Чтение онлайн

– Ты веришь в злых духов и добрых ангелов? – спросила она, проверяя его.

– Ну, я не уверен… – ответил мужчина.

– Они – всюду.

– В сказках, ты имеешь в виду?

– Нет, – сказала Кайли. – В реальной жизни.

– Возможно, я верю. Я встречаю злых духов. – Он засмеялся, как будто понял. – Мои противники из другой команды.

Девочка кивнула. Хотя она не знала, кто такие эти «противники», но почувствовала себя удовлетворенной его ответом. В мире все делилось на плохое и хорошее, и для той цели, которую Кайли предопределяла для Марти на, малышка искала кого-то, кто мог бы отличить зло и добро, столкнувшись с ними.

– Мне нравится твоя машина. Она похожа на спаймобиль из кино, – сказала девочка.

– Это «порше», – объяснил ей Мартин.

– Да, – произнесла Кайли, чувствуя, как ветер вздымает ее волосы.

Она никогда не ездила на машине с откинутым верхом прежде и была вынуждена согласиться: это напоминало сидение на веранде. Совсем как когда они с мамой и тетушкой Энид сидят под звездами, сверчки поют в высокой траве, звезды падают откуда-то сверху.

– Мне нравится твоя веранда, – повторила она.

– Я рад, – сказал мужчина и широко улыбнулся.

– Моя мама симпатичнее любой невесты, – выпалила девочка.

Мартин взглянул на нее, но промолчал в ответ.

– Любой, я ведь их столько видела, – добавила Кайли.

При тусклом свете ресторан, расположенный на пол пути по проселочной дороге позади старого каменного аббатства, казался романтичным. Соленый ветер задувал из открытых окон, теплый ночной воздух окутывал их, подобно шелковистому платку. Никто здесь, похоже, не узнавал Мартина. Возможно, потому, что они были далеко от Бостона, а возможно, в том месте, которое он выбрал, слишком странном и старомодном, нечасто появлялись серьезные хоккейные болельщики. Он отыскал этот ресторан в путеводителе по приморским прибрежным ресторанам.

Они ели морской язык с крошечным весенним горошком и белой пастой из трюфелей, пили воду вместо вина, потому что Мартин был в процессе тренировок. Оба казались возбужденными, но ни один все же не коснулся темы, затронутой в телефонном разговоре прошлой ночью. Мэй сказала себе, что он просто по-мальчишески дурачился, что под его словами ничего не подразумевалось. Это было только первое или, возможно, единственное свидание, вообще ничего из ряда вон выходящего.

Но ее тело говорило иначе: сердце бешено стучало, а ее щеки ощутимо горели. Руки не оставались в покое, и каждый раз, когда она смотрела в глаза Мартина, чувствовалось, как внутри нее словно трепещут бабочки.

– Я рад, что вы оказались свободны сегодня вечером, – сказал Мартин.

– Я тоже, – произнесла Мэй. – Вы хорошо провели время вчера вечером?

– Возможно, немного слишком хорошо. – Он смутился. – Команда отправилась праздновать.

– Звучит забавно, – заметила женщина.

Они поведали друг другу основное в их жизни: Мэй была единственной дочерью, а Мартин давно развелся, она жила в Блэк-Холле, а он имел городской дом в Бостоне, она владела «Брайдалбарн», а он играл в хоккей с самого детства.

– Вы выросли на той ферме? – спросил Мартин.

– И да и нет, – ответила Мэй. – Да, я выросла там, но это место никогда не было фермой. Моя бабушка построила сарай, создала здесь все, чтобы организовать свое дело – она занялась организацией свадебных церемоний. Одной из первых, как она любила повторять. Она считала себя художником своего рода, и я предполагаю, что я делаю так же. Она всегда говорила, что требуется творческий потенциал, чтобы организовать идеальную свадьбу, и даже больше – закрепить брак на долгие годы.

– Итак, вы – художники, создающие такие шедевры, как совершенный обряд бракосочетания?

– Она так говорила. И в Блэк-Холле живет очень много художников.

– А зачем вам понадобился сарай для этой профессии? – спросил он. – Ну магазин я еще мог бы себе представить. Или офис.

Мэй улыбнулась, потягивая ледяную воду:

– Вы думаете, что мы только помогаем людям выбрать платья?

– Нет, я просто не знаю, – сказал Мартин. Тут он улыбнулся, она явно поймала его. – Да, думаю, именно так и посчитал. Выбираете платья, свадебный торт, ну и нечто подобное этому. Но я могу предположить, что думать так – все равно, что считать хоккей только игрой.

– А это не просто игра? – невинно поинтересовалась женщина.

Мартин покачал головой и приготовился уже начать объяснение, затем увидел, что она разыгрывает его. Ей нравилось, как они поддразнивают друг друга, будто ходят вокруг да около реальной причины, побудившей их поужинать вместе. Это наполовину напоминало игру, наполовину тайну, которую они еще не были готовы разгадать.

– Расскажите мне о вашем деле, – попросил он.

– Мы выращиваем наши собственные травы, – пояснила Мэй. – Наши собственные розы.

– Я знаю.

– Именно поэтому мы ужинаем сегодня вечером, не так ли? – спросила женщина, смеясь. – Потому что мои розы принесли вам удачу и вы хотите, чтобы я дала вам еще.

– Возможно, – задумался Мартин. – Возможно, именно поэтому. Но продолжайте говорить. Расскажите мне еще.

Мэй рассказала ему об изготовлении свечей из пчелиного воска (пчел они тоже разводили своих), о заготовке сушеных трав, которые используются для создания саше, о том, как делаются благоухающие цветочные масла, о том, как они дают невестам изделия собственного изготовления для любви и удачи, как она все еще пользуется потрепанной книгой бабушки, в которую продолжает за писывать рецепты снадобий и средств.

– Нам надо много места для проектирования церемоний, репетиций процессий, примерки платья. Моя мама собирала старые платья, и один раз в год мы вывешиваем их на стропилах, все-все…

Мэй нравилась эта традиция, она была для нее самой любимой. Ей показалось, что Мартин действительно ее слушает, вникая в каждое слово, и она внезапно почувствовала смущение.

– А вам понравился наш сарай? – спросила она.

– Да. Я вырос на ферме в Канаде, и у нас было много сараев. Мой дедушка залил пол в одном из них, и у нас получился первый крытый каток в нашей провинции. Итак, ваша бабушка и мой дедушка отличались неуемной фантазией…