Чтение онлайн

– Я уложу его, а вы приберите тут все. И приберегите для меня парочку новостей!

Два друга принялись убирать со стола, упаковывая остатки еды в контейнеры и загружая посудомоечную машинку.

— И, все-таки, что еще произошло там, в ЛА, что ты решил не просто вернуться, а приехал оттуда с улыбкой во все тридцать два?

Фил вытер руки полотенцем и уставился на друга.

— Как тебе роль отца, Фил?

Марк уклонился от прямого ответа.

— Не знаю? — Морган пожал плечами. — Мет, пока еще, слишком маленький. И я могу только мечтать, как научу его всему: играть в бейсбол, ловить рыбу… Ну, чему там еще папаши учат сыновей? — он подался к Марку, толкнул его в плечо, и шутливо добавил. — Как думаешь, во сколько мне следует заказать ему элитную проститутку, ну, чтобы она…

— О, черт! — Марк не на шутку испугался. — А это надо? Обязательно? Я как-то… не думал. Мы-то с тобой…

— Да шучу я, приятель! — Фил беззаботно рассмеялся. Но потом внимательно посмотрел на друга. — Эй! Постой! А что такое?.. Выкладывай! Ну!

Марк усмехнулся, плеснул сам себе виски и, довольно улыбаясь, выдал:

— Кажется, я снова сделал тебя, старик. У тебя маленький сын, — он присел на край столешницы и скрестил ноги, — А у меня и сын, и дочь.

— Чего? — Фил расхохотался. — Папаша! Да ты лошара, каких свет не видывал!

— Фил, — Оливия присоединилась к ним. — В чем дело? И, потише!

— Лив! Да ты сама сейчас рухнешь! Наш чудила смотался в ЛА, навестить больного отца, а вернулся оттуда новоиспеченным папашей! Когда ты успел? И кого осчастливил? Мы уехали из этого дерьма в сентябре, почти шесть лет назад. И это значит, пока ты убивался по своей Джейс, успел обрюхатить кого-то? И как она нашла тебя? И ты уверен, что это твои дети?

— Можешь смеяться, сколько хочешь. — Марк приподнял уголки губ в ухмылке. — Но это мои дети. Я уверен на все сто. Какой бы сучкой она не была…

— Хочешь сказать, Эмили? — Марк покачал головой, делая очередной глоток. — Тогда кто? — догадка так внезапно пришла Филу, что он поперхнулся. — Джейс?!

— Да, — Марк отставил пустой бокал. — У меня сын и дочь, Николас и Габриэль Эриксон. И пока я здесь, я могу доверить только тебе, заняться процедурой установления отцовства. И надо постараться избежать шумихи.

— Старик, — Фил был потрясен. — Такие вещи решаются только в суде… И нам придется найти такого судью в Калифорнии. Но, как?

— Я все расскажу. — Марк оттолкнулся от столешницы.

— Вечер не обещает быть томным, — Оливия достала из верхнего шкафчика еще один бокал, и плеснула в него янтарной жидкости. Для себя.

Этот разговор занял не один час. Марк мог открыться перед Филом и Оливией, ничего не боясь и не опасаясь. Он знал, что дальше порога гостиной ни одно слово из этого монолога не просочится. Когда он закончил, в комнате несколько минут висела тишина. И первым её нарушил Фил:

— Ну и мудак твой отец! Поссорился с ним?

— Ему сделали экстренную операцию, — Марк тяжело вздохнул, — Как раз после моего «разговора».

— Эта твоя Джейс дурра! — Оливия недовольно фыркнула. — А её братья те еще козлы!

— Я это знаю, Лив. Но от этого мне не легче. Я упустил слишком много времени. Точнее, пропустил его.

— И что будешь делать?

— Для начала, установлю отцовство. Благо, в документах значится моя фамилия. Не думаю, что с этим возникнут сложности.

— Ну а потом?

— Потом? — Марк пожал плечами. — Я хочу забрать детей к себе. Я купил дом.

— А Джейс?

— Вот тут я в замешательстве. Я не знаю, честно. — Марк развел руками. — Мы с детьми провели чудесные выходные. Но они все время вспоминали о ней. Мама, мама, мама… Они еще слишком малы, чтобы обойтись без неё.

— Марк! — Оливия возмутилась. — Не будь таким жестоким! И потом, дети тебе этого никогда не простят!

— А я не смогу простить её…

— Сколько, говоришь, им? — Фил выпрямился на диване, убирая руку со спинки, чем вынудил Оливию отодвинуться от него.

— Меньше, чем через месяц будет пять.

— Знаешь, братан, не знаю, как насчет «простить», но «спасибо» ты своей Джейс сказать должен! Ты получил готовеньких взрослых детишек! Ни тебе дерьма и отрыжек, ни бессонных ночей! Мы с Лив иногда с ума сходим от одного! А она справилась сразу с двумя.

— Рядом с ней был Роб. И у неё была няня.

— Роб, наверняка работал, а не сидел с детьми. Няня? На несколько часов? И, говоришь, Джейс стала врачом? — в голосе его звучал сарказм. — И как все успевала? Накормить и выкупать сразу двоих? А еще никого не обделить своим вниманием. Уложить спать… Я вижу свою Оливию в конце дня. И, прости, но у нас на секс, иной раз не то, что сил, но желания не хватает. И это с одним…

— Что ты мне читаешь лекции! Я в этом не виноват! Один её звонок. И все могло быть по-другому!

— Ты в этом так уверен? — Лицо Фила исказила гримаса сомнения. — И уверен в том, что этот звонок миновал бы телефон твоего отца?

Марк подался вперед, ставя локти на широко разведенные колени и ероша волосы:

— Я не думал об этом…

— А ты подумай, мужик, подумай…

Фил, проходя мимо друга, похлопал его по плечу, и скрылся в ванной.

Джейсон запретила себе думать о последних словах, брошенных Марком ей в лицо перед отъездом. Он не доверяет ей и поэтому решил, что его дети будут жить с ним, и попросил собрать вещи. Ну, это мы еще посмотрим! Но, если думать об этом все время, то можно свихнуться.

Поэтому, она решила отвлечь себя от этих неприятных мыслей и уйти с головой в работу, в домашние хлопоты. Она, вот уже несколько дней, как только возвращалась вечером с детьми домой, посвящала все свободное время им. Но они не сидели дома: брали велосипед Ники и шли гулять на набережную. Ретондо Бич считался районом, в котором проживали семьи чуть выше среднего достатка. Тихие благоустроенные кварталы, почти на берегу Тихого океана. Вдали от городского шума и суеты. Вдали от любопытных глаз туристов. Да и движение транспорта здесь было не такое оживленное. Все в доме, где она снимала квартиру, знали друг друга и поддерживали приятельские отношения. В маленькой бакалейной лавке, что держала семья эмигрировавших итальянцев, сеньора Панчелли всегда приветливо улыбалась ей и непременно клала в пакет со свежей выпечкой, что она покупала к завтраку, пару лишних слоек, для её «голубоглазых воробышков».