Танец волка
Шрифт:
– А какой самый быстрый? – не унимался Харра.
– Вон тот, крайний, – сказал четвертый разведчик, Синир Цепкие Пальцы. – Забыл, что ли? Если бы он не сел тогда на брюхо, мы бы с тобой уже в Валхалле пировали.
– Это ты – в Валхалле, а я – в Ирии, – внес поправку Харра Стрекоза.
И схлопотал еще один тычок, поувесистее.
– Рот закрой, – буркнул Трувор. – И двигай вниз. Скажешь нашим, что увидел. И что мы спускаемся. Синир, ты – последний.
В поселке спали все. Умаялись. Последние дни все его обитатели: и рабы, и люди – трудились на пределе сил. Подготовка в дальнему походу – тяжкая работа. А у Сигурда-конунга не забалуешь. Видит всё и всех и не зря слывет самым жестоким из Рагнарсонов. Даже более жестоким, чем старший брат Ивар. Потому что, когда Сигурд в гневе – не щадит даже своих.
Луна серебрила змеиный изгиб фьорда. Когда четверо взобрались на борт драккара, заметила их только спавшая на палубе чайка.
Собаки молчали. Ветер дул с берега. Превосходная ночь.
Четверо распределились по кораблю.
Через некоторое время вновь встретились.
– Весла – все, парус, снасти – тоже, – доложил Синир. – И для починки – всё есть. Инструмент, парусина…
– У тебя что, Витмид? – спросил Трувор.
– Припасов – нет, воды – нет, оружейные ящики пустые, – сообщил Витмид.
– Не беда, – решил Трувор. – Драккар в порядке, это главное.
Да, это было главное.
Луна зашла.
И едва это случилось, драккар сдвинулся с места. Бесшумный и невидимый, подталкиваемый ветром и легкими толчками – чтобы без случайного всплеска – двух весел, он отделился от берега и канул во тьме.
И пропал.
Конец пятой книги