Чтение онлайн

Продолжая считывать информацию с экрана, он нажал кнопку «Печать». Ничего необычного для адвоката. Университет, студенческая лига Плюща, клерк Верховного суда. Типичная биография жителя столичного округа, родившегося с серебряной ложкой во рту.

Эндрю читал дальше. Все как у всех. Членство в типичных профессиональных организациях и ассоциациях адвокатов. Вдобавок ко всему она входила в совет директоров и была казначеем стипендиального фонда для детей из бедных семей. Прицепиться не к чему.

Кроме того что для благотворительных фондов нужны деньги. А где-то пылятся два миллиона долларов. Мучимый подозрениями, Эндрю вышел из этой программы, снова вошел в базу данных ФБР и ввел название фонда. Снова мигающие красные буквы.

Судорожно вздохнув, Эндрю предпринял вторую попытку. Пахло жареным. Он ощущал это кожей, однако опереться было не на что. В результате он ни на миллиметр не приблизился к цели.

Эндрю выключил компьютер и выудил из заднего кармана черную записную книжку. Ему позарез необходимы эти файлы, и он решил воспользоваться услугами одного своего знакомого, который обладает талантом взламывать любую систему независимо от степени ее секретности. Конечно, можно послать запрос по инстанциям, но что-то удерживало Даффа от звонка Филдингу. Интуиция подсказывала, что здесь следует прибегнуть к контактам, которые есть у всех хороших агентов.

Он набрал номер и стал ждать.

— Да?

— Это специальный агент Дафф.

— Я чист! — гневно выпалил Джереми Силвермен.

Эндрю вздохнул. Он нуждается в помощи, но прекрасно понимает причину гнева Силвермена. Новые документы и должность управляющего магазином садового инвентаря в Лемере, штат Северная Каролина, не лучшая карьера для программиста и аналитика с Уолл-стрит.

Силвермен был главным свидетелем на процессе о мошенничестве в банке. Главным свидетелем, получившим прощение в обмен на предоставление улик, которые позволили обвинить и упечь за решетку полдюжины высших банковских служащих со всех концов страны.

— Рад слышать, — любезно ответил Эндрю. — Джереми, вы ведь не хотели бы угодить за решетку, правда?

Силвермен разразился градом ругательств. Эндрю представилось, что крысиные глазки этого человечка превратились в щелки.

— Что вам нужно, Дафф?

— Услуга.

— Убирайтесь к черту! Сукин сын вы, вот кто! Из-за вас меня чуть не убили! Да как у вас язык поворачивается?!

— Как поживает ваш младший брат? — Голос Эндрю звучал ровно, но в нем было достаточно угрозы, чтобы заставить Силвермена сбавить обороты. — Тюрьма — опасное место для такого парнишки.

— Вы действительно сукин сын, — отрывисто бросил Джереми.

— Это я уже слышал.

— Это надолго? Я занят.

— Никак картошку копаете? — съязвил Эндрю.

— Что вам нужно, Дафф?

— Информация. Еще не потеряли квалификацию?

— Здесь не очень-то развернешься.

— Я знал, что вы меня поймете, — откликнулся Эндрю и прикинул в уме расстояние. — Я буду у вас через три часа.

Джереми тоскливо вздохнул.

— Тогда до встречи, — сказал он и дал отбой.

Эндрю положил трубку. Он стрелял наугад, но если он окажется прав, то эта информация позволит ему приблизиться к Кристоферу Нортону. А заодно и к правде.

У него появился реальный шанс спасти карьеру, но стоит ли карьера разрыва с любимой женщиной?

Лови мужчину. Брось девушку.

Расследуй дело. Скажи Гейл «прощай».

Да, кошмарная альтернатива, подумал он с горечью, доставая из стола ключи от машины.

Он часто нарушал правила. Может быть, настало время не оставить от них камня на камне? Чтобы больше никому не причинять боли. И в первую очередь прекрасной леди доктору, которая похитила его сердце.

Когда из клиники ушел последний пациент, Гейл тихо вошла в кабинет доктора Спенсера и закрыла за собой дверь. Слава богу, что Айрин отходчивая женщина. Гейл не могла сдержать слово. Да, работать бок о бок со Спенсером было тяжело, но Гейл относилась к старику с уважением. Поэтому она считала себя обязанной сделать все, чтобы он протянул как можно дольше.

— Зачем пришла, девочка? — спросил Спенсер, не удосужившись оторваться от медицинского журнала. — Хочешь госпитализировать еще одного больного с шишкой на голове?

Гейл тяжело вздохнула.

— Эндрю был моим больным, — мягко напомнила она, прислонившись к двери. — С такой травмой ночь в больнице пошла бы ему на пользу. И он поехал бы туда, если бы не ваше вмешательство.

Спенсер посмотрел на нее поверх оправы очков.

— И как твой пациент чувствует себя сейчас?

Щеки Гейл залил яркий румянец. Ее пациент чувствует себя прекрасно. В полном смысле этого слова.

— Так кто оказался прав? — Спенсер хмыкнул и снял очки. — Что, сплетни о тебе и твоем пациенте имеют под собой почву?

Гейл открыла рот, чтобы возразить, но Спенсер поднял брови, молча показывая ей, что лгать не имеет смысла. Поэтому она просто кивнула.

— Ты могла бы сделать и худший выбор, — проворчал он.

Кажется, таким необычным образом он попытался сказать, что одобряет ее связь с Эндрю. Гейл еле заметно улыбнулась. Она так давно стала сама себе хозяйкой, что уже почти забыла, как приятно, когда время от времени другие заботятся о тебе.

— Доктор Спенсер, я пришла сюда не для того, чтобы разговаривать обо мне.

Наступила его очередь вздохнуть.

— Айрин слишком много болтает, — недовольно сказал он. — Я знал, что не следует доверять этой ворчливой старой зануде.

Несмотря на сложность предстоящего разговора, Гейл невольно рассмеялась.

— Кто бы говорил!

Спенсер гневно нахмурился.

— По-твоему, я старый ворчун?

— Ну, если содержание соответствует форме… — Гейл оттолкнулась от двери, сделала несколько шагов по потертому ковру и села в пухлое бархатное кресло винно-красного цвета.