Танцуй, рисуй
Шрифт:
Перетирая с рыбами то да се.
Но однажды она обратила внимание
На свое отражение в воде
И залюбовалась
"Какая я красотка!" -- думала Ева.
Поразительно! Просто мисс мира!
– - Здорово, как дела?!
– - орали рыбы.
Че там у Адама?
Но Ева просто смотрела на себя и молчала.
– - Да пошла ты в жопу, невежа!
– - сказали рыбы
И с той поры больше не разговаривают.
Пока ехала в маршрутке -- черт бы подрал эти маршрутки, где сидения в конце стоят друг напротив друга, -- несколько раз падала башкой вперед, тараня в живот сидящую напротив тетку, и думала про Лизку. Девчонка-то нормальная, не тупая. Может, избалованная немного, но сейчас все дети не такие, как мы, глупо требовать от человека, который не знает, что такое голод, трястись над куском хлеба. А заставлять голодать специально, чтоб понял, -- жестоко, да и на хрен надо. Пиздец настанет, и в голове все на место встанет. А что он настанет -- это к бабке не ходи... Но что ж делать с Лизкой? Маршрутку швыряет из стороны в сторону, мысли куда-то соскальзывают, как мыло с бортика ванной...
В прошлый раз мне мелкую удалось успокоить. Взбрыкнула Лизка после Нового года: она просила дедушку мороза планшет, а он подарил ей какой-то дурацкий свитер. Лизка превратилась в маленькую фурию.
– - Татусь, -- кричала Янка в трубку, -- приедь и сделай с ней что-нибудь, я умоляю! А не то по этой тощей жопе пройдется ремень!
Я сомневалась, что у Янки поднимется рука на дочку. Саму-то ее мама только ремнем и воспитала, в результате в тринадцать лет Янка уже бегала курить за гаражи, потом начала там же пить пиво с гопниками и тогда же лишилась невинности (полагаю, тоже за гаражами). Лизке она такой судьбы не хотела, а потому не била, а старалась воспитывать -- бестолково, но старательно.
Свитер и правда был дурацкий. Янка могла и что получше найти, а не эту зеленую хрень с розовыми уточками. Немудрено, что Лизка взбесилась. Игрушки и книжки по комнате расшвыряла, забилась на кресло с ногами, любимого медведя к себе прижала. Белобрысый хвостик набок сбился, глазенки сверкают.
Я, решив, что дитятко -- существо глупое и сердобольное, завела шарманку про одноногую собачку:
– - Дедушка Мороз, -- говорю, -- старенький уже, видит плохо, вот адреса и перепутал... Одна очень бедная девочка просила у него свитер, потому что мерзнет... а ты просила планшет... так вот и получилось, что планшет он отправил той девочке, а тебе -- ее свитер... А теперь мы не можем все переиграть... Не можем отнять у девочки подарок...
Лизка посмотрела на меня исподлобья. Мне показалось, она сейчас меня разорвет.
– - Но Дедушка поручил твоей крестной фее уладить эту ситуацию... так что при возможности она передаст тебе другой планшет...
– - Моей крестной фее? А это вообще кто?
– - Ну как кто? Ясное дело -- я.
– - Ты? Ты лысая. Разве бывают лысые феи?
Что эта малявка себе позволяет? Но на такие случаи всегда есть контраргумент, проверенный веками:
– - Откуда ты знаешь, как выглядят феи? Ты как будто хоть одну фею в жизни видела!
– - Конечно, не видела!
– - Лизка аж подскочила в кресле.
– - Потому что в жизни нет фей! Они же только в мультиках!
– - А дед мороз типа в жизни есть, да?!
– - не выдержала я.
– - И как тебе, восьмилетней, можно сказать, почти взрослой девице, не стыдно делать вид, что ты веришь во всякую фигню?
Лизка уткнулась носом в медведя и зарыдала.
– - Я хочу планше-е-ет...
– - Ну ни реви, не реви... Я хоть и не фея, но так и быть, если будешь себя нормально вести, а не бычить из-за всякой ерунды... на днюху, может, и получишь планшет... Может. Получишь.
– - Эта дебильная идея с дедом морозом испортила настроение куче народу, -- втирала я потом Янке.
– - Система, устроенная по принципу: проси, что хочешь, но я дам тебе то, что сам посчитаю нужным, -- это издевательство над человеком. Смысл тогда просить? Я поэтому и от религии отошла...
– - Татка, ты герой! А у них в классе всем сказали: пишите письмо Дедушке Морозу, просите, что хотите... Я и не подумала...
– - Планшет можно сейчас недорого взять, раз уж вышла такая фигня. Я ж типа пообещала уже.
– - Да она забудет!.. У нее же день рождения в июле!
– - Не-ет, она не забудет, -- я покачала головой.
– - И не надейся. Да пофиг. Я куплю, пусть порадуется. Мне когда-то родители тамагочи не подарили. Так я потом с первой стипендии его себе купила. Была одна такая дура на потоке -- с тамагочи, который на парах пищал... А когда он сдох, я натурально ревела, как дебилка! Лучше бы в детстве отмучилась...
Лизка, по-прежнему прижимая к себе медведя, заглянула на кухню, где сидели мы с Янкой:
– - Тата... а если и правда есть девочка, которая мерзнет...и будет рада этому свитеру...-- в ее голосе, как камешек в ботинке, покалывало сомнение, -- можно его ей отдать? Просто так...
И вот тут я заржала как конь и поняла: эта мелкая зараза -- вот прямо я.
А Янка, звеня тарелками, бухтела, что свитер хороший, продавщица на рынке сказала, что раскупаются они влет, но если Лизка так хочет, то можно его отправить в детский дом.
Планшет я купила. За что получила звание крестной феи, лысой феи. Хотя я не лысая, а просто очень коротко стригусь, но что с мелкой возьмешь?
По правде говоря, я думала, что Лизка стала вредничать потому, что Янка накануне Нового года выгнала Леню, с которым они прожили лет пять, что ли. Янка приревновала его к какой-то аспирантке и выставила за дверь со словами:
– - Мама была права: тебе только квартира моя и нужна!
Леня, очень полный, неуклюжий, нелепый, вернулся в свою комнату в общаге, хоть я и уговаривала Янку простить его.
– - Ян, в самом деле, ну он же тебя всегда любил!
– - Разлюбил, значит!
– - Ян, Лизке нужен отец!
– - Какой еще, на хрен, отец! Она ж не от него! И даже папой его не звала!
– - Яна, ну она ж привязалась уже к нему!
– - Отвяжется.
Я только пожимала плечами. У Лизки был мобильник и немножечко мозгов -- и я была уверена, что с Леней она созванивается. Он всегда интересовался ее уроками, занятиями в кружках и успехами в колочении мальчишек на каратэ.
Я вспомнила, как Янка впервые притащила Леню к себе домой. Лизке было года четыре. Мы, взрослые, сидели на кухне за столом и живо обсуждали какие-то маловажные темы вроде политики. И тут зашла Лизка, волоча за лапу одного из своих медведей. На медведя она надела свое платье, которое было ему велико и смешно болталось.