Чтение онлайн

Когда поиски склада прекратились, все поисковики полезли на броню, чтобы отправляться дальше по маршруту. Туркмен-таджик вдруг остановился, закрыл глаза, он начал к чему-то внутри себя прислушиваться. Но время шло, отсчитывая секунды и минуты, Борисов со своим мощным немецким гарнизоном находился слишком близко. Было очень опасно и дальше задерживаться в этом месте, поэтому Прошка не выдержал и командирским голосом приказал:

– Болек, быстро на броню! Мы отправляемся в путь!

Но в ответ Болек вдруг рванул в сторону, чтобы тут же исчезнуть в полусумраке рассвета этого лесного массива. Танкисты и десантники на секунду замерли, никто не понял этого поведения прежде послушного туркмена-таджика. Неужели и он решил дезертировать! Но эти сомнения не успели еще оформиться, как перед танком появился Болек, который спокойным голосом проговорил:

– Я был прав, ребята! Я нашел свой склад, в котором простоял на посту два года своей срочной службы в РККА. Мои ноги узнали тропу, они привели меня прямо к складу! Прошка, пойдем, я покажу тебе это место.

В начале войны, когда немцы подступали к Борисову, то они сильно бомбили окрестности города. Серия бомб взорвалась и в этом лесу, уничтожила часовых склада, воронками от разрыва бомб перекопала дорогу к этому складу. С того времени прошли совсем немного времени, у немцев руки пока еще не доходили до многих вещей на оккупированных ими территориях. Они пока еще не успели разыскать и раскопать этот склад арсенал.

Одним словом, склад пока оставался целехоньким, нужно было только подобраться к нему ближе и каким-либо образом сорвать стальные двери, чтобы можно было бы попасть вовнутрь. Сережка Мышенков сумел-таки свой КВ кормой подогнать к самым стальным дверям и с третьей попытки сорвать их с петель. При первом же обследовании выяснилось, что склад доверху забит танковыми снарядами всех калибров, патронами к винтовкам и пулеметам, а также консервированными мясными продуктами питания советского производства.

После недолгих розысков нашли ящики с 76 мм бронебойными и фугасными снарядами, которыми пополнили боезапас танка и несколько десятков дополнительных ящиков со снарядами бросили на всякий случай в прицеп. Нашли новые винтовочки СВТ40, но ни Андрей Васькин, ни Николай Булыгин не стали менять свои старые СВТ38 на новые винтовки. Только Ренат Зиггатулин долго подбирал себе новенькую снайперскую винтовку СВТ40 с великолепной оптикой. Пока шла погрузка снарядов и патронов к танковой пушке и пулеметам. Прошка все это время ломал голову над тем, что же делать с этим складом?! Оставлять его целым было нельзя, немцы рано или поздно его разыщут! Но и минами рвать такое богатство, ему почему-то не хотелось! Прошке было очень жалко взрывать все это богатство, со временем оно могло пригодиться партизанам, которые в следующем году начнут действовать под Борисовым.

Вопрос решился очень просто, к Прошке подошел Николай Булыгин и, стеснительно улыбаясь, спросил:

– Товарищ командир, на какое время будем выставлять будильник?

– А что за будильник, Николай, и для чего его надо выставлять?

– Так склад же рвать будем! А будильником у нас, саперов, таймер взрывчатки называется. Поставишь на нем время, в это время склад и взлетит на воздух. Красиво тогда будет и грохот кругом большой стоять будет!

– Так, ты, Николай, у нас сапер, оказывается! Ну, и замечательно, взрывай этот склад к чертовой матери! Только не забудь и себе немного взрывчатки с таймерами оставить. Может, она и нам пригодиться!

– Хорошо, командир, я это уже сделал! Все свое хозяйство аккуратненько сложил в прицеп! Ну, так, в какое время склад взрывать будем?

Прошка подумал немного и сказал:

– Ставь на тринадцать часов. Пусть город Борисов этим взрывом полюбуется в обеденное время!

Николай Булыгин очень быстро вернулся обратно, он тут же полез на броню танка. Прошка подождал, когда он устроится на месте десантника, внимательно осмотрелся, экипаж был в полном сборе, он приказал:

– Трогай, Серега! Да будет нам сопутствовать удача и на этом перегоне. До фронта, парни, нам осталось преодолеть всего двести пятьдесят километров, соответственно три дня пути.

Только они вынырнули из небольшого лесного массива, где находился склад-арсенал, чтобы переехать поляну, и снова нырнуть в лес, в котором и лежала их дорога к фронту, как перед их глазами встала незабываемая картина. К этой поляне чуть ли не вплотную подходило хорошо мощеное шоссе Минск - Москва, по которому двигалось бесчисленное количество немецких грузовиков с пехотой и моторизованной пехотой в кузовах, артиллерийские тягачи с различными пушками на прицепе, легкие танки и танкетки, а также бронемашины бокового охранения. Полк СС оберштурмбанфюрера СС Михеля Циннера выдвигался на позиции в Старое Стахава для перехвата и уничтожения вражеского тяжелого танка КВ.

В тот момент Прохор Ломакин до пояса торчал из люка своей командирской башенки, его переполняли волнующие мысли о том, а не попробовать ли свои силенки об эту немецкую колонну! Мысленно он перехватил единое желание экипажа танка, Сережки Мышенкова и Мишки Кувалдина, показать немцам, где раки зимуют?! Уж слишком нахально эти эсэсовцы вели себя на его родной земле! Они горели желанием на зубок попробовать эту вражью силу! Прошка повернулся в сторону своих десантников, Андрюшка Васькин ему прошептал дрожащими губами:

– Прошка, чего ждешь? Стреляй по этим гадам!

– Прикажи открыть огонь, Проша!
– Просили, умоляли глаза Болека.

А Ренат Зиггатулин приник к снайперскому прицелу своей новой снайперской винтовки, он сделал пять выстрелов. Стрелял он по бронированной штабной машине, которая следовала в центре колонны. Пять выстрелов и четыре трупа немецких офицеров, среди которых был и оберштурмбанфюрер СС Михель Циннер, а также труп стрелка водителя оказались в этой машине.

Над колонной эсэсовского полка стоял великий шум, в котором так и не были услышаны звуки пяти винтовочных выстрелов. Только кюбельваген командира полка, оберштурмбанфюрер СС Михеля Циннера, почему-то выкатился из общего походного построения колонны, с высокой дорожной насыпи он съехал по ее склону к ее основанию, там остановился. Никто из офицеров и солдат этой немецкой полковой колонны не обратил внимания на это обстоятельство!

Увидев такое начало дела, Мишка напрямую обратился мыслью к Прошке, потребовав разрешение на обстрел вражеской. Вскоре воздух загудел от выстрелов танковой пушки. Мишка стрелял, практически не прицеливаясь, как из автоматической пушки, но каждый выпущенный снаряд находил свою цель. Первые пять снарядов поразили три передних грузовика, которые, попав под обстрел, были разбиты, но они развернулись таким образом, что перегородили дорогу, перекрыв движение всей колонне. Полк СС остановился!