Чтение онлайн

— Вот что он о нас думает. Убедительная демонстрация. — Роуан растянулась на земле и расхохоталась. — Настоящий мужчина погнался бы за ним и отомстил за оскорбление… а я, как настоящая женщина, занялась бы потом твоими ранами.

— Я бы с удовольствием, но должен защищать тебя. — Галл запустил пальцы в мокрые волосы. — Боже, как же я хочу того пива.

Вскоре Галл решил, что готовые макароны с пивом у потрескивающего костра в глухих горах — штука не менее романтическая, чем хорошее вино в хрустальных бокалах при свечах в шикарном ресторане. Роуан, как он заметил, смогла сбросить напряжение — впервые за последние недели, наслаждаясь послевкусием хорошо проделанной работы и уединением в спасенном ими живом лесу.

— Галл, а твоя семья выезжала на природу? — отвлекла его от раздумий Ро.

— Очень редко. Тетя больше любит современные удобства и хорошее гостиничное обслуживание. Я отдыхал в палатках с друзьями. Мы сматывались на побережье, выбирали местечко… Я всегда мечтал добраться на восток, пройти по Аппалачской тропе, но зимой — галерея, летом — пожары. Так и не собрался.

— Да, было бы здорово. А мы из Монтаны почти не выбирались. Здесь столько всего интересного! Каждое лето папа старался выкроить пару свободных дней подряд и провести их со мной. Мы никогда не знали заранее и собирались внезапно.

— Еще лучше! — заметил Галл и был награжден благодарной улыбкой.

— Да, ты понимаешь. Пока я сама не стала пожарным, мне и в голову не приходило, что, может быть, в редкий выпавший выходной ему не так уж и хотелось возвращаться в лес и разбивать там палатку. Думаю, и ему не помешало бы хорошее гостиничное обслуживание.

— Но дети на первом месте, верно? Главное родительское правило.

— Может быть. Я думала о Долли и ее отце, о том, как они ругались. Возможно, из-за напряженной обстановки в семье она стала такой, какой была, или ее натура привела к этому напряжению?

— Скорее всего, и то, и другое.

— Да, чаще причин бывает несколько. А ты не задумывался, почему она нацелилась на Латтерли? Вокруг много холостяков. Она могла бы зацепить любого. Латтерли был лет на пятнадцать старше ее и далеко не мачо.

— Ты не учитываешь постель…

— М-да, в тихом омуте и тому подобное, но ведь, чтобы это выяснить, сначала нужно прыгнуть в эту постель. Женатый мужчина с тремя детьми. Священник. Если она действительно планировала дотащить его до алтаря, неужели она не представляла себе, что ее ждет? Жена священника. Мачеха троих детей. Да она бы взвыла от такой жизни!

— А вдруг она просто хотела доказать что-то? Увидела женатого священника с тремя детьми и подумала: а захомутаю-ка я его — или слабо мне?

— Не понимаю. Ну, переспи с ним, это я допускаю. Утоли зуд, если так уж приспичило, но не разрушай семью ради еще одной зарубки на столбике кровати.

— Ты не понимаешь, потому что ты совсем другая. — Галл открыл последние две банки пива. — А с его стороны — типичное поведение пожилого человека. Возможно, он поощрял ее. Ему льстило, что молодая красивая женщина хочет с ним спать, а этого вполне достаточно для развития интимных отношений за рамками проповеди.

Роуан вскинула голову.

— А ведь ты прав. Ему наскучил пресный брак, а она молодая неприкаянная мать. Так они и сошлись. Разумеется, мы совершенно не знаем Латтерли. Не переспал ли он с половиной своих прихожанок? А Долли была последней в его послужном списке…

— Если так, то копы это выяснят, если уже не выяснили. Сексуальную связь непременно кто-нибудь да заметит…

— … и к нашему возвращению все уже закончится. — Роуан разломила пополам кекс. — Об этом почти не говорят, но все думают. ММ особенно, потому что ему приходится думать обо всех, всех оценивать, за всех тревожиться.

— Да, проблем у него хватает, но он отлично все разруливает.

— В мой первый сезон был у нас некто Бутстреп. Нормальный вроде парень, справлялся неплохо, но любой — даже салага — мог сказать, что он уже всеми мыслями на пенсии. У него был небольшой домик где-то в штате Вашингтон, и именно там были все его мысли. Все знали, что он работает последнее лето. Он вел себя так отстраненно… ты представляешь? Даже с салагами.

Галл кивнул, попробовал кекс. Пища богов.

— Я понял. Не хотел ни с кем сближаться. Не хотел никаких личных отношений. Не хотел ничем и никем заниматься…

— Да, наверное. И тогда им занялся ММ. Ты же знаешь, какой он. Он — босс, но он один из нас. И все знают, если хочешь поворчать, или похныкать, или выпустить пар, иди к Майклу.

— Выпьем за ММ.

— С удовольствием. — Они чокнулись пивными банками. — Мне нравится спать с тобой.

В его кошачьих глазах запрыгали дьявольские искорки.

— Нелогичный вывод, но я переживу.

— Я серьезно. Меня вдруг осенило, что позади уже половина сезона, причем совершенно необычного сезона. Убийства, поджоги, вандализм, и я регулярно занимаюсь сексом.

— Будем надеяться, что во вторую половину перейдет только последний пункт.

— Хорошо бы. Галливер, дело в том, что, хотя мне очень нравится заниматься с тобой сексом, я вполне сознаю, что даже если мы прекратим заниматься сексом…

— Прикуси язык.

— Даже если прекратим, — со смехом повторила Роуан, — я все равно с удовольствием сидела бы с тобой у костра и болтала о чем угодно.

— Я тоже. Только я хочу секс.

— Очень удобно нам обоим. А еще лучше регулярного секса то, что ты втайне не мечтаешь, чтобы я была другой: меньше одержимой работой, больше одержимой красивым бельем…

Галл достал сигару, зажег ее, не спеша выдохнул дым.

— Я люблю красивое белье. Это тебе на заметку.

— Тебя не унижает то, что я помогала тренировать тебя и, возможно, на пожаре буду отдавать тебе приказы. — Он протянул сигару. Ро взяла, с удовольствием вдохнула. — Потому что ты знаешь себе цену, и это важно. Я не могу помыкать тобой, и это важно. И еще одно — я не думала, что мне это важно, потому что никогда не обращала на это внимания. Но теперь, в сочетании с остальным, стало важно. Ты принес мне цветы в бутылке.