Чтение онлайн

— Мама, я не хочу, чтобы ты тревожилась. Я уверен, мы справимся.

— Ты знаешь, что мы любим Кети. Она нам все равно что родная. Но я не хочу, чтобы женщина сделала тебя несчастным. Я не допущу этого, сын.

— Мама, звучит угрожающе, — рассмеялся Джаред. — Прости, мне нужно спешить. Я позвоню тебе позже.

— Держись, сын. Ты у меня молодец. Я горжусь тобой. Мы все тебя любим.

Джаред закончил разговор. Он отклонил предложение помощи, хотя необходимость в ней была очевидна. При всей своей внешней уверенности Джаред чувствовал невероятную растерянность. Он не сомневался в правильности своего решения, но…

Джаред почти не сомневался и в согласии Кети, а все же…

Как правильно сказала мама, вполне возможно, что Кети согласится на совместную опеку только ради Кэссиди, а не ради общего с Джаредом будущего, общих детей, единой семьи.

Но Джаред хотел любой ценой заполучить свою жену обратно, свою любимую, гордую, независимую Кети. А Кэссиди дарила ему такой шанс.

Вдыхая стерильный воздух больничной палаты, Кейт страдала от подступившего чувства голода. Она не покинула малышку за эти часы ни на минуту и была бы рада сейчас даже сухой корочке.

— Как Кэссиди? — услышала она за спиной тихий голос Джареда.

Лицо Кети просветлело, когда она увидела мужа. В его руках был бумажный пакет с провизией и две картонные чашки горячего кофе. Джаред всегда был очень заботливым супругом.

— Спит спокойно. Некоторое время назад ненадолго просыпалась, ее покормили, и она тут же заснула вновь.

— А мы ее не разбудим нашими разговорами, как ты думаешь?

— Медсестра сказала, что детей ее возраста шум не тревожит, тем более шепот. Еще она сказала, что следует включать умиротворяющую музыку, когда младенец спит.

— Учту это, — кивнул Джаред. — Я купил тебе двойной чизбургер с горчицей, огурчиками и луком.

— Ты помнишь, что я люблю? — растроганно произнесла Кейт.

— А как же?

— Спасибо тебе, Джаред. Ты даже не представляешь, как я изголодалась, — Кейт с благодарностью приняла его угощение.

— Я признателен тебе, что ты согласилась побыть с Кэссиди. Я посижу с ней, а ты иди, поешь спокойно.

— Я бы хотела остаться здесь, — произнесла Кейт.

Просидев несколько часов в одиноких раздумьях, теперь она нуждалась в обществе.

Джаред теплым взглядом посмотрел на Кети.

— Что? — смутилась она под его взглядом.

— Садись, поешь. Кэссиди скоро проснется? Как ты думаешь?

— Возможно. Она уже долго спит.

— Что сказала тебе медсестра, пока меня не было?

— Она сказала, что, если состояние Кэссиди не ухудшится, доктор сможет выписать ее дня через два-три… Ты долго отсутствовал, Джаред. Вы с Доном Филипсом уже подготовили все необходимые документы?

— Да. Дон заверил, что к завтрашнему дню будет известен предварительный вердикт судьи и начнется оформление опекунства.

— Значит, главное еще предстоит…

— Но ничего непредвиденного не должно произойти. Это обычная процедура, которую придется пережить. Почему тебя это беспокоит, Кети?

— Да, беспокоит. Я ничего не знаю о детях. Просто не будет, Джаред, не надейся, — хмыкнула Кейт.

— Я знаю, Кети. Но какой у нас выбор? Ты еще можешь отказаться, но не я. Теперь Кэссиди — моя судьба. Мой ребенок. Отныне она важна для меня не меньше, чем была важна для своих родителей. Они поручили дочь моим заботам, и это значит для меня больше, чем все мои желания, вместе взятые. Я горжусь их доверием, Кейт.

— Я понимаю тебя, Джаред. Но нам следует все обдумать. Теперь каждое наше решение будет отражаться на судьбе Кэссиди. Это огромная ответственность, которая меня, признаться, пугает.

— Спасибо за честность, Кети.

Джаред хорошо знал слабые и сильные стороны своей жены. Она никогда не была сентиментальной вопреки здравому смыслу. Она не тратила сил на эмоции, предпочитая действовать. Он знал, что Кейт не сделает ничего, не проанализировав все «за» и «против». Такая тактика редко ее подводила в профессиональной и в личной жизни. Джаред догадывался, что в ней говорят не трусость и равнодушие к судьбе малышки Кэссиди, а хорошее знание жизни, которое выверяет все идеалистические порывы. Будучи сиротой, Кети рано научилась ответственности за собственные решения. Джаред уважал ее принципы и не хотел давить на нее.

— У тебя было время обо всем подумать. Ты что-то решила?

— Когда Кэссиди выпишут из больницы, ты позволишь мне взять ее в Портленд на то время, пока будет длиться бракоразводный процесс?

— Хорошо, — согласился Джаред, но голос его дрогнул. — Моя мама могла бы присматривать за девочкой, пока ты будешь на работе. Не отказывайся от ее помощи, если у тебя нет на это серьезных оснований, Кети.

— Ты полагаешь, стоит нагружать Марджери подобными заботами?

— Она сама выразила такое желание, — заверил ее Джаред.

— Тогда у Кэссиди появится еще одна бабушка. Сьюзен была бы этому только рада. Ты прав, Джаред, желая привлечь Марджери к воспитанию девочки.

— Вот и решено. Бери ее с собой в Портленд, а я буду приезжать на выходные и помогать тебе, — предложил Джаред, но оговорился: — Если ты не возражаешь, конечно…

— Нет, нисколько! — поспешила заверить его Кейт. — Я буду только рада.

— Договорились, — подытожил Джаред.

Кейт в тишине доела свой двойной чизбургер и выпила кофе. Кэссиди все еще сладко спала. Тишина становилась невыносимой, и Джаред прямо спросил жену:

— А как мы поступим, когда бракоразводный процесс подойдет к концу? Я постоянно думаю об этом. О том, что будет лучше для Кэссиди. Любой ребенок нуждается в маме и папе, которые живут в любви под одной крышей.

— Сьюзен и Брейди все продумали за нас, Джаред. При любом исходе они предпочитают видеть тебя ее отцом. Теперь я поняла, что их решение совершенно справедливо, хотя поначалу оно меня несколько задело. Мы расстались задолго до того, как Кэссиди осиротела. Наше решение жить врозь не должно зависеть от этого факта, — категорически сказала Кейт.