Чтение онлайн

Как проникать в дома, как уходить без следа, как устраивать ловушки, как ускользать от преследователей — да, все это нужно ворам. Но кто еще использует такие навыки?

Шифры, которыми пользовался наставник. Тонкости речевого кодирования. Манера говорить не напрямую, а намеками, завуалированными в простые слова.

Это не для вора. Это для шпиона.

Тайная канцелярия. Я всегда думал, что наставник на самом деле какой-то известный вор, возможно из самой столицы. Но теперь все стало на свои места, он из канцелярии. Не знаю по какой причине, но он не хотел, чтобы о нем знали.

Я сжал пальцы в кулак.

Если это так… Если он готовил меня не как вора, а как агента… Самый главный вопрос с какой целью? Наставник всегда меня учил задаваться вопросом, кому это выгодно?

Дерьмо! Мне хотелось ругаться последними словами. Ненавижу, когда ничего не понимаю. Почему старик умер так рано? Почему ничего не открыл?

И тут до меня дошло, если он владел важной информацией, то его могли убрать, чтобы он ничего не мог рассказать. Но он был не из тех, кто не подготовит ловушку на этот счет. И тут я вспомнил о странной записки, которую мне передал не менее странный старик. Наставник всегда говорил мне, что однажды все может измениться.

И вот оно изменилось.

Забравшись в карман, я достал записку и развернул ее.

Тонкая рисовая бумага с неровными краями. На первый взгляд, бессвязный набор иероглифов, словно кто-то просто выливал на бумагу хаотичные мысли. Но я знал, что это не так.

"Луна прячется за облаками, когда ветер дует с юго-запада.

Горные цветы расцветают перед рассветом.

Три стебля, два камня, один ручей — путь открыт."

Я нахмурился. Наставник часто использовал иносказания, за которыми скрывался точный смысл. Эти строки напоминали старые стихи династии Шу, но их содержание казалось странным. Теперь то понятно почему он заставлял меня читать всю эту литературу. Я мог говорить на одном языке с чиновниками и аристократами.

«Луна… ветер… цветы… три, два, один…»

Система Цзяхуа. Это точно была она. Одна из сложнейших схем, которыми он со мной поделился.

Наставник заставлял меня зубрить ее до тех пор, пока я не мог расшифровывать подобные послания даже в полусонном состоянии. Внешне — просто текст, ничего особенного. Но ключ всегда скрывался в числах.

Три, два, один…

Я пробежался взглядом по строкам, отбрасывая шелуху очевидных слов. Числа — это порядок, последовательность. Одни указывали, какие слова нужно читать иначе, другие намекали на расположение ключевых иероглифов.

Цветы, камни, ручей…

Наставник часто использовал природные образы, но никогда просто так. Цветок мог означать развилку дорог, камень — укрытие, ручей — тоннель или подземный проход.

Я закрыл глаза и вспомнил, как наставник объяснял мне эту систему. Если взять третий иероглиф в первой строке, второй во второй и первый в последней…

Я записал их на клочке бумаги:

«Дом Спящего Дракона.»

Внутри все сжалось, Мэй Лин оказалась права у меня есть ключ. Наставник оставил мне указание. Это одно из его укрытий. Одно из тех, о котором я знал. Мне нельзя оставлять следы.

Подойдя к свеча я поднес записку к языку пламени. Огонь пробежался по бумаге, пожирая ее вместе с тайной, оставляя только золу, которую я тут же растер в пыль, чтобы даже колдовство драконорожденных не смогло придать ей первоначальный вид.

Теперь у меня был путь. Но этим я займусь завтра. Пока у меня есть еще немного времени и им надо воспользоватьсся по полной. Лучшее, что я сейчас могу сделать это отдохнуть.

Я опустился на кровать, чувствуя, как усталость медленно берет верх. Сегодня я сделал достаточно.

Закрыв глаза, я приказал себе уснуть глубоким сном.

Меня окружала тьма. Холодная, живая, всеобъемлищая.

Я видел все со стороны, словно не был собой. Пространство вокруг дрожало и постоянно менялось, как зыбкое отражение в водной глади.

Я стоял в огромном зале, вырубленном из черного камня. Гладкие стены вздымались к невидимому своду, испещренные мерцающими символами, похожими на живые потоки света. Высокие колонны, прорезанные спиральными узорами, уходили ввысь, растворяясь во мраке. Камень под ногами был гладким, как зеркало, отражая несуществующие огни.

Я сделал шаг, и пол подо мной дрогнул, словно глубоко под землей пробудилось нечто древнее.

В центре зала возвышался исполинский монумент. Статуи драконов, высеченные из обсидиана, их глаза мерцали алым, как раскаленные угли. Они смотрела прямо на меня, оценивающе, настороженно, как зверь, решающий — напасть или признать своим.

И тогда раздался голос.

Глухой, раскатистый, безжизненный, будто говорил сам камень.

«Носитель внесен в базу данных.»

Я вздрогнул, непонимающе оглядываясь.

«Генетический ключ активирован.»

«Чистота крови превышает 99%»

Голос проникал в самую глубину разума, абсолютно лишенный эмоций, но несущий в себе что-то неотвратимое, неизменное, как само время.

«Передача прав на управление охранными системами подтверждена.»

Я хотел спросить, что все это значит, но слова застряли в горле.

Внезапно пол подо мной вспыхнул. Узоры древних символов засветились ослепительно-золотым, охватывая пространство сияющей сетью. Мне показалось, что они движутся, пульсируют в такт ударам моего сердца.

Почва под ногами задрожала.

Я ощутил зов.

Нечто внутри меня, что раньше спало, открыло глаза. Это было не чувство, не мысль — направление.

Я чувствовал путь.

Я не знал, куда он ведет, но он был там, внутри меня, как вбитая в череп игла, как тихий шепот в голове.

Голос повторил:

«Доступ открыт. Протокол Восхождение активирован. »

Мир дрогнул и растворился в огне.

Интерлюдия Мэй Лин

Комната Мэй Лин была погружена в полумрак. Единственным источником света оставалась тонкая полоска луны, пробивающаяся сквозь ставни. Она сидела за столом, склонившись над разложенными донесениями, когда воздух вокруг вдруг сгустился. Зеркало на стене дрогнуло, будто его поверхность тронул ветер, и медленно наполнилось чужим присутствием.