Чтение онлайн

Он посмотрел на меня и спросил:

— Мы знакомы?

— Возможно, вы видели меня в конторе. Боб, — непринужденно заметил я. — «Эдвертайзер».

Черт, может быть, и вправду видел. Практически все, что я мог ему сказать, могло оказаться правдой.

— Хм, — произнес он мрачно, — опять репортер. Новенький?

— Совершенно, — улыбнулся я.

— Что у вас еще?

— Нужен материал, который заинтересует читателей. Продолжение истории про баньяновое дерево. Нашли этого парня?

Он покачал головой:

— Пока нет, но найдем.

Он произнес это так угрюмо, что я сказал:

— Я... мы в редакции даже не уверены, что вы его ищете. Он ведь ничего страшного не совершил, так?

— Может быть. А может быть, и совершил. Возможно, в этом деле появляется убийство.

— Как это?

— Прошлой ночью на улице Монсаррат были двое убитых. Начальник взвалил на меня это дельце. Мы хотели бы поговорить с этим парнем об убийствах.

Наверное, что-то отразилось на моем лице. Я не был в этом уверен, но чувствовал, что это так.

— В чем дело? — спросил меня Уэнг.

— Гм, ничего. Я подумал, что из этого можно сделать материал. А что заставляет вас думать о его причастности к этим двум убийствам?

— Этот тип сбежал из торгового центра в одной только юбочке для хулы. А около одного из убитых лежала именно юбочка для хулы. И его одежда исчезла. По-моему, достаточно ясно. Возможно, убийца сейчас ходит в костюме убитого.

На этот раз, я был уверен, на моем лице много чего отразилось. Я сглотнул и сказал:

— В этом есть резон. А может быть, он просто наткнулся на труп и позаимствовал вещички...

Выражение лица Уэнга заставило меня замолчать. Я почувствовал, что на лбу у меня выступила испарина.

— Хотя вряд ли. — Я запнулся. Я мечтал поскорее унести отсюда ноги, но не мог же я просто повернуться и убежать. Поэтому я снова спросил:

— Так вы его не нашли?

— Пока нет. Вы ведь знаете, что это за штука — свидетели. Мы уже имеем около двух десятков различных его описаний. Конечно, девушка, бывшая с ним, могла бы описать его. Очень хорошо описать.

— Эта Лоана?

— Ага. Но мы пока не знаем, где она. Может быть, она вместе с ним. — Он сделал паузу. — Но так или иначе я еще сегодня с ним побеседую.

— Да? А что вы скажете для меня — для нас? Он подумал.

— А почему бы нет? Пошли.

Я оглянулся на дверь, ведущую во внешний мир, и последовал за ним в маленький кабинет. Он сел за стол, выдвинул средний ящик и извлек из него бумажку.

— Это нашли в кармане брюк, оставшихся в домике на дереве, — сказал он. — Больше ничего, ни пиджака, ни рубашки. Когда мы там все осматривали, девица уже исчезла и мы не смогли побеседовать с ней, поэтому мы не знаем точно, что там случилось.

Уэнг смотрел на меня с любопытством, словно пытаясь вспомнить, где он мог видеть меня раньше. Веко-ре он догадается сравнить мою физиономию с описанием скрывшегося парня, о котором я его расспрашивал. У меня тошнота подступила к горлу. Наконец он сказал:

— Я думаю, что либо этого парня зовут Шелл Скотт, либо Уэбли Олден, либо он вор. Мне сказали, что Шелл Скотт — частный детектив из Лос-Анджелеса, а кто такой Олден — не знаю.

Я посмотрел на бумажку. Это был чек, выписанный на имя Шелла Скотта и подписанный Уэбли Олденом. На чеке были отпечатаны фамилия Олдена и его адрес в Медине, Калифорния.

— А как вы узнали? — спросил я Уэнга.

— Все, что мы обнаружили в карманах его брюк, — это немного мелочи, носовой платок и этот чек Либо он сам выписал этот чек, либо он был выписан ему, либо он его украл. — Он ухмыльнулся этому умозаключению.

Потом улыбка медленно сползла с его лица, он уставился на меня, а потом спросил:

— "Эдвертайзер", вы сказали?

— Правильно.

— Как вы сказали ваша фамилия?

— Э. Смит.

— Смит? Довольно распространенная фамилия. — В голосе его звучало подозрение.

Наверное, мне следовало бы назваться как-то иначе, но теперь было уже поздно. Он так насторожился, что я сказал:

— Да. Ну... то есть у меня двойная фамилия.

— Двойная фамилия?

— Да. Смит-Браун. У моих родителей было своеобразное чувство юмора. Смит-Браун... а? Он ничего не ответил.

— Ну, — сказал я, — спасибо. Большое спасибо. Детектив Роберт Уэнг, так? У-э-н-г? Хочу быть уверен, что правильно записал вашу фамилию. Я очень щепетилен в таких вещах — особенно после того, как меня нарекли подобным образом. У-э-н-г, правильно? — Да. И Роберт пишется Р-о-б-е-р-т. Взаимопонимание между нами исчезло. Я снова поблагодарил его от себя лично и от имени газеты и выскочил из здания полиции. На улице я едва подавил в себе всепоглощающее желание бежать, быстрым шагом прошел квартал и остановил такси. Дыхание у меня восстановилось, только когда мы были в десятке миль от полицейского управления Гонолулу. Но и тогда я не успокоился, я знал, что детектив Роберт Уэнг звонит в редакцию «Эдвертайзер», разыскивая репортера Смита-Брауна.

Тут его поджидало разочарование.

Солнце склонялось к закату, когда я вернулся в «Гавайскую деревню». За это время я успел купить новый габардиновый костюм голубого цвета, ботинки, словом, оделся во все новое с ног до головы, включая соломенную шляпу с лентой, окрашенной в цвета павлиньих перьев. Похоже, мне нравились яркие вещи, но это было практически все, что мне удалось узнать, не считая того, что мне сказали в полицейском управлении Я понимал, что самые простые и легкие ответы на все эти вопросы могла бы дать Лоана Калеоха, но ее телефон не отвечал. Поэтому я пообедал в ресторане «Али-Али-Кай» — божественное махи-махи, посыпанное хрустящими орешками. Обедал на открытой веранде, и маленькие птички с глазами-бусинками с любопытством посматривали на меня с соседних столиков и стульев. Потом я прошел к телефону и снова позвонил Лоане. И снова никто не ответил.

Я позвонил в клуб «Пеле» и попросил ее к телефону, но мне сказали, что ее там нет и никто не знает, появится ли она позже и будет ли участвовать в шоу, Может — да, может — нет.

Спустя полчаса я на такси приехал в клуб. Он находился за Алмазным мысом, на берегу океана — эдакое супертропическое заведение. По узенькому мостику я прошел в холл. Слева была длинная стойка бара, отделенная бамбуковой перегородкой от сада, где стояли столики, по большей части уже занятые, дрожали язычки пламени свечей. На маленькой танцевальной площадке струнный оркестр играл нежную и ритмичную мелодию, а несколько пар танцевало.