Чтение онлайн

Поскольку сказать мне больше было нечего, я, ни с кем не прощаясь, ушёл оттуда и вернулся домой. Долго пытался уснуть, но удалось мне это сделать только под утро. Сон оказался не таким долгим, каким бы мне хотелось, он вышел рваный, вымученный. А когда я всё же решил встать (полдень миновал пару часов назад), то по отдалённым звукам понял, что начало следующего сражения я пропустил.

Налвития уже осадила стены города, не став дожидаться, пока я высплюсь.

Домового я не встретил сегодня, да и не искал его — поди, пауки снова загнали его в какой-то угол. Ничего, сам разберётся.

Что нужно было с собой брать, я понятия не имел, да и не было у меня толком ничего. Снова привычный кинжал, но как основное оружие — топор. Очень хотелось бы раздобыть кольчугу, но ещё позавчера я узнал, что вообще с любой бронёй в городе дикий напряг — хватило только одеть всех солдат да четверть добровольцев, внезапно решивших записаться в армию в свете последних событий. Тысячники подняли ополчение, разрешив каждому рубить и колоть всех, кто хоть немного похож на мертвеца, но с оружием снова возникли проблемы — ополченцы хотели что-то посерьёзнее столовых ножей да припасённых у некоторых вил и лопат, а имевшегося запаса в арсенале хватило только на половину добровольцев. Конечно, дворяне и Зара выделили небольшие партии колющих, режущих и дробящих предметов, но это — капля в море.

Куда мне нужно было идти, я тоже понятия не имел. Самым логичным вариантом было отправиться снова на стены, но там сейчас и так не продохнуть, да и бесполезен я там. Подступившую армию мёртвых я уже чувствую, но Налвиты не ощущаю, хотя не уверен, должен ли. Правда, в любом другом месте я тоже бесполезен, а на стене есть маленький шанс разглядеть некроманта и, быть может, тогда мне чего и придёт в голову.

Та часть города, где размещался мой новый дом, опустела и вымерла. Всех жильцов на много кварталов в округе действительно прогнали, и вместе с ними куда-то делись все кошки, собаки и даже птицы. Жуткое место, если честно. Слава Молдуру, мародёры ещё не добрались досюда, иначе бы я не ручался за их здоровье — в такое время заниматься подобным — хуже не придумаешь.

Но чем ближе я подходил к стене, тем страшнее мне становилось. День выдался ясным, но за стеной небо заволокло поднимавшимся от горящих мертвяков зловонным дымом, периодически что-то где-то трещало, изредка я слышал взрывы соназгских палочек. А один раз, когда до стены осталось пройти всего один квартал, я почувствовал, как под ногами покачнулась земля, при этом по воздуху прокатился сильный гул, на несколько секунд заложивший уши.

— Что это было, Молдур их побери? — вскрикнули неподалёку.

Свернув за угол, я увидел небольшой отряд солдат в тяжёлой броне, с гербами с ящерицей на груди — дворянские подкрепления. Они караулили ту самую дверь, через которую я когда-то впервые вошёл в этот проклятый город; ныне данный проход в стене тщательно замуровали с обеих сторон, но вероятность того, что мертвяки прогрызут проход именно здесь, всё ещё оставалась — внутри проход никто не заделал.

Они меня не заметили, я спокойно прошёл мимо и вскоре подошёл к той самой башне, где я вчера наблюдал за сражением. Несколько добровольцев, из числа внушительных с виду, стояли перед входом.

— Вас ожидают наверху, — они меня узнали. — На крыше.

Я кивнул.

На вершине дозорной башни ровным счётом ничего не изменилось, всё те же лица, всё тот же тысячник Мясник, разве что сотников и десятников больше не наблюдалось. Моё появление не осталось незамеченным — несколько лучников бросили на меня украдкой недовольные взгляды, мол, они тут жизни пытаются спасти, а я спокойно где-то шляюсь. А вот Эон мне обрадовался.

— О, наш главный козырь пришёл! — воскликнул он, не отрываясь глядя на карту тактических действий с изображением города. — И как тебе видок?

Вид с такой высоты действительно оказался головокружительным, но не от высоты. Повсюду, до самых краёв ближайших холмов, были вурдалаки. Большинство одинаковые, как близнецы, человеческие, но кое-где встречались и другие — животные. Медведи, лоси, волки и собаки и многие другие. Налвития, похоже, не поскупилась вычистить и леса от живности по пути, вот только её самой нигде не было видно. В отдалении мертвяки брели разрозненно, реденьким, но постоянным потоком, а вот на расстоянии сотни саженей их строй был очень плотен, сплошной ковёр мертвечины — туда-то со стен и стреляли. За прошедшую ночь город успел ещё немного подготовиться к обороне, вырыв неширокий и явно мелковатый ров кольцом вокруг города, который уже успело залить водой из местной речки, а сверху добавили горючего и весьма густого масла. Оно горело достаточно вяло, но, видать, долго — под стенами я разглядел множество обугленных трупов, уже успевших изжариться. Вурдалакам было плевать на этот ров и огонь в нём, они тупо вступали в него, на пару секунд погружались в пламя по пояс, а затем выныривали и шли дальше — загорались от этого хоть и многие, примерно каждый второй, но не все. Лучники из числа поопытнее экономно стрелой-другой поджигали их, в то время как все остальные стреляли дальше, за ров, где промахнуться было невозможно. В некоторых местах на земле я видел воронки в пару саженей в поперечнике, а рядом множество разбросанных, но все ещё шевелящихся ошмётков. Одна из этих воронок оказалась впритык к стене, совсем рядом с нами, и в том месте в стене образовалась почерневшая вмятина. Насколько она глубока, я понятия не имел, но раз о ней не беспокоились, значит, не сквозная.

Армия мертвецов ощущалась мной не как сплошной поток Холода, единым гигантским пятном, как в случае с Ловцом Снов. Я чувствовал каждого по отдельности, хотя в итоге всё равно всё смешивалось в башке в единую кашу. Это сродни не морю, а скорее дождю — отдельные капли различимы, но только если напрячься, да и то, на пару мгновений, не больше. Мёртвые постепенно обступали город со всех сторон, растекались вокруг него, и вслед за ними стены заполнялись лучниками. Я чувствовал всю армию, я мысленно знал, где идёт самый последний вурдалак, самый слабый, самый дохлый и самый новый, но из-за холма он покажется ещё не скоро. Сейчас мы видели всего лишь треть армии, и я услышал, как адъютант доложил Эону о том, что численность врагов оказалась несколько больше предсказанной. Всего на несколько сотен, но эти сотни вполне могли оказаться решающими.

Вурдалаки кое-где пытались прорваться толпой. Они подступали к стенам и взбирались на своих же собратьев, на них в свою очередь вставали новые, и так они пытались дотянуться до самой верхушки стены. Но их вовремя останавливали брошенной прямо в сердце толпы взрывчаткой — её берегли как раз для подобных случаев. Будь их в этом месте больше, и будь армия хоть немного организованной, они бы давно перевалились на другой край, но иметь за спиной поддержку некроманта ещё не означает обрести мозги. А Налвита, хвала богам, не способна так точно контролировать своих миньонов. Никто не может, иначе бы некроманты не проиграли свою войну, в каждой армии нужны те, кто обеспечивает выполнение тактических приказов — не только тысячники-стратеги, но и сотники, пятидесятники и десятники.

Там, где не могли совладать лучники, но куда взрывчатку не торопились кидать по разным причинам, поспевали маги. Несмотря на то, что я знал, что их всего четверо, и только лишь двое из них непосредственно атакуют, их разрушительные Нити летали во все стороны. Вот в одном месте сразу шесть или семь вурдалаков оказались объяты пламенем, вот в другом месте ещё примерно столько же мгновенно превратились в каменные статуи, вот в третьем месте сразу несколько десятков охватило сиреневой цепной молнией, мгновенно испепелившей их всех. Вот возле основных ворот ещё десяток мертвецов, слишком близко туда подобравшихся, с громким хлопком отшвыривает далеко назад. Но маги экономят силы, и это отчётливо заметно, они тщательно выбирают направления своих Нитей, пытаясь действовать наиболее эффективно, не растрачиваясь попусту. Бьют туда, где врагов больше всего, где не пропадёт даром ни одна капля затраченных сил.