать — перетянуть Конни на свою сторону, убедить ее порвать с Шойером.

Мексиканка обладала незаурядным мужеством… Мириам своими глазами видела, как та без тени страха встречает лицом к лицу многие опасности и тревоги. Но с детских лет Конни испытывала дикий, безрассудный ужас перед апачами. Мириам считала, что именно эта причина побудила ее бросить Адама и бежать. Сам факт, что сейчас она находилась здесь, на вершине, доказывал, как мало она преуспела в своей попытке.

Что же до Пете Шойера, то Мириам подозревала — для него законопослушание все же образ жизни, несмотря на то, что в своих усилиях выполнить постановления суда сам он зачастую творил настоящие беззакония. Профессия всегда накладывает отпечаток на поступки людей. И Шойер вопреки всему привык поступать по закону. Уважение к нему в нынешних обстоятельствах оборачивалось его слабостью, ибо в глубине души его наверняка точит червяк сомнения.

Девушка надеялась, что уже успела заронить в его душу первые ростки страха, высказав предположение, что вскоре за его голову будет объявлена награда и безжалостные полицейские ищейки ринутся по его следу. Охотник на людей, как никто другой, мог представить себе грядущую погоню. Такая перспектива должна была волновать его несравненно больше, нежели любого обычного преступника.

Взгляд ее уловил внезапное резкое движение Шойера. Затем тот замер, прислушиваясь. Мириам привстала, но он жестом остановил ее. Она тоже навострила уши.

Консуэло застыла, словно пораженная молнией. Она лучше чем кто-либо из них понимала, что за звуки доносятся снизу. По камням стучали копыта неподкованных лошадей, затем стали слышны характерные гортанные голоса — голоса апачей. Похоже было, что индейцы о чем-то спорят. Но они прошли мимо, и все стихло.

Пете посмотрел на Консуэло.

— Ты что-нибудь разобрала? — спросил он.

— Я все разобрала, — с горечью ответила Консуэло. — Часть из них считает, что мы где-то рядом. Они собираются разбить лагерь и начать поиски.

Шойер задумался.

— Они нас найдут. Как пить дать, кто-нибудь из них непременно полезет сюда осмотреть окрестности сверху. А следовательно, придется сражаться.

— Ты забрал мою винтовку, — напомнила Мириам.

— Когда она тебе понадобится, ты получишь ее. Но не раньше.

Шойер выполз на край впадины и растянулся там. Мириам знала, что теперь она уже ничего не сможет сделать для Сванти. Сначала ей придется сражаться за свою жизнь. И лишь потом, когда они окажутся в безопасности, настанет время решать внутренние проблемы, разбираться между собой.