Чтение онлайн

По залу прокатило “Да” в унисон.

– А теперь, Ромина и Илья, я обращаюсь к вам от лица государства: брак – это серьёзный поступок. Готовы ли вы, легко и не раздумывая, дать друг другу клятву любви и верности?

– Да… – отвечаем мы вместе, глянув друг на друга.

– Тогда прошу вас подкрепить своё решение клятвой.

– Я, Фетисов Илья.

– Я, Туманова Ромина.

– Беру тебя, Ромина, в законные жёны, – он еле сдерживает улыбку. Лишь краешки губ дрогнули.

– Беру тебя, Илья, в законные мужья, – голос передает мое волнение. Как же сложно держать в руках себя…

– И обещаю любить и оберегать тебя…

– Понимать и уважать, – дополняю.

– Помогать и верить тебе.

– Всегда, что бы ни готовило нам будущее, – от чистого сердца слова слетают с губ сами. И не потому, что мы учили этот текст…

– Я брошу вызов любым препятствиям, с которыми нам суждено будет столкнуться, именем всего, что мы создали вместе.

– И всего того, что будет создано.

– Я предлагаю тебе свою любовь и верность, – глаза наливаются влагой. Боже… только не сейчас. Так хочется взять его за руку, обнять и забыть о том, что на нас смотрят столько глаз.

– Ромина и Илья, обменявшись клятвами, вы объявили о своём твёрдом намерении жить вместе в любви и согласии на протяжении всех дней, подаренных вам судьбой. Теперь вы можете в знак верности обменяться кольцами, древним символом, простым и священным. Пусть они всегда напоминают вам, что ваша любовь бесконечна, – голос ведущей тверд и уверен. Ей не привыкать, у нее свадеб по десять штук на день.

Беру дрожащими пальцами кольцо и одеваю его на руку любимого мужчины, а он одевает на мою руку в ответ, нежно обласкав ее теплом своей руки. Стало капельку спокойнее.

– Объявляю Вас мужем и женой, теперь, Ромина, вы по праву можете носить фамилию Фетисова, и в знак объединения прошу скрепить Ваш союз поцелуем.

Наконец, его губы накрывают мои. Нежно. Бережно. И все становиться на свои места. Здесь и сейчас, отныне навеки. Наши пальцы переплетены, и я ни за что не отпущу его руку.

С сожалением отрываемся друг от друга…

– Ты потрясающа, – шепчет на ушко, прежде чем становится в прежнюю позу. А меня волной мурашек обдало от его дыхания. Когда же я перестану так реагировать на него? Вероятно, никогда. Слишком сильна любовь, слишком крепка связь. Нерушима.

А дальше водоворотом букетов и слез идут поздравления. Непрерывным потоком вспышек около двух часов мы снимаем видео и фотоленту. Мы позируем и играемся. Целуемся, украдкой лаская друг друга мимолетными касаниями. Накал силен, мы ведь не были вместе всю ночь…

…

Доехав до ресторана, девочки помогли мне переодеть платье, которое просто невыносимо вымотало меня. И теперь я вздохнула свободно в непышном удобной одеянии. Оно было на бретелях, легкое и нежное. Верх потрясающе подчеркивал мою грудь, и был немного прозрачнее по отношению к плотному материалу юбки, которая струилась свободным потоком.

Вернувшись к гостям и выпив не раз и даже не два за нас, за будущее, за потомство, за родителей и друзей, нам, наконец, удалось выскользнуть из зала незамеченными, правда, лишь после танца.

– Я так скучал, – впивается в мои губы муж мой. Страстно. Неудержимо. И так опьяняюще, что я вспыхиваю, как свеча.

– Илья, – шепотом срывается с губ. Руки уже в его волосах, притягивают ближе. Безумие… Мы ведь в ресторане…

– Тш-ш, я терпел весь день, ты хоть знаешь, насколько соблазнительно выглядишь? Ты великолепна. Ты просто божественно красива, Ром… Ром, я еле держался в загсе, ты была как королева. Неужели я достоин тебя? – глаза его так близко, искрящиеся любовью и желанием. Искренние. Яркая зелень, что давным-давно с ума свела. Губы напротив моих, розовые… блестят от поцелуя.

– Ты, вероятно, в зеркало не смотрелся, сладкий? – игриво спрашиваю и прохожусь губами по его шее. Хочу его, хочу так сильно, что внутренности узлом стянуло. И плевать мне, что нас ждут и, возможно, ищут. Плевать на все, есть только я и он…

– Я так и знал, что до брачной ночи мы не дотерпим, – усмешка, и его руки ловко подбирают подол моего платья.

Усаживает меня на столик в подсобке. Он быстр, но аккуратен. Его ласки страстные и нежные одновременно. А я еле сдерживаю стоны внутри. Подрагивающими от возбуждения руками расстегиваю его ремень, освобождая готовый и безумно твердый член из плена его брюк. Провожу вдоль ствола рукой, подцепив пальцами смазку с кончика и распределяя по всей длине.

– Тише-тише, малыш, – хрипло мне на ушко. Убирает руку мою и, оттянув трусики в сторону, рывком заполняет. М-м-м… Цепляюсь за его плечи, рубашка давно расстегнута, а пиджак валяется на стуле рядом. Руками по его груди к животу провожу, выгибаясь. Двигаюсь с ним, ритмично лаская его мышцами внутри. Сдавленно дышу, прикрыв глаза. Утопаю в ощущения, плавлюсь от чувственного наслаждения, от контакта наших тел… Его рук, губ… Илья…

Глубокие толчки умеренного темпа подводят меня к краю. Я так жадна до него, что мне хватило пары минут, чтобы достигнуть оргазма. Задрожав, сильно сжимаю его внутри. И, выдохнув хрипло, открываю глаза, встречаясь с его помутневшим взглядом.

– Люблю тебя, – шепчу, накрывая его губы, продолжая двигаться. – Люблю, – между поцелуями…

– Безумно, – в ответ, и движения порывистее, резче.

– Только не в меня, Илья… мне еще полдня ходить.

Прошу его и он понимает почему. Я не чураюсь ходить влажной от его спермы дома, но не на свадьбе же… Это не эстетично и не гигиенично. Так еще и неуютно. Мягко оттолкнув, присаживаюсь перед ним на колени, вбираю влажный орган в рот и начинаю посасывать, помогая себе ручкой. С упоением, наслаждаясь процессом, довожу его до пика. Довольная как кошка, глотаю пряное семя. Облизываюсь, встав, поправляю одежду и получаю благодарный поцелуй.

– Эта ночь… Ты не забудешь ее, обещаю.

– Мы не забудем ее, – поправляю, помогая ему с костюмом.

– Нас, наверное, ищут, – хихикает, а в глазах бесята пляшут.

– Ну и пусть, это наш праздник, – улыбаясь, переплетаю наши пальцы, и мы возвращаемся к гостям.

…

Букет словила Веста, которая, кстати говоря, была у нас свидетельницей, а все улюлюкали и хохотали, подкалывая ее, мол, Веста – невеста, самой судьбой предписано. Подвязку же поймал Саша, чем был удивлен, ведь личную жизнь он так и не устроил.