Чтение онлайн

— Что тебе надо? — крикнул Генри. — Корова дает много молока. Позади дома два мула и лошадь.

Запахом страха веяло от потной рубашки дяди Генри, запахом острым и стойким. Ухватившись за пояс, индеец вытащил чтогто оттуда. Подняв высоко то, что вытащил, он устремил взор прямо на окно, у которого стояла Лоретта. Ею овладело странное ощущение, что он видит ее. Что-то золотистое струилось у него между пальцами, мерцая в косых лучах солнца.

— Пена, — закричал он. — Вы называете это медом. Пошлите ко мне женщину, чьи волосы я держу.

— О Боже милостивый, — прошептал Том.

Не в силах отвести глаз от золотых прядей, струившихся между коричневыми пальцами метиса, Лоретта сжала дрожащей рукой горло. Это не может происходить на самом деле, подумала она. Через минуту я проснусь. Это просто дурной сон.

— Их больше пятидесяти на одного, — сказал Генри. — Что мы станем делать, черт возьми?

Том заерзал у окна.

— Даже если бы их было сто на одного, ты не можешь послать к нему девушку.

— Лучше одна она, чем все мы. — Струйка влаги стекла с носа Генри, и он быстро вытер нос своим белым рукавом. — Я должен думать об Эми и Рейчел. Ты знаешь, что эти дикари могут сделать с Эми, Том.

— А как насчет Лоретты?

Лоретта оперлась рукой о стену. Он хотел ее? От страха ноги у нее стали, как ватные. Нет, я не пойду, подумала она. Затем она вспомнила, какое белое лицо было у Эми, когда она закрывала люк. Сто команчей против трех винтовок? Все в доме погибнут, включая Эми. И она была уверена в том, что смерть девочки не будет быстрой. Дядя Генри прав: лучше одна жизнь, чем пять.

Лоретта повернулась к своей тете. Кожа Рейчел стала белой, как алебастр. Взоры их голубых глаз встретились. Затем Рейчел отвела взгляд к кровати. Этот взгляд оказался для Лоретты тем самым толчком, в котором она нуждалась. Она сделала шаг в направлении к двери, окутанная туманом нереальности. Последние семь лет пришли к своему трагическому завершению.

На этот раз она не собиралась праздновать труса. Надо сделать для Эми то, что для нее сделали родители. Второй шанс. Сколько раз в ночных кошмарах она находила в себе силы и мужество открыть цистерну, выйти и помочь матери? Сколько раз, очнувшись от этих кошмаров, просила Господа простить ее за то, что была смелой только в своих снах? Теперь у нее появилась возможность заслужить это прощение.

Когда Лоретта приблизилась к двери, Том закричал:

— Нет! Ты жалкий трус, Генри. Ты посылаешь туда эту девочку, но ты не проспишь спокойно ни одной ночи всю оставшуюся жизнь.

Лоретта коснулась двери и застыла. Через щели до нее доносился звон колокольчиков, веселый звук, такой же неуместный, как веселая музыка на похоронах. Она осенила себя крестом и, зажмурив глаза, попыталась вспомнить слова покаянной молитвы, но все слова перемешались у нее в голове.

— Генри, не надо, — умоляла Рейчел. — Лоретта, не открывай дверь. Если им нужна женщина, пойду я.

— Ты им не нужна, — резко ответил Генри. — Кто-то из них на днях высмотрел Лоретту у реки и пришел за ней. Они пристрелят тебя сразу.

Рейчел резко повернулась к мужу.

— Эта девушка дочь моей сестры. Я никогда не прощу тебя, если ты пустишь ее туда.

— Тебе не надо этого делать, Лоретта, — уговаривал Том. — Есть кое-что похуже смерти, и это как раз такой случай.

Лоретта замерла в нерешительности. Затем дверь заскрипела на кожаных петлях и чуть приоткрылась. Луч солнца осветил ее лицо. Она шагнула за порог. Пусть лучше я, чем кто-нибудь другой. Еще один шаг. Пусть лучше команчи возьмут меня, чем Эми. Теперь, после первых нескольких шагов, это уже не казалось таким трудным. Она сделала глубокий вдох и вышла на крыльцо. Дверь захлопнулась, и засов со стуком встал на свое место. Путь назад был отрезан.

Глядя на нее непроницаемым взором синих глаз, воин на черном жеребце заставил животное сделать шаг вперед. Этим взглядом он пригвоздил ее к тому месту, где она стояла. В течение времени, показавшегося ей вечностью, он изучал ее, не двигаясь, не произнося ни слова, и не опуская копья.

Мужество Лоретты испарилось, и сильная дрожь пробежала по телу. Он заметил эту дрожь и окинул девушку взглядом с ног до головы. Он уделил внимание бедрам, задержав взгляд с оскорбительным презрением, затем переместился выше, к груди. Унижение жгло ее щеки.

— Кимах. — Он произнес это слово с шипением, но в ее ушах оно прозвучало резко, как винтовочный выстрел, сотрясая воздух. Лоретта подпрыгнула, смятение и безумный страх исказили черты ее лица. Она не знала языка ко-манчей и не имела никакого представления о том, чего он хотел от нее. Она только понимала, что он убьет ее, если она рассердит его. Ее дрожащие колени ударялись одно о другое со звуком, подобным барабанной дроби. Его губы скривились в ухмылке. — Иди вперед, чтобы команч мог рассмотреть тебя.

Не чуя ног под собой от страха, Лоретта споткнулась на ступенях крыльца, чуть не упала, но сумела удержаться на ногах. По коже у нее бежали мурашки от взглядов двухсот человек, наблюдавших за нею. Когда она приблизилась к команчу, он отъехал в сторону. Конусообразные медные колокольчики сверкнули на фоне кожаных мокасин. Его взгляд был осязаем, словно дотрагивался до нее.

— Подними свое лицо, женщина.

Она запрокинула голову, стараясь придать лицу выражение безразличия. Он возвышался над нею, подобно башне, сидя верхом на коне. Легкий ветерок отбросил темные волосы назад, обнажая узкий шрам, тянувшийся от правой брови до подбородка. Белоснежные зубы сверкали, когда он говорил.

— Как ты называешь себя?

Рот Лоретты приоткрылся, и воцарилось напряженное молчание.

— Отвечай, женщина, или умри. — Подняв конец своего копья, он подцепил им прядь волос девушки, вытащив из-под головной повязки. Медленно развернувшись, прядь упала на плечо Лоретты.

— Лоретта! — закричала Рейчел из переднего окна. — Ее зовут Лоретта. О, пожалуйста, не обижайте ее, пожалуйста. — Ужасное рыдание, выворачивающее душу, последовало за просьбой.

Индеец прижал конец копья к шее Лоретты.