Чтение онлайн

Было слышно, как Лариков хлопнул по столу кулаком.

— Ладно. Приходи завтра в одиннадцать, потолкуем отдельно.

— В одиннадцать, извините, не могу.

— Производственная гимнастика? — Голос Ларикова густел, в нем появились хрипы, ничего хорошего не сулящие.

— Нет. В одиннадцать административная комиссия.

— Хорошо. В час. Все!

Бледно-розовая подсветка клавиши погасла.

Тарутин развел руками, мол, ничего не поделать.

— Кстати, и вас Лариков вызвал к себе на совещание, — кивнул он Мусатову.

— Ну, завтра он покажет нам. — Мусатову не хотелось возвращаться к прерванному Лариковым разговору. И Тарутин был ему за это благодарен…

— Покажет? Не думаю. Лариков умница… Впрочем, кто знает?

В телефонной будке Тарутин ощущал свой рост. Поэтому он никогда полностью не забирался в будку.

Придерживая коленом тяжелую сейфовскую дверь, он медленно вычерчивал пальцем дугу. Выждал, когда диск займет начальное положение. И вновь осторожно рисовал дугу…

Номер телефона он нашел в журнале регистрации заявок о пропаже вещей на линии.

Не окажись ее сейчас дома, у Тарутина появится возможность позвонить еще раз и тем самым продлить приятное томление ожидания и неопределенности. Он мог позвонить и из дому. Но это было бы через час… «Слабовольный человек! Дамский угодник», — корил себя Тарутин, замирая в ожидании, вслушиваясь в далекие гудки вызова… Что он ей скажет, чем объяснит свой звонок, об этом Тарутин не думал. Вернее, думал, но каждый раз по-новому и в итоге так ничего и не решил…

Когда в аппарате с грохотом сработало соединение, он даже удивился, точно это не предусматривалось игрой…

— Алло! Я слушаю…

Голос ее звучал без всякого искажения, живой и выразительный.

— Э… Здравствуйте, Виктория Павловна.

— Добрый вечер. Кто это? Минуточку… Это начальник всех таксистов?

Напряжение спало. Тарутин удивился ее проницательности и засмеялся.

— Положим, не всех, а только части.

— Не имеет значения. Почему вы не позвонили мне в тот же день? Я ждала.

— Честно говоря… — растерялся Тарутин.

— Итак, вы звоните, чтобы сообщить о том, что нашлась моя сумка? Или хотите со мной повидаться?.. Не слышу…

— Видите ли…

— Просто Вика, — подсказала она.

— Да. Видите ли, Вика… я действительно рад был бы вас повидать.

Через полчаса Тарутин с букетиком астр поднимался в лифте. У каждой площадки кабина за что-то цеплялась, скрипела всеми частями и, казалось, готова была развалиться.

Вот и шестой этаж. И дверь с белым ромбиком «35».

Тарутин коротко позвонил. Тотчас за дверью залился пес, словно перехватил у звонка эстафету.

— Пафик! Несчастье семьи! На место!

Дверь отворилась, и Тарутин увидел Вику.

Она улыбалась. Глухое синее платье особенно рельефно подчеркивало ее тонкую белую шею. Ногой она прижимала к стене лохматого песика, заросшего, как волосатый человек Андриан Евстифьев из старого учебника биологии..

В коридор выглянула женщина, чем-то похожая на Вику. Тарутин не успел и поздороваться, как женщина стремительно исчезла, словно ее силой втянули внутрь. Дверь комнаты захлопнулась.

Вика протянула маленькую ладонь.

— По-моему, вы еще больше выросли с тех пор, как я вас видела… Господи, какие астры! Спасибо!

Они прошли в просторную комнату с большим старинным окном, смещенным к правой стене. Стрельчатый свод окна венчал ангелочек с лирой. Лепные украшения потолка были несимметричными — видно, комнату перегородили. В углу, под окном, расположился письменный стол, заваленный книгами и перфолентами. Широкая тахта. Два кресла, современные, тонкие, ненадежные с виду…

Тарутин опустился в одно из них.

Вика села во второе, напротив.

— Можете курить, — она придвинула бронзовую пепельницу.

— Спасибо. Не хочется.

— Что нового у вас в парке?

Она с любопытством смотрела на Тарутина: темно-каштановые волосы без признаков седины, невысокий лоб, широко расставленные темные глаза. Резкий, коротко срезанный нос. Губы жесткие, сильные, чисто мужские. Подбородок с едва намеченной ямочкой придавал лицу особое обаяние.

— В парке все по-старому. К сожалению, — улыбнулся Тарутин.

— У вас, Андрей Александрович, внешность викинга.

— Есть маленько, — иронически улыбнулся Тарутин. — В анкете прямо так и пишу: викинг.

— А что еще пишете в анкете? Вдовец. Двухкомнатная квартира на Первомайской улице. Жил в Ленинграде. Переехал в наш юрод после окончания института…

Тарутин удивленно оглядел Вику.

— Сами гадаете? Или знакомая гадалка?

Вика рассмеялась.

— Хотите есть?

Не дожидаясь согласия, она вышла из комнаты.

В приоткрытую дверь ошалело ворвался песик. Подбежав к Тарутину, он коротко тявкнул, потом как подкошенный повалился на спину, обнажая розовое брюшко. Тарутин опустил руку и принялся почесывать его нежный младенческий живот. Песик поскуливал, следя за Тарутиным карими круглыми глазами.

Из коридора слышались приглушенные голоса, стук тарелок, звон ножей и вилок. Что-то упало и покатилось.

Песик замер, прислушиваясь к этому непорядку, затем вновь блаженно заскулил.