Чтение онлайн

Но больше всего ее поразили даже не книги, а нечто другое: маленькая деревянная лошадка на колесиках с густой гривой и хвостом. Интересно, эта игрушка принадлежала Тому, когда он был ребенком? И почему эта вещица здесь, в театре «Белая лилия»?

И тут она вспомнила слова мужчины, который выкрикнул Тому:

– В лавке, где придаются игрушки.

Том отрицал, что его могли видеть в подобном месте. Это уже интриговало.

Сильвия подняла глаза и встретилась с Томом взглядом. Он молча наблюдал за тем, как девушка изучает его кабинет. Смутившись, она опустила глаза и увидела на письменном столе рисунок большого здания.

– Планы, – коротко бросил Том. – Другой театр.

– Выглядит грандиозно. – Здание и на самом деле выглядело величественным и громадным. Впечатляли ряды огромных окон по всему фасаду и вход в здание, украшенный колоннами.

– Это смотрится чертовски фантастично: – Том заявил так уверенно, словно это был уже свершившийся факт. – Этаж развлечений, этаж для приемов, этаж… – Он замолчал, вероятно, пытаясь представить все, о чем рассказывает, и поднял на Сильвию глаза. – Нужны немалые средства для того, чтобы «Джентльменский эмпориум» стал реальностью. Я заказал этот рисунок и работаю сейчас над планом. – Сильвия уловила гордость и уверенность в его голосе, когда он показывал на бумаги. – Во многом это будет похоже на «Белую лилию», только гораздо грандиознее.

– Но почему именно… именно подобного рода, мистер Шонесси? – Она жестом показала, что имеет в виду все, что их окружает. – Почему именно как «Белая лилия»?

Похоже, этот вопрос удивил Тома, но, откинув голову назад и глядя на потолок, он сделал вид, что всерьез ищет ответ на него. И вдруг, словно его только что осенило, бросил всего одно слово:

– Секс.

Слово повисло – огненно-пылающее, как бы пульсирующее в воздухе, всеми свистящими согласными, как вывеска над входом в «Белую лилию». И Том, и Сильвия смогли понять, что это слово означает для каждого из них. Сильвия почувствовала легкое головокружение.

– Весьма драматично, мистер Шонесси, но не могли бы вы объяснить подробнее? – Сильвия чувствовала, что голос ее слегка срывается, но надеялась, что Том этого не замечает.

Том весело засмеялся.

– Ну что ж, все очень просто, мисс Шапо. Я начал жизнь, не имея ничего за душой. Желал я большего. Кое-что знал о театре. Многое мне было известно о мужчинах и женщинах. В жизни я встречался с разными людьми. Талант и опыт позвали меня за собой. И вот я пришел к этому. Так что же в том плохого?

– Но это… – Сильвия неопределенно взмахнула рукой. Ужасно, подумала она. Шокирует. Цинично.

– Это забавно, – усмехнулся Том. – Прибыльно. Люди хорошо проводят время.

– В том числе и Молли? – вероятно, слишком поспешно и резко выпалила Сильвия.

Улыбка исчезла с лица Тома. Вздохнув, Том откинулся на спинку кресла и снова взглянул на нее, как бы решая, стоит ли вообще что-то объяснять ребенку.

– Вам известно, чем занималась бы Молли сейчас, не окажись она в моем театре?

Сильвия не ответила, стараясь мысленно представить себе это. Угадать было несложно.

– Вы думаете, что из нее вышла бы хорошая гувернантка? Или приличная судомойка? Вы полагаете, что ее жизнь могла лучше сложиться? Хотите знать, где она жила до того, как появилась в моем театре? И чем она занималась?

– Я поняла вас, мистер Шонесси. Вы добрый самаритянин.

Том невесело хмыкнул.

– Вряд ли. Но я беру на работу людей, которых многие и не подумали бы нанимать. Людей, которые никогда раньше не работали. Людей, с которыми меня в жизни сводил лишь случай. И дело не в благотворительности, мисс Шапо. Обычно в ответ мне платят лояльностью и исполнительностью. Да, случается иногда… Так вот, я нанял старого приятеля, чтобы он охранял вход в уборную. Джека. – Том рассеянно крутил перо. – Похоже, Молли поплатилась за мою ошибку.

Он пытался скрыть волнение. Сильвия поняла, что все случившееся с Молли на ее глазах Том воспринимает болезненно. Ей хотелось просить у него прощения. Однако Том озабоченно поглядывал на бумагу, разложенную на столе.

– Вероятно, мисс Шапо, вы смогли бы понять все, что я сказал, если бы вас всю жизнь не ласкали и не баловали.

Факел, поднесенный к фитильку ее вспыльчивого характера, мгновенно сработал.

– Меня никогда и никто не баловал!

– Да? – На его губах появилась еле заметная торжествующая усмешка.

Девушка поняла, что значительно облегчила ему задачу. Получается, все, о чем она думала и что чувствовала, становилось более значимым и выходило наружу, стоило ей оказаться рядом с этим мужчиной.

Пожалуй, было бы разумнее держаться от него подальше.

– В таком случае вы, вероятно, немного знаете, что такое работа? – Похоже, их разговор заинтересовал Тома не на шутку. – Вы сказали, что способны научить меня кое-чему. Я готов стать усердным учеником. – Его улыбка была полна коварства.

– Да, я кое-что знаю о работе. Я работала всю жизнь и могу уверенно говорить об этом.

– Значит, вы – женщина с амбициями, мисс Шапо?

– А разве не все женщины таковы… в какой-то степени? Разве жизнь не вынуждает нас быть такими? – Сильвии стало горько от собственных слов.

Том молчал.

Он сосредоточенно смотрел на стол. Как бы распрямляя лист, Том задумчиво провел рукой по рисунку величественного здания.

– То, что произошло с Молли, больше не повторится. Я, как правило, делаю выводы из своих ошибок. – Том внезапно перевел взгляд с листа на Сильвию. Он смотрел так, словно хотел убедить ее в истинности своих слов. – Хотя даже «Белая лилия» появилась благодаря ошибке. – Улыбнувшись и как бы подтверждая сказанное, Том показал руку со шрамом. – Мне было десять лет, и я научился воровать сыр. Мальчишки вроде меня досаждали владельцу одной палатки хуже насекомых и вредителей. Однажды продавец меня поймал. Я пытался вырваться, но он меня достал. – Это Том сказал почти весело. – Началось заражение, и я едва не умер. Если бы не аптекарь, пожалевший и вылечивший умирающего парнишку. Узнав, что в порту требуется рабочий в таверну, этот добрый человек помог мне туда устроиться. Потом я несколько раз менял работу. Довелось поработать и в театре. А потом… – Он замолчал. И вдруг его глаза изумленно засветились. – Наверное, я всегда был везучий. В особенности по части друзей.

Везучий? Сильвии стало не по себе, когда она представила, как взрослый мужчина подступает к мальчишке с ножом. Правда, представить воочию Тома Шонесси маленьким, испуганным, голодным, больным и даже умирающим было весьма трудно. Даже невозможно. Он казался…

Казалось, Том Шонесси никогда и ничего не боялся.

Сильвия вдруг поняла, что спокойствие, которое она в нем ощущала, было приобретенным. Благодаря осознанию того, что он способен преодолеть самое худшее, что только может подбросить жизнь.