Танки Первой Мировой

5 сентября 1916 г. в ходе затянувшегося сражения на реке Сомме вышли в бой первые 32 британских танка. Впервые заявило о себе новое боевое средство, которому суждено было вместе с боевой авиацией, автоматическим оружием и радиосвязью в корне изменить характер боевых действий, систему вооружения и организации армий и, по сути, определить облик всего ХХ века.

Книга, предлагаемая вниманию читателей, посвящена истории появления и боевого применения первых танков. Основное внимание уделено истории разработки, постройки и боевого применения британских, французских и германских танков. Отдельные главы посвящены предыстории появления танков, работам над вездеходными боевыми машинами, проводившимся в тот период в России, США и Италии.

Заря танкостроения интересна не только конструкциями самих машин — как воплощенными «в железо», так и оставшимися только в чертежах и эскизах, — но и обстоятельствами, которые вызвали и сопровождали рождение первых танков, впервые поставленными вопросами производства, поставок, эксплуатации и ремонта нового боевого средства. Наконец, не лишены интереса вопросы организации и подготовки первых в истории танковых частей и, конечно, приобретенный ими боевой опыт. Эти вопросы также освещены в данной книге, тем более что они прямо связаны с развитием конструкций танков.

Для полноты картины приводятся сведения об экипировке танкистов, вариантах окраски и обозначения танков — ведь эти вопросы также приходилось решать впервые. Также приводятся сведения о боевом применении британских и французских танков постройки периода Первой мировой войны в последующих военных конфликтах — включая гражданскую войну в России, гражданскую войну в Испании и Вторую мировую войну.

Сразу после боев на Сомме военный корреспондент лондонской «Таймс» не без гордости писал в статье «Сухопутный флот»: «Возможно, что прежде, чем окончится война, и мы, и германцы, и наши союзники будем строить новые чудовища, громадные и страшнее этих; возможно, что мы увидим сражения целых флотов сухопутных дредноутов и мониторов; но несомненно, что в этом деле мы первые. Теперь эта дьявольская машина принадлежит нам, и только нам».

Но очень скоро на «отцовство» танка начали претендовать другие. И хотя реально значим приоритет в создании и практическом применении нового средства, а не в области «идей» и проектов, вопрос о том, «кто первым придумал», стал предметом бурных и долгих споров. В 1919 году вопросом о приоритете занималась специально утвержденная королем комиссия британского парламента. Она установила, что создателями танка все-таки были англичане, хотя германские, американские, а также советские и российские авторы по сию пору имеют на этот счет свое мнение.

В поисках дальних предшественников и прототипов танка можно погружаться глубоко в историю. Чтобы лучше понять, как зарождалось это новое боевое средство и к каким аналогиям прибегали его создатели и свидетели первых его шагов, совершим небольшой исторический экскурс.

История военной техники древности и Средних веков сложна и многообразна, поэтому ограничимся отдельными примерами. Танки создавались для штурма и «взлома» сильно развившихся оборонительных линий. Так что вполне резонно поиски прототипов нередко начинают со штурмовых машин, применявшихся в крепостной войне осадных башен, таранов и т. п.

Осадные (штурмовые) башни, подводимые к стенам города на катках (колесах) для обстрела обороняющихся с высоты, перехода на стены по перекидным мосткам, подвода к стене тарана, прикрытия солдат, идущих на штурм, использовали разные народы в разные периоды времени. Карфагеняне, например, применили шесть больших осадных башен при осаде греческого города Селинунта на Сицилии в 409 г. до н. э.

Башни обычно обшивали досками, для защиты от зажигательных снарядов — самой большой опасности для них — использовали невыделанные шкуры, обмазку досок глиной, для защиты от снарядов ударного действия кроме шкур могли служить циновки, мешки со смоченной уксусом мякиной, сети из сырого мха или водорослей.

Пожалуй, самая знаменитая осадная башня была выстроена по приказу македонского полководца Деметрия I Полиоркета («осаждающего города») при осаде Родоса в 305–304 гг. до н. э. Это было, по свидетельству Диодора, девятиэтажное сооружение высотой 44,5 м и шириной в основании 22 м. Передняя и боковая стенки башни для защиты от зажигательных стрел были обшиты железными листами, хотя железо в древние времена было дорого. На каждом этаже находились метательные машины, внизу — тяжелые камнеметы, вверху — легкие стрелометы, причем амбразуры для стрельбы снабжались механически открываемыми ставнями из шкур с шерстяной прослойкой. Башня передвигалась на восьми колесах, окованных железом, толкали ее более 1000 человек. После неудачи осады башня была оставлена на Родосе, а средства от продажи ее и других осадных машин родосцы пустили на строительство одного из семи чудес света — 30-метровой бронзовой статуи бога Гелиоса («Колосса Родосского»).

Осадные башни обычно просто толкались людьми, находившимися в ее нижней части внутри и снаружи. Но сохранились изображения башен, приводившихся в движение с помощью установленного на нижней площадке большого ворота, вращение от которого передавалось колесам передней и задней осей тросовой передачей.

Изображение ассирийского тарана времен Ашшурнасирпала II (IX век до н. э.). Таран установлен в штурмовой башне со стрелковой площадкой.

Башни, тараны и другие осадные машины были достаточно громоздкими сооружениями и, конечно, не отличались «проходимостью», поэтому для их продвижения сооружались гати, настилы. Армия Александра Македонского при осаде в 332 г. до н. э. крепости Тир, расположенной на острове, смогла даже провести башни и тараны по специально сооруженной дамбе.

На ассирийских барельефах Ашшурнасирпала II (IX в. до н. э.) можно увидеть таран, установленный в защищенной повозке на шести колесах, причем в передней части повозки имеется высокая башенка с бойницами для лучников.

Греки и римляне также широко использовали для подвода таранов и других приспособлений к стенам крепости, подхода штурмующих, засыпания рвов под обстрелом со стен крепости защищенные повозки на колесах — «черепахи», «винеи». В ходе Пелопоннесской войны (431–404 гг. до н. э.) при осаде Самоса афиняне пользовались передвижными защитными крышами. «Черепахи» были сложнее — их крыши, боковые и передние стены покрывали досками, циновками, кожами, сшитыми вдвое, между которыми прокладывали морские водоросли или мякину — такая «броня» защищала от стрел, камней. Интересные конструкции таранных «черепах» строили инженеры Диад и Харий, служившие при войске Александра Македонского. Одна из таких «черепах» длиной около 17,7, шириной 13,3 и высотой 7,1 м передвигалась на шести деревянных колесах с железными шинами, имела двухскатную крышу, посередине которой возвышалась четырехъярусная башня, на верхнем этаже которой помещались небольшие стрелометные метательные машины, в нижних запасены баки с водой на случай пожара. Таран подвешивался внутри сооружения, а все сооружение покрывалось «броней» из сырых невыделанных кож. То есть кроме «ударного действия», сооружение обладало еще и защищенностью и метательным вооружением. Еще один прототип «танков».