Чтение онлайн

Всё. Теперь осталось уточнить друг с другом примерное содержание этих растений в отварах. Рябинку Лилькину Лиза знала - пижма. В общем-то, девушка так и предполагала, что все растения будут опять из сбора, связанного с почками. Значит, смертельная болезнь влияет именно на почки, убивая их.

Они разомкнули ладошки, и Лиза отвернулась от кресла с больным, жалея, что не носит с собой блокнотов. Неплохо бы записывать рецептуру отваров - пригодится на будущее. Сейчас же приходилось примерно продумывать этот отвар. И, хотя нет боязни, что он может забыться (руками в любой момент можно продиагностировать и снова уточнить всё, что надо), но запись - это всё-таки отличная памятка на будущее.

– Рейн Дирк, а в вашей комнате не найдётся бумаги и ручки?
– рассеянно от продумывания травяного состава спросила Лиза, оборачиваясь к подопечному.

Тот уже полностью сидел и доброжелательно глядел на Лильку, которая, открыв рот, обходила его покои. При свете дня они оказались великолепными, несмотря на застоявшийся запах болезни. Впрочем, высокие и длинные окна были распахнуты настежь, и запах близкого сада постепенно перебивал вонь недавно гнившей кожи.

– К сожалению, нет, - снова прозвучал низкий голос.

"А у нас дома в каждой комнате, - недовольно подумала Лиза, - даже на кухне".

– Тогда мы оставим вас и посмотрим других больных. Куда нам идти?

– Разве вы не посидите со мной немного?
– мягко поинтересовался рейн.

"У, эгоист! Прекрасно знает, что заболевшим плохо, а ещё - посидеть с ним!" - обозлилась девушка. И сердито спросила:

– А разве вам не сообщили, что в доме есть ещё заболевшие? Меня, вообще-то, пригласили к ним, а вы - только...
– Лиза проглотила слова "побочный пациент сегодня".
– Мы вас только по дороге зашли проведать, - выкрутилась она.

– Тогда вам придётся найти тех, кто может вас проводить к ним, - спокойно сказал рейн и добавил: - Я рад, что вы уделили мне своё время и своё внимание.

Лиза покосилась на пациента. Показалось - или нет, что он пытается иронизировать? Дохляк! И тут же испугалась: а вдруг он мысли читает? Ориан сказал же, что кузен - очень сильный маг! Обидится ещё на "дохляка"!.. Он же не виноват, что заболел!.. На всякий случай она чопорно сказала:

– Желаю вам скорейшего выздоровления, рейн Дирк.

И, схватив Лильку за руку, чуть не вылетела из его покоев. Нет, рейна Дирка, конечно, надо бы вылечить первым: от него многое и многие зависят. Но именно сейчас они не могут заниматься его лечением. Он уже выздоравливает - и дальнейшее лечение получит из рук своей матери. А вот остальные... Подождёт, в общем. Странно только, что ей постоянно хочется дерзить ему. Из-за его глаз, что ли? Уставится своими... лезвиями, так и хочется какую-нибудь гадость ляпнуть!

– Ты чего, Лиз?
– уже в коридоре удивилась сестрёнка.

– Нам надо найти тех больных, из-за которых мы пришли сюда, - напомнила Лиза, оглядываясь в поисках хоть одного охранника.

Но на стыке двух коридоров они встретили пожилую женщину с подносом в руках. Она выслушала их и даже испугалась, что обе остались без сопровождающего. Оставив поднос на ближайшем столе, она засеменила (прямое платье в пол и безо всяких украшений пошито из плотной ткани) впереди двух чужеземных целительниц, то и дело почтительно оглядываясь на них. Пришлось пройти довольно долгий путь и не только по коридору, но и другим комнатам и небольшим залам, пока все три не очутились в части дома, чувствительно заброшенной, несмотря на видимую чистоту. Возможно, больным специально отвели часть дома подальше от жилых помещений. Клятвенно пообещав прислать кого-нибудь из охраны, чтобы целительницы потом не блуждали по плохо знакомому для них дому, женщина указала на последнюю дверь в небольшом коридорном тупике и тут же сбежала. Наверное, боялась заразиться.

А сёстры сняли с шей ситцевые косынки, которые начали носить с недавних пор, предполагая, что придётся однажды отказаться от медицинских повязок: увы, все вещи их мира заканчивались постепенно. И, только когда косынки закрыли носы и рты, Лиза осмелилась распахнуть дверь. Заброшенный зал, куда относят старые, отслужившие свой век вещи, предстал их глазам. Здесь было тоже светло, но как-то бесприютно, и Лизе даже показалось: сними она косынку с лица - и учует пыльный запах заброшенности.

Но даже этот зал, отведённый для заболевших, был поделён ширмами надвое - для охранника и для высокочтимого. Ширмами, несмотря на то что расположили обоих в противоположных концах этого зала. Осмотревшись с порога, Лиза тихо сказала:

– Лиля, давай-ка начнём с того, что справа.

По скудному убранству помещения справа легко догадаться, что там лежит охранник. И девушка, сердясь на хозяев, хмуро решила, что первым они обследуют охранника, а уж неизвестный рейн подождёт своей очереди.

Охранник лежал на кровати, закрытый лёгким одеялом. Даже постель выглядела оснащённой по-солдатски, как это себе представляла Лиза. Серое одеяло, поверх которого охранник вытянул руки. Наволочка на подушке хоть и чистая, но наверняка много раз использованная и перестиранная - до блёклости цвета. Приглядевшись к больному, Лиза отметила, что на его руках, на локтевых сгибах, темнеют небольшие полоски жёстких волосков. Охранник - оборотень? Лиза помнила, что у Макина и Зайда такие же полоски на локтях...

– Здравствуйте, - негромко сказала Лиза, когда он скосился на неё и тут же охнул: кажется, даже движение глаз давалось ему с трудом. Девушка же машинально отметила, что белки глаз у него пожелтели, как при желтухе.
– Мы целительницы с другого берега. Надеюсь, вас предупредили о нашем приходе. Не разговаривайте. Всё, что от вас требуется, - это закрыть глаза.

Охранник еле заметно качнул подбородком и закрыл глаза.

Сёстры повторили уже ставший привычным ритуал диагностики. И Лиза обрадовалась: алосияние не понадобится на первоначальном этапе болезни! Показалось другое растение из сада рейны Аталы! Правда, чистотел из их мира оставался, но уж этого добра возле помойки полно!

Поделившись хорошей новостью с охранником, Лиза с облегчением восприняла его с трудом уловимую радость: чем лучше настроение, тем быстрей выздоровеет.

И сёстры пошли в другую часть зала.

Здесь лежал старик. Его постель и правда отличалась от постели оборотня. Здесь и белоснежные простыни, и одеяло поблёскивало явно шёлковым пододеяльником. Но посеревшее от боли лицо с закрытыми, запавшими до синяков глазами заставило девушку насторожиться. А уж когда Лилька сощурилась так, будто вот-вот поморщится... А ведь сестрёнка гораздо ниже. Значит, запах больного тела отчётлив.