Такой финал
Шрифт:
Вместо слов, Буран молча сделал два шага вперед и поднял кулак-печать.
— Мое слово — закон! — произнес здоровяк, но тут же получил сильнейший удар из сырой неоформленной силы.
— МОЕ СЛОВО — ТВОЯ СМЕРТЬ! — проревела в ответ нежить, после чего начала отправлять в противника одно атакующее заклинание за другим.
Буран, понимая, что силы нежити намного превышают его, встал боком и превратил щит из полусферы в узкий шип, разбивающий заклинание острой кромкой. Этот прием он так же почерпнул в свое время у Мака, но воплощал его в бою впервые.
Эффект был очень хорош. Бурану удавалось экономить силу настолько сильно, что он добился первых признаков того, что лич истощился. Его лезвия и сложные заклинания начали дрожать, а после и вовсе выходить не прямыми, как вначале, а с нарушенными гранями конструктов. Силы для удержания заклинаний осталось немного.
— Мое слово — закон! — повторил Буран еще громче, чтобы спровоцировать противника.
Обезумевшая от ненависти нежить резко перестала бить заклинаниями и, выпустив черные длинные когти, метнулась к северянину.
— МОЕ СЛОВО — ТВОЯ СМЕРТЬ!
Лич сначала бросился вперед, но в последний момент с безумной скоростью метнулся в сторону, после чего ударил когтями по защите Бурана. Северянин даже не подумал защищаться, поэтому, когда когти прошли сквозь защиту, словно ее и не было, он не смог убрать из-под удара ногу.
Когти прошли достаточно глубоко, и Буран заскрипел зубами от боли. Однако это не помешало опытному бойцу быстро скинуть щит и перехватить следующий удар противника за запястье, благо, когти были только на сохранившейся руке.
— Мое слово закон! — проревел Буран ключевую фразу и ударил кулаком в лоб лича.
Вспышка красного света залила все окрестности, а руна подчинения перекочевала с кулака здоровяка на лоб нежити.
— Твое слово… — изгибаясь от жуткой боли, прохрипела нежить. — Твое слово… закон…
— Кто, куда и зачем вас послал? — спросил Буран, прижав руку с когтями к земле коленом и перехватив мертвого мага за шею.
— Повелитель, нас послал повелитель…
— Зачем он вас послал и куда?
— Мы должны были… мы должны были убить… отряд «Туча»…
Буран резко обернулся к Плевку и, после того как тот кивнул, спросил:
— Для чего нас убивать?
— Повелитель знает… знает, что вы идете в храм…
— Какой храм? — уточнил Буран.
— Храм предвестника… Сердце предела… Последняя надежда Шимата, которую…
Тело еще сильнее забилось в судорогах, и спустя несколько секунд тело лича не выдержало и превратилось в вонючую лужу. От мертвого мага осталась одна одежда, не осталось даже костей.
— У нас большие проблемы, братец, — произнес Буран, как только ритуал закончился.
Плевок хмуро взглянул на старшего брата, и тот пояснил:
— Этих магов послали, чтобы уничтожить нас. Мы прославились.
— И это проблема?
— Нет. Проблема в том, что существует «Сердце Раккоташ», и это последняя надежда Шимата.
— Что это вообще такое «Сердце Раккоташ»? — хмуро поинтересовался предводитель паладинов.
— Мы знаем не больше вашего, — развел руками Плевок. — Раккоташ — дракон, который был превращен в предел. Ни больше ни меньше. Но то, что сказал лич под печатью подчинения, не подвергается сомнению. Это сердце существует, и они считают это своей надеждой.
— Где находится этот храм? — задумчиво поинтересовался предводитель клириков.
— Мы понятия не имеем, и, более того, сам факт о нашей известности… он настораживает.
— Неизбежно. О вас много болтают среди простого народа. Кто-то осуждает, кто-то восхищается, — пожал плечами паладин. — Давайте лучше думать, что нам делать.
— А разве мы можем с этим что-то сделать? — взял слово Буран. — Единственный вариант, чтобы выяснить, что происходит, — это отправиться в глубь территорий Шимата и найти этот храм.
— Предлагаете глубокую разведку? — поинтересовался клирик.
— Это больше похоже на полноценную операцию в тылу, — покачал головой паладин. — Вот только в отличие от шпионов Шимата вы пойдете вслепую.
— Вы имеете в виду, что отправите их одних? — удивленно вылупился клирик на предводителя армии «Белоснежной розы».
— А ты предлагаешь привести в этот храм всю нашу армию? Уж если кто и пройдет, то небольшая слаженная группа. В конце концов им не надо никого штурмовать, не надо никого похищать. Только выяснить, что такое «Сердце Раккоташ» и чем оно нам угрожает!
Паладин взглянул на Плевка, и тот кивнул.
— В связи с новой угрозой — вперед не рвемся, — выдал новый приказ Паладин. — Пока мы не выясним, что это за сердце, — никаких полномасштабных сражений!
— А как же… — открыл было рот клирик.
— Отступать. Поступить на подготовленные позиции и ждать!
Синдзи уже давно перестал упиваться победой и топить сознание в бокалах с вином. Не радовали женщины и не манили золотые безделушки. За долгое служение сначала Кобаду, а затем Амору парень многое повидал, и только свобода в последнее время манила все больше и больше.
Да, кое-что все еще заставляло душу трепетать, но это были лишь ночные кошмары, в которых он раз за разом раскидывал доски в завалах своего родного дома, под которыми была погребена его мать.
— А городишко-то торговый, — проскрипела за плечом старуха. — Может, оно и не надо его в разнос?
— Когда мне твое мнение понадобится — я у тебя обязательно спрошу, — фыркнул Синдзи, наблюдая, как трое северян вытаскивают тюки со склада.
Чуть в стороне за ними парочка баритонских солдат вытащила за волосы визжащую женщину в порванной одежде. За ними выскочил мужчина с сединой в волосах, но не успел он выкрикнуть и слова, как клинок одного из солдат перерубил ему горло.