Чтение онлайн

Магия Фомира прочистила мне мозги, хотя теперь они почему-то побаливали как с похмелья.

В общем, в мире, где нет антибиотиков, жилось довольно тяжко.

Однако помереть они мне не дали, всё же целых два колдунатора со своими путями. Пусть у Бреггониды и не было статуса офицера, а большую часть своей непростой жизни она занималась скорее вредительством, чем лечением, это она тоже умела.

Судя по обрывкам фраз, а Фомир и Бреггонида в традициях советской медицины не объясняли примерно ничего по поводу моего состояния, ситуация была серьёзной. Подхватил я какую-то там гоблинскую бледную лихорадку и до лечения имел довольно приличный шанс умереть.

Однако болезнь не успела во мне глубоко прорасти.

Из хороших новостей — у меня теперь будет на эту хрень иммунитет.

Потом меня переместили с Дом Бургомистра и напоили какой-то сладковатой дрянью.

Теперь я был в кабинете губернатора, притихший и полностью переодетый заботливыми руками собственной охраны. Конкретнее, орком Иртыком, который заботился обо мне с трепетом бабули, хотя и до попадания в Штатгаль был налётчиком-разбойником.

Я сидел в глубоком кресле, обитом бархатом, и чувствовал себя пришибленным и чужеродным элементом в этой пышущей здоровьем и лоском роскоши.

Я всех выгнал, хотя Иртык и занял привычное место в кресле за дверью кабинета, на короткое время осталвшись один.

Пока меня сюда перевели сюда, натоптали. Сапоги оставили грязные следы на дорогом ковре, а на полированном столе красного дерева лежала карта, прижатая кинжалом и куском чёрствого хлеба, забытого моим телохранителем.

Тело всё ещё сотрясала остаточная мелкая дрожь, но тело медленно и мучительно исцелялось.

Я было потянулся к кувшину с водой, чтобы смочить пересохшее горло, но рука замерла на полпути.

В моём сознании, в той его части, где жил Рой, вспыхнул сигнал. Это не было похоже на тревогу при атаке. Это был зелёный спокойный сигнал, всегда означающий, что прибывают «свои».

Кто там нахрен прибывает?

Я нахмурился. Мои расчёты говорили, что основная часть Штатгаля под командованием Мурранга зашла в город полностью, остался только Новак. Но ему топать даже форсированным маршем дня четыре. Даже с учётом что того, что он пару дней как извещён о том, что Эклатий под нашим флагом, ему всё равно оставалось пара дней.

Пехота не ходит так быстро. Как бы не вульгарно это ни звучало, но у прямоходящих двуногих юнитов есть предел скорости передвижения по пересечённой местности. По моему разумению этот предел нельзя взломать без магии или конницы. И даже если Новак где-до добудет коней, не всё так просто. Нельзя просто посадить бойцов верхом и крикнуть: «Скачите, мои кони!».

Это так не работает. Пехота бродит пешком в том числе потому, что там у большей части нет хороших (а чаще и вовсе никаких) навыков верховой езды. И это, не говоря уже о том, что не всякий конь предназначен для того, чтобы таскать седока, многие были тягловыми. Кроме того, для того, чтобы посадить батальон на коней, нужны не только кони, но и сёдла со снарягой для них.

Однако и сигнал о приближении своих был чётким. Крупное скопление. Батальон, не меньше. И он был на подходе к городу, несмотря ни на что. Передовые бойцы уже входили в зону прямого визуального контакта с Центральными воротами.

Рой меня не слушался, никак не получалось просто связаться с показавшимися в пределах его доступа «новичками».

Бляха!

Я упрямо поднялся, игнорируя тошноту, ломоту и головокружение, и вышел на губернаторский балкон.

Мозг лихорадочно перебирал варианты. Ошибка Роя? Сроду он не ошибался. Может, у меня есть подразделение, о котором я не знаю? Сводная рота на месте? На месте. Сапёры в лагере, разведка Орофина вернулась. Или это Новак стырил телепорт, пока я тут умираю от «чахотки»?

Я вышел из кабинета, увлекая за собой Иртыка и поплёлся на улицу.

Никому ничего не объясняя, обессиленный я, чуть пошатываясь от усталости, дошёл по улице до Центральных ворот и даже поднялся на стену.

Поскольку я часто проверял часовых и ходил по позициям, а про мою болезнь в войсках не знали, это никому не показалось подозрительным.

Это были не призраки и не враги.

Солнце село, стемнело, но луна светила ярко, так что всё было видно, хотя и в серых цветах.

По дороге, не в ногу, но довольно бодро, топала армейская пехотная колонна. И они, чёрт возьми, не выглядели как бойцы, прошедшие двести миль марша. Их доспехи не были покрыты толстым слоем дорожной грязи, а капралы не шатались от усталости.

Впереди, верхом на невесть откуда взятом гнедом жеребце, ехал человек, чью ауру Рой подсвечивал ярким золотистым контуром.

Это был майор Новак.

Я напрягся и смог-таки активировать Рой в режиме связи.

«Майор, ты?».

«Да, командор. Ты же сам написал, чтобы подгребали к Эклатию, мол, столы накрыты, пиво греется, мясо стынет?».

Новак пребывал в отличном настроении.

Я прямо такими формулировками не писал, но смысл Новак передал точно.

Его батальон, который до этого практически без боя захватил Тройхат, теперь подбирался к воротам города.

«Фомир».

«Да, командор. Ты где? Ты что, ты из Дома Бургомистра сбежал?! Тебе показан постельный режим».

«Не паникуй, Фомир. Можешь по магии кое-что для меня сделать?».

«Что?».

«Проверь за пределами стены, нет ли там масштабной иллюзии. Я вижу батальон Новака, но это подозрительно рано. Вот переживаю, не стал ли я жертвой обмана».

«Подожди».

Я не спешил. Батальон всё ещё был на подходе, но пока в ворота не ломился. Фомир прибежал очень быстро, загадочно помахал руками в магических пассах. А потом уже сдержанно помахал просто рукой в приветствии.

Новак помахал ему в ответ.

— Это он, то есть, они. Никакой иллюзии. Ты вообще, как себя чувствуешь? — беспокойно спросил маг.

— Уже получше. Прости, что дёрнул, что-то паранойя разыгралась, думаю, мало ли, а может бруосакские маги переиграли мои навыки? Не говори Новаку, ладно?