Чтение онлайн

Женщина медленно, даже несколько надменно, начала поднимать вуаль затянутыми в перчатки руками. Ага, эта женщина уверена в своих чарах. Тома охватило предчувствие чего-то необычного, что его изрядно удивило. Нельзя сказать, чтобы он был слишком пресыщен, но в последнее время крайне редко испытывал удивление, когда дело касалось женщин. Вуаль, мысленно отметил он для себя. Использовать вуаль в представлениях «Белой лилии». Возможно, действие в гареме.

Незнакомка подняла голову, чтобы взглянуть на него. Том был потрясен. Он физически ощутил ее красоту, почувствовав, как заныл у него низ живота. Ее подбородок, упрямый и элегантный одновременно, приподнялся то ли надменно, то ли для того, чтобы показать – она намерена защищаться. Удивительно нежный рот, бледно-розовые губы: нижняя – полнее, верхняя – чуть короче. Ясные, блестящие глаза на необычайно белом лице. Над глазами зеленоватого оттенка, умными и очень живыми, и в радужной оболочке которых играли блики другого цвета, изгибались тонкие каштановые брови. Они великолепно гармонировали с цветом ее волос.

Их взгляды встретились. Том с огромным удовлетворением заметил искры, промелькнувшие в ее зрачках, искры, которые невозможно было скрыть. Это всегда был замечательный, сладостный момент – признание взаимного притяжения между двумя красивыми людьми. Том улыбнулся ей, признавая этот факт, уверенно призывая ее разделить его ощущение.

Однако она медленно и небрежно отвернулась. Словно голуби, бродившие по конюшенному двору, представляли больший интерес, чем мужчина, стоявший перед ней и протягивающий фляжку.

Женщина вновь взглянула в глаза Тому и протянула руку к фляжке, словно голуби помогли ей принять решение. Она элегантно поднесла фляжку ко рту и сделала глоток.

Глаза ее удивленно округлились. Том усмехнулся:

– Интересно, что вы ожидали, мадемуазель? Виски? Я похож на любителя виски? Это французское вино. Советую вам его выпить. К тому же оно не так уж дешево.

Сильвия, прежде чем проглотить, на мгновение задержала вино во рту.

Том почтительно поклонился:

– Мистер Том Шонесси к вашим услугам. А вы мадемуазель…

– Мадам, – коротко поправила она.

– О, но я думаю, что нет… У меня прекрасная интуиция. – Он произнес последнее слово на французский манер. В написании по-английски оно выглядит точно так же, как и по-французски, и означало одно и то же – способность к догадке. – Я думаю, вы – мадемуазель.

– Вы строите смелые догадки, мистер Шонесси.

– Я всегда имел счастье не церемониться с догадками. Можно смело сказать, я на этом построил свою жизнь.

Она окинула его взглядом своих зеленых глаз, очевидно, пытаясь по его лицу и одежде сделать о нем свои заключения. Без сомнения, она помнила о его поведении при встрече с грабителями. В ее глазах промелькнула настороженность с оттенком явного недоверия, но не страх. Да, вероятно, эта француженка – мадемуазель. Но не столь наивная, как кажется, коли не спешит доверять незнакомцу. Она явно знала, каковы бывают мужчины.

– Это было смело с вашей стороны – сделать то, что вы сделали, – решился сказать Том.

– Да, – согласилась она.

Том улыбнулся и готов был поклясться, что она была близка к тому, чтобы улыбнуться в ответ.

– У вас есть деньги? – спросил он напрямик. Женщина вновь напряглась.

– Я не думаю, что это вас касается, мистер Шонесси.

– Вязальная спица и вдовий наряд – это хорошо, но деньги, мадемуазель, – это все. У вас хватит денег, чтобы добраться туда, куда вы направляетесь? Ведь грабители забрали вашу сумочку. Разве не так?

– Да, ваш приятель мистер Биггси забрал мою сумочку. Возможно, я не была бы столь смела, если бы не знала цены своей смелости.

– У вас, мадемуазель, не хватило ума зашить немного денег в подоле вашего платья? Или в рукаве. Поближе к своему оружию? Если женщина путешествует одна, без сопровождения, ей стоит быть предусмотрительной и изобретательной.

Немного помолчав, Сильвия спросила:

– Почему вас интересуют мои деньги, мистер Шонесси?

– Просто как джентльмен я беспокоюсь о вашем благополучии.

– Ой, думаю, что это не так, мистер Шонесси. У меня тоже есть интуиция. Я не верю, что вы джентльмен.

Вот так – сухо и с кислинкой, как то вино, которым он ее только что угостил. И в то же время освежающе. Вероятно и это его удивило, – несколько язвительно.

– Ну хорошо. Возможно, вы заинтересовали меня, потому что вы красивы и загадочны.

Сильвия чуть помолчала и, приподняв голову, изучающе взглянула на него.

– Возможно? – повторила она и вскинула в удивлении тонкие брови. Женщина как будто противилась собственной натуре, но натура брала над ней верх.

Легкий трепет радости пробежал по его позвоночнику. Ага, в ней жила кокетка, и Том почувствовал это. Но он видел это словно сквозь запотевшее оконное стекло. Ему хотелось уничтожить ее страх и недоверие, чтобы увидеть женщину реальную, живую и, без сомнения, интересную.

На щеках Сильвии появился легкий румянец, и выглядела она гораздо лучше. Вот что способно сделать с человеком доброе французское вино.

– Я могу помочь вам, – поспешил заверить Том.

– Я благодарю вас за вашу… заботу, мистер Шонесси, но я… не хочу никакой помощи… от вас.

Это прозвучало примерно так: вы будете последний в мире человек, к которому я обращусь за помощью.

Обстоятельства их знакомства были столь необычны, что Том не осуждал женщину. Разумеется, та была права, и он уважал ее мудрое решение не доверять малознакомому человеку. Бесспорно, это отнюдь не глупая женщина, хотя и хранила все имеющиеся деньги в злосчастной сумочке. Том предложил ей помощь, как истинный джентльмен. Он знал: окажись сам на месте этой женщины, тоже не доверился бы первому встречному. Особенно после того, как человек откровенно обменялся теплыми воспоминаниями с вооруженным грабителем с большой дороги.

– Ну что ж, ладно. Позвольте мне лишь сказать, что я не «сожалею» о том, что вы «воткнули» в меня спицу, мадемуазель, или… сели на меня.

С минуту она смотрела на Тома, слегка наклонив голову.

– Вы смеетесь над моим английским, мистер Шонесси? – В ее голосе чувствовалось легкое любопытство.

– Пожалуй, что так. Немножко. – Он вдруг понял, что испытывает некоторое раздражение.

К его удивлению, незнакомка наконец улыбнулась. Настоящей, искренней улыбкой, и глаза ее при этом заискрились, стали огромными и сияющими, как лампы. Эта улыбка заставила Тома поверить в то, что при других обстоятельствах эта женщина смеется много и с удовольствием, и он ощутил внезапный и сильный спазм в животе.