Чтение онлайн

Молодой человек был высок, хорошо сложен. Темные волосы с чуть заметной рыжинкой, что придает им мягкий оттенок. И глаза у него были светло-карими, красиво оттененными густыми черными ресницами.

«Красивый парень, — думала Лара, искоса поглядывая на него, — и ямочка на подбородке так ему идет. А он ведь красивее Виталия, — мелькнула мысль, — намного. И нет в глазах того превосходства, какой-то нагловатой напористости, что отличают Виталия. Скорее он чем-то напоминает Крона. Грустной серьезностью, что ли?»

Лара поставила перед Максимом чашку кофе.

— Спасибо, — поблагодарил он, слегка поглаживая ручку чашки, — кофе чудесный.

— Вы же не попробовали, — сказала Лара, — зачем же так говорите.

— Я знаю, что чудесный, — настаивал Максим, — вам мое поведение кажется странным, простите меня, мне тяжело и очень не по себе, — он поднял на Лару измученные глаза, — я тысячу раз предпочел бы этого не делать, но Виталий был моим другом.

— Что случилось? — резко спросила Лара, ей надоели все эти загадки. — В чем дело?

— Дело в том, что Виталий умер, — сказал Максим и потер ладонью щеку, — мне очень жаль, Лара.

— Как умер? Что за глупые шутки? — Слова сами собой срывались у нее с языка, но она уже поняла, что это не шутки и Виталия действительно больше нет. — Не верю! — воскликнула она. — Не может быть!

Максим поднялся, усадил ее на стул, а сам присел рядом.

— Успокойтесь, прошу вас, — говорил он, — я понимаю, что для вас это удар, это страшное горе, но нужно держаться.

— Нет! — Лара решительно оттолкнула его от себя. — Как он мог умереть? Молодой, здоровый. Он что, попал в катастрофу, разбился на машине?

— Нет, — Максим качал головой, — нет.

— Значит, его убили! — истерично выплеснула Лара.

— Нет же, нет, успокойтесь, — уговаривал ее Максим.

— Я хочу знать, как это произошло, — настаивала она.

Слезы лились сами собой, но она их не замечала. Рушилась вся ее запланированная жизнь. Но как же это все-таки подло! Вместо свадьбы — похороны, вместо белого платья, этого белого чуда, что лежит в соседней комнате, — траур! В голове не укладывается! Как же все страшно, нелепо, не правильно!

Максим метнулся в сторону и принес ей стакан воды, но она оттолкнула его руку, продолжая выкрикивать бессвязные и безадресные обвинения. Стакан со звоном упал на пол и разбился. Максим кинулся подбирать осколки, а Лара плакала. Плакала, как и все люди, на которых внезапно обрушивается удар судьбы. Наконец она обессилела и только всхлипывала Максим снова принес ей стакан воды, и она взяла его покорно, как ребенок.

— Вам нужно отдохнуть, — прошептал он, — а лучше принять снотворное.

Она снова покорно кивнула и указала на шкафчик, где хранились лекарства. Лара проглотила таблетку, позволила отвести себя в спальню и свернулась калачиком на кровати.

— Не уходите, — попросила она, — мне страшно.

— Хорошо, — Максим кивнул, — я никуда не уйду, отдыхайте.

Засыпая, Лара видела его фигуру на стуле, затем все провалилось в черную бездну.

Ларе казалось, что она взбирается на высокую гору, лезет все выше, но никак не может достигнуть вершины. Огромные камни начинают вдруг катиться вниз с невообразимым грохотом. Она пытается сжаться в комочек, чтобы уберечь себя от камнепада, но пальцы разжимаются, и она летит вниз, в черную пропасть, но снова цепляется за какой-то уступ, пытается выбраться и снова падает… Неожиданно сон разжал свои цепкие когти и отпустил ее.

Лара вздохнула и открыла глаза. Она лежала на своей кровати в своей комнате, ее окружала привычная обстановка. Она потянулась и перевернулась на спину. Ей нравилась ее спальня: ничего лишнего, но все необходимые предметы на своих местах. Большая удобная кровать с высокой резной спинкой в изголовье. Мало кто знал, что кровать имеет секрет. Стоит только надавить на один из резных завитков, как срабатывает пружина и снизу поднимается зеркало. Просто и изящно. Кому-то зеркало в изголовье кровати может показаться даже старомодным (мало ли сейчас новшеств придумано!), но Ларе это нравилось, а тех партнеров, которых она удостаивала чести остаться у нее в гостях, неизменно приводило в восторг. А стоило лишь потрогать другой завиток, как кровать обретала свой прежний «добропорядочный» вид. Окно задрапировано портьерами в тон покрывалу и ковру на полу.

Ларе нравилось смотреть, как дневной свет сочится сквозь нежно-бирюзовые занавески, и как бы ее ни убеждали знакомые и подруги, она не заменит их на розовые или золотистые. Голубой, бирюзовый, зеленый — эти цвета всегда ее успокаивали, самые подходящие цвета вместо кричащих и ярких. Пусть все яркое останется ее матери: как восточная женщина, та в восторге от кричащей пестроты.

Она скользнула взглядом по стенам. Серовато-белый тон обоев, цвет тусклого серебра хорошо сочетается и с цветом мебели, и с цветом вещей, самый универсальный из цветов. Ее всегда поражало, насколько гармонично подходит он к любому другому цвету. Взгляд сместился от окна влево и остановился на ее гордости: изящный комод с огромным трехстворчатым зеркалом. Возле него Лара провела немало приятных часов. Во множестве ящичков хранится столько необходимых для женщины безделушек, косметики, аксессуаров, а само зеркало позволяет увидеть себя практически со всех сторон.

Она подняла руки и потерла лоб. Голова болит жутко, нужно встать и пойти сварить себе кофе. Она поднялась, одернула платье. Что за блажь спать днем да еще и в одежде? Никогда с ней такого не было. Но не успела она сделать и шага, как в дверном проеме показалась мужская фигура.

— Вы уже встали? — спросил незнакомец.

Лара замерла. Чужой мужчина у нее в доме… Но тут словно прорвало плотину в мозгу. Незнакомец… Максим, да, его зовут Максим. Он пришел, чтобы сказать о смерти Виталия. Виталий мертв. Ее свадьба… Никакой свадьбы не будет! Она осталась одна! Лара опустилась на кровать. Хотелось закричать, что она не верит, что это все глупый розыгрыш, но Максим вошел в комнату, присел перед ней на корточки и спросил:

— Вам уже лучше? Что я могу сделать?

— Позвонить, — выдавила Лара, — там в коридоре телефон и книжка. Позвоните Анне, пусть приедет.

— Может, родителям? — спросил Максим, но Лара покачала головой. — Понимаю, — сказал он, вставая, — я позвоню.

Он тихонько вышел из комнаты и прикрыл за собой дверь.

Оставшись одна, Лара сжала виски ладонями. С родителями тоже говорить придется, но пусть это случится позже. Сейчас ей не нужны ни сочувствующие взгляды, ни слова утешения. Да и кто сможет ее утешить? Пожалуй, только Анка, с ее трезвым взглядом на вещи, здоровым цинизмом и отсутствием эмоций. А Максим? Откуда вообще взялся этот парень? Виталий никогда ничего о нем не говорил. Он знакомил ее со своими друзьями, но Максима среди тех не было, за это она ручается. Может, все-таки шутка? Розыгрыш? Но внутренний голос подсказывал, что Максим не из тех, кто стал бы так жестоко шутить.